Сан вздрогнул.
– Неужели все так и выглядит со стороны?
– Ну, либо так, либо это напоминает охотника, который загоняет свою жертву посреди саванн Бикона.
Парень еще раз вздрогнул.
– Нет, с тобой вроде бы все в порядке, – продолжила Нора, а тон ее голоса неожиданно даже как-то смягчился. – Особенно с внешним видом. А пресс у тебя и вовсе великолепный.
– Эм-…
– А это уже означает весьма немало, понимаешь? Но если все твое общение с Блейк будет сводиться лишь к попыткам провести с ней время, то у тебя абсолютно ничего не выйдет. Наверняка друзей в Хейвене ты заводил как-то по-другому.
– Ну да. Я просто разговорился с Нептуном о том, что очень сильно нервничал, когда решил стать Охотником, – кивнул Сан. – А потом мы договорились держаться вместе на церемонии посвящения. Ну, и так получилось, что мы стали партнерами.
Парень удивленно моргнул, неожиданно все поняв.
– Боги, какой же я идиот!
– Ага.
– Ладно. Мне нужно всего лишь вести себя с ней чуть более естественно и разговаривать на интересные нам обоим темы. У тебя есть какие-нибудь идеи?
Нора указала на свои волосы.
– Прически?
– Уши.
– Блейк нравятся уши? – уточнил Сан, начав раздумывать над тем, стоило ли их проколоть, пока не заметил страдальческого выражения на лице девушки и ее чем-то напоминавших о кошках движений. – Ах да, фавны. Я понял. Да, наверное, это может сработать.
– Блейк выступает за всеобщее равенство и ненавидит расизм во всех его проявлениях. Именно поэтому она присоединилась к террористам Белого Клыка.
Парень удивленно моргнул.
– А разве они как раз и не являются расистами?
– А я и не говорила, что в ее действиях имеется хоть какая-то логика. Ладно. Итак, простой разговор с ней станет отличным первым шагом. Если хочешь, чтобы Блейк перестала тебя избегать, то тебе следует с ней подружиться.
– А разве девушки не говорят, что друзья не должны встречаться с друзьями?
– Сан, – улыбнулась Нора, положив руку ему на плечо. – Это всего лишь способ отказать своему другу так, чтобы его при этом не обидеть.
– Оу…
– Ага. А если этот самый друг нравится девушке, то любое правило будет выброшено и растоптано даже быстрее, чем ты успеешь моргнуть. Итак, внешний вид является твоим плюсом – особенно пресс – поэтому тебе нужно сосредоточится на том, чтобы стать ближе к Блейк, показать ей, что она может тебе доверять, а потом позволить ей принять окончательное решение, – стек Норы просвистел мимо его лица. – И самое главное – ты должен уважать это ее решение. Может быть, я тебе и помогаю, но Блеки все еще остается моей напарницей. Сделай ей больно, и никто никогда не найдет твоего тела.
– Понимаю, – кивнул Сан, чувствуя какой-то моральный подъем. – Найду ее прямо сейчас и-…
Он замолчал, увидев выражение лица девушки.
– А может быть, просто подожду до завтра и присяду рядом с ней в какой-нибудь кафешке.
– Уже лучше.
– Спасибо тебе, Нора, – произнес парень, взяв ее за руку. – Я… я даже не знаю, что тут можно сказать. Я постараюсь сделать все возможное, но даже если она мне и откажет, то я все равно очень тебе благодарен. Пусть лучше она будет всего лишь моей подругой, чем вообще никем, понимаешь?
– Ага, понимаю, – кивнула девушка.
– Эм, мои глаза, вообще-то, здесь.
– Твои глаза – это не самая примечательная часть твоего тела.
– Мне казалось, что тебе нравится Рен.
– Так и есть. Но это вовсе не значит, что я не могу полюбоваться кем-нибудь другим. Твой пресс, наверное, можно использовать вместо стиральной доски.
Нора на мгновение задумалась.
– А давай-…
– Нет, – отрезал Сан.
– Жадина, – вздохнула девушка, наконец отрывая от него свой взгляд. – Но я рада, что сумела тебе помочь. И Блейк тоже наверняка вздохнет с облегчением, если твое поведение изменится. Да, можешь еще взять вот это. Мне он больше не нужен.
Сан посмотрел на стек в своих руках.
– И что мне с ним дела-… – когда он вновь поднял свой взгляд, Норы рядом не оказалось. – Просто замечательно. И что теперь?!
– Кто взял мое оружие?! – донесся из коридора гневный голос мисс Гудвитч.
Сан резко побледнел.
***
Несмотря на то, что она вот уже двадцать минут пыталась успокоить своего собственного парня, сама Янг вовсе не являлась образцом душевного равновесия. Как, впрочем, и Руби, которой, к слову, даже не требовалось знакомить его с отцом. С папой вообще никогда нельзя было быть уверенной, продемонстрирует ли он свою крутость или же заставит их пережить какое-нибудь страшное унижение. И стоило заметить, что последнее происходило гораздо чаще. Самое жуткое из них случилось, когда ее подруги единогласно решили, что ее отца нужно было срочно исцелить от его тоски (разумеется, с помощью секса).