Затем она повернулась к остальным.
– Я уйду и заберу с собой свое племя. Мне хотелось избавиться от Озпина, и теперь эта цель достигнута. Больше меня здесь ничего не держит.
Жон вопросительно посмотрел на Янг, но та лишь пожала плечами в ответ.
– Эм, ладно, – сказал он. – Еще увидимся.
Рейвен фыркнула.
– Надеюсь, что нет.
– Увидимся-увидимся, когда мы будем выдирать силы девы из твоего изломанного тела, – рассмеялся Тириан, радостно помахав ей рукой. Рейвен заметно напряглась, но Синдер уже отвесила Тириану подзатыльник, заставив того удивленно вскрикнуть и сердито на нее посмотреть.
Жон благодарно ей кивнул.
– Итак, с Белым Клыком и бандитами Рейвен мы разобрались, – подытожила их достижения Янг. – Надеюсь, с Гриммами никаких проблем не возникнет?
– Сапфир их уберет, – ответила ей Корал. – Так ведь, сестра?
Сапфир недовольно поморщилась, но всё же кивнула. Даже ей было бы очень непросто бороться за контроль одновременно с Жоном и Корал. И это наверняка сделало бы ее весьма уязвимой перед всеми остальными, кто тут присутствовал. А если ее оглушат, то Гриммы продолжат выполнять последний полученный приказ до тех пор, пока тут не появится Салем и не остановит их. Вероятных противников оказалось слишком много даже для нее, поэтому Сапфир молча отослала Гриммов обратно в лес. Кроме Кевина, разумеется, который продолжил тенью ходить за Вайсс.
Жон не знал, что именно та могла подумать, если ей окажется известно о том, что Кевину она очень сильно понравилась.
Впрочем, это же была Вайсс. Скорее всего, она тут же стала бы прикидывать модель седла, чтобы отправиться на драконе обратно в Атлас, захватить власть в ПКШ и объявить себя Королевой Ледяного Трона. Ни в коем случае нельзя было допустить ее встречи с Салем, иначе уже на следующее утро Жон наверняка окажется женат.
Итак, если на секунду позабыть о сбежавшем Озпине, то эта битва была окончена. Студенты Хейвена радостными криками проводили последних членов Белого Клыка, Рейвен открыла портал для бандитов, которые потащили в него своих раненных товарищей, а солдаты Атласа продолжили стоять на своем месте, потому что все их Быкоглавы оказались сбиты, и теперь им оставалось лишь дожидаться новых приказов. Никто из них явно не знал, что нужно было делать с огромным драконом. Но тот следовал за невысокой девушкой, словно щенок, так что паники ни у кого не вызывал.
Озпин, как уже было сказано, сбежал, и у Жона имелось такое чувство, что они о нем еще услышат. Впрочем, о таком варианте им всем было известно заранее. В конце концов, Озпин никогда бы не смирился с тем фактом, что Жон являлся сыном Салем, и ни за что бы не принял его предложение о мире и сотрудничестве между людьми и Гриммами. По крайней мере, пока он не мог никому из них навредить. Даже Руби больше запыхалась, чем пострадала от его удара.
Но в итоге все они вновь собрались вместе.
Ну, кроме Пирры.
Впрочем, вскоре они ее всё равно спасут. Раз уж Кевин находился здесь, и ждать больше никого не требовалось, то путь в Земли Гриммов оказался открыт.
– Держись, Пирра. Мы уже идем.
***
– Не держи это в себе, – посоветовал Воттс. – Не сопротивляйся.
– Я… Я… БУЭ-Э!
Звук извергнутого из Пирры эхом отразился от стен ванной, а запах оказался настолько ужасен, что Манни заткнул нос обеими передними лапами, будто его жгло огнем. Затем он прижался спиной к кафелю стены и выскользнул через дверь наружу.
К сожалению, Воттс не мог сейчас последовать его примеру. Ему оставалось только недовольно морщиться, удерживая Пирру и ее длинные волосы.
– Спокойнее, спокойнее, – произнес он, вспоминая, сколько раз нечто подобное происходило с перепившими дочерьми Салем. Наверное, рано или поздно пришлось бы иметь дело и с Жоном, но тот успел сбежать в Бикон, и его возможное похмелье стало чьей-то еще проблемой. Скорее всего, Синдер.
– Ты мне нравишься, Жон…
– Я не Жон.
– Нет, – пьяно протянула Пирра. – Ты мне действительно нравишься! Прямо нравишься-нравишься…
– Это очень мило, мисс Никос.
– Поцелуемся?
– Нет.
– Почему? Я недостаточно красивая?..
– Потому что я не Жон, – привел наиболее убедительный аргумент Воттс. – А также в связи со значительной разницей в возрасте, несоответствии личных чувств подобному деянию, моими профессиональными качествами, не говоря уже о нежелании воспользоваться сложившимися обстоятельствами и иметь потом дело с моей взбешенной госпожой.