– Прости! Это случайно получилось!
Каблук Синдер ударил Жону в грудь секундой позже. Зарычав, она проскользнула сквозь его защиту, выбивая рапиру из рук парня до того, как он сумел бы нанести еще больше вреда своей собственной команде. Еще одним ударом откинув его в сторону, девушка позволила Вайсс подобрать ее оружие.
– Какой же ты все-таки идиот, – проворчала Синдер, на этот раз сражаясь с Жоном куда более серьезно, чтобы у него точно не осталось времени заниматься вредительством. – Я делаю это лишь для того, чтобы обеспечить твое прикрытие!
– Поражение в этом бою моему прикрытию ничуть не повредит, – возразил ей парень. – Так что можешь спокойно нас побеждать.
– И выдать этим все свои возможности? Если я одержу победу над одной конкретной девушкой из твоей команды, то внимание Озпина будет приковано ко мне как минимум до конца турнира!
– И это будет не так уж и плохо, – с нажимом произнес Жон.
– Это будет просто отвратительно! – поднырнув под его неуклюжую атаку, она положила руку на грудь парня и не очень сильно его толкнула. Обычно нечто подобное смогло бы разве что слегка пошатнуть Жона, но сейчас его ноги обо что-то запнулись, и он рухнул прямо в песочницу. Попытка подняться оказалась пресечена Синдер, подбившей руку, на которую он опирался.
– Жон, держись! – крикнула Руби. – Сейчас я тебе помогу!
Она вылетела откуда-то сбоку, готовясь ударить его старшую сестру своей косой. Та это, разумеется, заметила, но лишь с улыбкой посмотрела на парня. Подобная атака наверняка будет стоить ей солидной части ауры.
Запаниковавший Жон набрал целую горсть песка, швырнув его в воздух. Этим он ослепил не только Синдер, но и Руби, которая обо что-то споткнулась, смяв подвернувшуюся ей на пути клумбу и с громким всплеском исчезнув в океане.
– Ох ты, – прокомментировал это Порт. – Похоже, Жон Арк только что случайно задел свою собственную союзницу.
– Как же, ‘случайно’, – прорычала Синдер, пытаясь проморгаться от попавшего ей в глаза песка. – Я тебя сейчас ‘случайно’ убью!
– Для этого тебе потребуется хотя бы попытаться это сделать.
– И ты совершил все возможное для того, чтобы у меня появилось такое желание.
– Тогда начинай.
Глаз Синдер дернулся.
– Я ведь не шучу.
– Ну же, давай.
– Ты сейчас умрешь.
– Я полностью открыт.
– Это может оказаться ловушкой.
– Но ее здесь нет.
– Это ты так говоришь.
Жон с Синдер посмотрели друг другу в глаза, сжимая в руках свое оружие, а затем с яростным криком сошлись в вихре стали, кожи и безжалостных ударов.
Впрочем, в их жестокой схватке так и не пролилось ни капли крови.
***
– Да они просто издеваются над нами, – прорычал Айронвуд.
– Успокойся, Джеймс. Не стоит воспринимать это в таких мрачных тонах, – произнес Озпин, сидя рядом с ним в ложе для важных гостей около кабинки комментаторов. – Большинству зрителей нравится их бой, хотя мне кажется, что двигаются они все же слишком быстро, чтобы обычные люди успевали за ними уследить.
– Но мы-то успеваем. И двое из них уж точно дерутся не по-настоящему – они с самого начала играли в поддавки, – всем своим видом генерал давал понять, что не видел в этом абсолютно ничего забавного. Честно говоря, многие назвали бы этот бой оскорблением духа Фестиваля Вайтела, но действительно ли это было именно так?
– Что думаешь, Глинда? – спросил он.
– Очевидно, что как минимум двое из них явно не желают вредить друг другу. Насчет остальных сложно что-то сказать наверняка. Тот парень с серебристыми волосами вроде бы и проигрывает, но… скорости у них с его противницей таковы, что это вполне может оказаться лишь видимостью. Вайсс Шни имеет явное преимущество – особенно на средних и дальних дистанциях, а вот Пирра Никос действительно всерьез сражается с противостоящей ей девушкой.
– Эта схватка должна была помочь нам оценить, насколько подходят для выбранной роли мисс Фолл и мисс Никос, – сказал Айронвуд. – Но подобная пародия на битву вряд ли даст нам хоть какую-нибудь информацию.
– Я бы не стал утверждать это столь категорично, Джеймс. Информации о наших кандидатках оказалось даже больше, чем мы рассчитывали.
– Синдер Фолл пока что не показала нам абсолютно ничего.
– Она наглядно продемонстрировала, насколько дорог для нее Жон, – возразил ему Озпин, улыбнувшись, когда выражение лица его старого друга стало задумчивым. – Должен признать, что о ее боевых возможностях мы не узнали абсолютно ничего нового, но зато ее верность нашему соратнику достойна всяческого восхищения. И нам весьма важен именно этот аспект.