Но сейчас она просто шагнула вперед откидывая в сторону лук и призывая свой клинок. Одна из стрел пришпилила каблук Пирры к полу, не давая ей сдвинуться с места, а аура у девушки уже почти закончилась. У самой Синдер ее уровень тоже был не слишком высок, но в данный момент это уже не имело абсолютно никакого значения. Озпин был мертв, а Бикон – занят отражением нападения, так что никто не мог помешать ей убежать.
– Ты никогда не победишь, – сказала Пирра, но подобные фразы могли вызвать разве что жалость к ее умственным способностям. Она уже победила. – Ты можешь убить меня, но остальные тебя найдут. Жон тебя точно отыщет.
– Разве я тебе уже не говорила, что он и так все обо мне знает?
– Т-ты просто лжешь. Жон никогда бы не пошел на это.
Ну, доля правды в этих словах все же имелась. К тому же нельзя было винить девушку за некоторые заблуждения, потому что она все равно ничего не знала об истории их с парнем взаимоотношений. Кабинет директора оказался превращен в самые настоящие руины, а вот школе повезло куда больше. Похоже, что Жон уже успел разобраться с Адамом и Белым Клыком. Хотя убить предавшего ее ублюдка собственноручно было бы, конечно же, гораздо приятнее.
Но сначала следовало разобраться с той, кто украла у нее кое-что очень важное.
‘Пожалуйста, присмотри за моими друзьями. Не дай им умереть’.
Синдер стиснула зубы.
Не сейчас. Только не тогда, когда она уже так близко подобралась к своей цели.
– Я знаю Жона куда лучше тебя. Именно я его и вырастила. Именно я была рядом, когда он произнес свое первое слово, сделал свой первый шаг… когда наконец научился нормально пользоваться туалетом, – девушка тут же пожалела о том, что произнесла последнюю часть, потому что воспоминания об этом были не из приятных. – Мы с Жоном ближе друг другу, чем ты когда-либо могла надеяться стать.
Пирра сплюнула кровь на пол.
– Это неправда. Мы с ним – товарищи по команде.
– А мы, дорогая моя, семья. Он – мой приемный брат. А если его матери удастся то, что она задумала, то со временем станем и чем-то большим, – ох, вот зачем она вообще об этом вспомнила? – Ладно, неважно. Пора заканчивать все это.
Синдер занесла свой клинок, собираясь нанести последний удар.
Пирра медленно закрыла свои глаза.
Оружие начало опускаться вниз.
Но девушка что-то тихо пробормотала, заставив Синдер остановить клинок возле ее шеи.
– Что ты сказала? – требовательно спросила она. Пирра открыла глаза и покосилась на лезвие у своего горла. Тогда Синдер схватила ее за подбородок и, заставив поднять свою голову вверх, заглянула ей в глаза. – Я спросила тебя, что именно ты только что сказала?!
– Я-я просто попрощалась, – недоуменно прошептала девушка.
– Нет, после этого. Ты произнесла что-то еще.
Пирра не стала краснеть, вместо этого стиснув зубы и посмотрев прямо в лицо своей смерти.
– Я сказала, что люблю Жона, – твердым голосом произнесла она. – Разве я уже не могу даже с ним попрощаться? Я люблю его и всегда любила.
У Синдер дернулся глаз.
– Он, вообще-то, полугримм.
– Меня это не волнует.
– Именно он и был Хентаклем.
Пирра пару секунд недоуменно на нее смотрела, а затем покачала своей головой.
– Я его все равно люблю.
Чуть покраснев, Синдер прибегла к своему последнему аргументу:
– Н-но у него уже есть девушка!
На это раз Пирра хотя бы отвела свой взгляд немного в сторону.
– И все же я его люблю… – прошептала она.
Синдер отпрянула от нее, посмотрев налево, где сидел большой Невермор, на котором она должна была отсюда улететь. И от нее не укрылось, как тот смотрел на раненную девушку.
– Ты ведь все слышал, да? – мрачно уточнила она у Гримма.
Невермор повернул свою голову к ней, не подтверждая, но и не опровергая этого факта. Впрочем, он вообще не умел разговаривать. Но вокруг башни летал еще один – чуть меньше размерами. И он тоже наверняка все слышал. А если они что-то услышали, то об этом вскоре станет известно и Салем.
Ей в голову пришло лишь одно единственное слово, которое могло описать эту ситуацию:
– Дерьмо.
Синдер вновь повернулась к побежденной ей девушке и опять занесла свой клинок. Та снова прикрыла свои глаза, ожидая неминуемой смерти. Но Синдер перехватила свое оружие и ударила ее рукоятью по голове, лишая сознания, а потом подхватила обмякшее тело, пока то не успело упасть на пол.