– Почему же ты сразу об этом не сказал? – поинтересовалась у Жона Руби. – Ты заставил нас всех подумать о самом худшем!
– Я?
– Может быть, в этом и был весь смысл, – хихикнула Пирра. – Он, наверное, хотел, чтобы мы выучили очень важный урок о различии между любовью и страхом.
– Я?
Вайсс проигнорировала уже привычное поведение Жона, погрузившись в свои мысли. Тут она была полностью согласна с Пиррой – он специально подбирал свои слова так, чтобы донести до них самое главное. И его мать действительно была очень хорошим примером для подражания – строгая, но заботившаяся о своих людях.
Вот только у Вайсс не имелось какой-либо уверенности в том, что она сама сможет действовать точно так же.
Ее команда явно ее не любила… и даже не уважала. А как тогда Вайсс могла возглавлять их, если ей не хватало самого главного? Они ведь не собирались следовать за ней из любви, не прислушивались к ней из уважения, и она просто не смогла бы лишить их какого-либо выбора, заставив подчиняться из-за страха.
– Итак, что это означает для нас? – спросила Вайсс, привлекая к себе их внимание. – Что это значит для команды WJRP?
– Что ты имеешь в виду? – поинтересовалась Пирра.
Вайсс почувствовала сильную усталость. Ее руки опускались, разум туманился, и у нее просто не хватало сил привести свои мысли хоть в какое-то подобие порядка. Сделав глубокий вдох, она посмотрела на Пирру.
– Каждый раз, когда я говорила Руби, что ей нужно что-то сделать, ты вставала на ее защиту. Я понимаю, что она является твоей напарницей, но мы с тобой ведь тоже находимся в одной команде. Не знаю, что именно я сделала для того, чтобы заслужить подобное к себе отношение с твоей стороны, но мне бы очень хотелось услышать это от тебя.
– Что?! Я не-… – едва ли не отшатнулась от нее Пирра.
– А ты, – Вайсс уже повернулась к Руби. – Я пыталась помешать тебе списывать вовсе не для того, чтобы насладиться твоими мучениями. И я совсем не развлекалась, отдавая тебе приказы. Похоже, наша команда вообще существует лишь формально. Я являюсь ее лидером, но вы даже не пытаетесь хотя бы просто выслушать мои распоряжения, не говоря уже о том, чтобы их выполнять. Сначала мне казалось, что нам нужно всего лишь немного привыкнуть друг к другу, но сейчас уже стало понятно, что проблема заключается либо в вас двоих… либо во мне самой. Итак, что же мы решим? Если вы всерьез настроены против меня, то я могу поговорить с директором о переводе в какую-нибудь другую команду. Возможно, там хотя бы будут прислушиваться к моим словам.
– Я слушаю то, что ты говоришь, – прошептала Руби. – Это всего лишь одна домашняя работа.
– Руби, – устало вздохнула Вайсс. – Кто возглавлял армию людей в битве за Форт Касл?
Вопрос был достаточно простым, но Руби тут же печально поникла.
– Это нечестно, – поспешила вмешаться Пирра. – Вайсс, эту тему изучают в последнем классе подготовительной школы. Руби просто не может знать этот ответ.
– Не может, – согласилась с ней Вайсс. – Но зато этот вопрос вполне способен оказаться в любом тесте этого года – вместе со множеством других, которые она тоже так и не выучила за последние два класса. На экзаменах и тестах ей никто не будет делать каких-либо скидок на возраст, и уж тем более ей не станут поддаваться Гриммы. Если Руби не выучит этот материал, то ее просто оставят на второй год. Можешь себе представить, каково ей будет, когда все ее друзья и даже сестра перейдут на следующий курс, а она – нет?
Руби выглядела так, будто уже была готова расплакаться, но Вайсс лишь вздохнула.
– Я вовсе не хочу быть жестокой… я хочу быть честной. Руби должна учиться гораздо больше всех остальных, потому что ей всё еще требуется их догнать. И к несчастью, это – реальность, Пирра. Та самая реальность, на которую ты позволяешь ей закрывать глаза.
Пирру это признание явно довольно сильно потрясло. Вайсс еще раз вздохнула.
– Именно поэтому я хотела, чтобы ты слушала лекции, – продолжила она. – Именно поэтому меня злило твое желание просто списать домашнюю работу моего партнера и убежать играть в приставку со своей сестрой. Я делала всё это потому, что считала, что так будет лучше для всей нашей команды… Что так будет лучше для вас. А вовсе не потому, что я бессердечная и самовлюбленная стерва.
Вайсс отвернулась, чувствуя, как усталость всё сильнее давила на нее. Вздохнув, она прошла мимо своей команды к двери. Никто так и не попытался ее остановить. Но прежде чем выйти, Вайсс снова обернулась к ним.
– Решайте, что именно вы будете делать. Ко мне вы явно не испытываете ни любви, ни уважения, а я сама просто не способна заставлять и наказывать вас, поэтому думайте сами.