– Тот самый, которому вы с Синдер помогали…
– Да, должен признать, что в этом есть часть нашей вины, – в основном его сестры, но и Жон тоже оказался во всем этом замешан. – Но мы хотели все это исправить. И спустились сюда только потому, что я почувствовал здесь присутствие Гриммов. А сейчас Синдер направилась в Бикон именно для того, чтобы его спасти.
Девочка покачала своей головой.
– И я должна вот просто так во все это поверить?
Хм, действительно. Руби была человеком – чистым и без всяких примесей. И теперь она впервые столкнулась с его формой Гримма, точно зная, кто именно перед ней находился. Со всеми теми фактами, что свидетельствовали против Жона, было трудно ему хоть сколько-нибудь доверять. Кроме того, тайну вполне можно было сохранить и другим способом – на этом складе некому было услышать ее криков.
Воспользовавшись тем, что девочка прикрыла свои глаза, стараясь смахнуть с них слезы, он бросился вперед. Одно из его щупалец нанесло удар по древку Кресент Роуз – как раз между ее ладонями. Оружие отлетело прочь, а его хозяйка вскрикнула, неожиданно оказавшись захваченной оставшимися щупальцами.
И тут же замерла, когда Жон подтянул ее к себе и заключил в свои объятьях.
– Мы с тобой состоим в одной команде, Руби. Ты – моя подруга. Я знаю, что ты не можешь мне доверять, но зато я сам верю тебе безоговорочно. Твои руки сейчас свободны. Ты можешь убить меня или просто сбежать – все равно я никогда не смогу тебя догнать, – вздохнул парень. – Да, ты можешь убежать и доложить обо мне. Вряд ли со всем этим нападением меня станут слишком уж усердно ловить, но вернуться в школу и попытаться стать человеком у меня уже точно не получится. Ты можешь сделать всё это, и я точно не сумею тебя остановить. Так что выбор лишь за тобой, Руби.
Девочка не обняла Жона в ответ, но и не попыталась на него напасть. Он решил считать подобное ее поведение хорошим знаком.
– С другой стороны, если ты мне поможешь, то я буду сражаться на стороне Бикона. Я вернусь туда и прикажу Гриммам уходить обратно в Изумрудный лес. Тогда нам останется лишь разобраться с Адамом и Белым Клыком, и они никак не смогут выстоять против нас с тобой. Мы сможем спасти всех: Пирру, Вайсс и даже Янг.
– Или ты призовешь еще больше Гриммов, – прошептала Руби.
– Или я призову еще больше Гриммов, – кивнул парень. – Я могу стать самой серьезной угрозой Бикону. Вот только задай себе вопрос… какой ущерб я уже мог бы нанести Бикону, если бы желал именно этого?
Девочка ничего ему не ответила, но явно серьезно задумалась.
– Я мог бы дождаться, пока все уснут, и призвать целую армию Гриммов прямо внутри школы. Я мог бы вывести из строя ракетные шкафчики, оставив вас без оружия. Я мог бы отравить еду и лекарства или просто подложить какую-нибудь мощную бомбу. У меня имелось немало возможностей полностью уничтожить Бикон, если бы я действительно хотел устроить что-то подобное.
Возможно, и не стоило всего этого перечислять, если уж речь у них зашла о доверии, но Руби все же кивнула, что тоже несомненно являлось очень хорошим знаком. И все-таки она так и не посмотрела ему в глаза, уставившись куда-то в район его груди.
– Но зачем ты вообще пришел в Бикон?
– Разве это не очевидно?
Судя по ее молчанию, это и вправду не было чем-то очевидным.
– Я пришел в Бикон только потому, что хотел стать настоящим Охотником, – когда и на это не последовало никакой реакции, парень покрепче прижал девочку к себе, прошептав ей на самое ухо: – Просто поверь мне, Руби.
– Я… Жон… Я… – ее тело задрожало. Он знал, что это было весьма непростым решением, но никто другой не имел никакого права принять его за нее. Все тренировки, убеждения, сама профессия – как девочки, так и ее родителей – всё требовало от нее уничтожить Гримма на месте. Или хотя бы не верить ни единому его слову.
И неправильный выбор вполне мог обречь на верную смерть и ее друзей, и всех остальных, кто оказался ей хоть немного дорог. Нагружать ее чем-то подобным было попросту нечестно, и Жон это прекрасно понимал. Он никак не мог что-либо изменить, но зато в его силах оказалось попытаться все исправить.
– Я прошу тебя, Руби. Позволь мне вам помочь.
Девочка закрыла свои глаза.
Она уже приняла нужное решение.
***
Блейк поднырнула под замах какого-то мужчины в маске Белого Клыка, пнув его каблуком по кисти руки и тем самым разоружив. А затем она захлестнула его горло своей лентой и заслонилась его телом от попытавшегося напасть на нее сзади Беовульфа. Девушка не видела смерти фавна, но зато отлично слышала его крик и прекрасно почувствовала, как ее лента провисла. Это было, конечно же, очень жестоко, но никто не просил их натравливать монстров на невинных людей. Именно ее бывшие братья и сестры все это начали. И именно Блейк следовало со всем этим покончить.