Сама Руби изо всех сил старалась не обращать внимания на тот факт, что являлась школьницей, а в ее рюкзаке сидел миниатюрный тентаклиевый монстр. Уж слишком много это вызывало совсем ненужных ассоциаций с комиксами, которые ей явно не стоило читать.
– Это вполне приемлемо, – сказала мисс Гудвитч, вынужденная повысить голос, чтобы перешептывания остальных собравшихся здесь людей ее не заглушали. Разумеется, вести себя тихо те не могли, но благодаря сдерживавшей их линии студентов-старшекурсников все-таки оставались на своих местах. Кое-кого Руби даже узнала. Например, Меркури. – Члены Совета прибудут только завтра, поскольку желают дать вам время немного передохнуть после утомительного перелета из Земель Гриммов. В вашем распоряжении будет любая возможная еда, но мы хотели бы попросить воздержаться от посещения Вейла. Не потому что не доверяем, но лишь для предотвращения паники среди населения. Надеюсь, вы меня понимаете.
– Понимаем, – кивнула Руби. Всё равно в таком наряде ходить по Вейлу она бы не рискнула. – И благодарим за помощь. Отдых нам действительно не помешает.
А заодно ей хотелось бы отложить всякие публичные выступления на как можно более долгий срок…
Из толпы собравшихся стали выкрикивать вопросы, когда мисс Гудвитч попросила их следовать за ней. Руби припомнила совет Пирры, но раз уж им нужно было идти, то и отвечать никому из журналистов от нее не требовалось.
– Мы подготовили одну из аудиторий для пресс-конференции, если вы пожелаете ее дать, – произнесла мисс Гудвитч. – Можно провести ее завтрашним утром еще до прибытия членов Совета.
А желала ли Руби ее вообще проводить? Пожалуй, слово ‘желала’ ничуть не отражало истинного положения вещей.
– Мы были бы очень благодарны, – ответила Пирра, не позволив Руби отказаться. Та слегка поникла, но спорить всё же не стала.
В конце концов, она должна была представлять здесь Земли Гриммов, выглядеть сильной, спокойной и дружелюбной, а также ни в коем случае не пугаться людей с камерами.
– Да, утром, – произнесла Руби, стараясь сделать так, чтобы ее голос звучал как можно более твердо и даже властно. – Наверное… после завтрака.
Мисс Гудвитч посмотрела на нее так, будто это являлось самой очевидной вещью на свете.
– Конечно… Я лично проконтролирую, чтобы всё оказалось готово. Будут какие-нибудь ограничения? По числу, типу или формату?
Руби понятия не имела, что всё это означало, а потому просто покачала головой.
– Нет, мы справимся и так.
Пирра моментально встревожилась, и ее волнение тут же передалось Руби. Она что-то сделала неправильно? Впрочем, отказываться от своих слов было уже поздно, тем более что мисс Гудвитч кивнула.
– Хорошо, всё будет сделано. Еще раз добро пожаловать в Бикон, а также спасибо за то, что согласились сюда прибыть. Пусть мы и остаемся нейтральной стороной, но лично я надеюсь на то, что эти переговоры окончатся укреплением связей между Вейлом и Землями Гриммов.
Ее фраза показалась Руби настолько странной, что она начала говорить, даже не успев ничего сообразить:
– Никогда не думала, что вы скажете нечто подобное.
Пирра вздрогнула.
Но мисс Гудвитч просто улыбнулась.
– Да, я тоже.
***
– Они совершенно нормальные…
– Так бывает далеко не всегда, – отозвался Николас, глядя на подростка с древней душой. – Сейчас они ведут себя очень хорошо, поскольку считают, что у нас в гостях находится какой-то человек. Но в обычной ситуации могут возникать различные ссоры и драки, а также предприниматься попытки разыграть кого-нибудь из их дядей или, например, Синдер. Они способны вести себя мелочно, несерьезно и даже злобно. А в плохом настроении еще и очень шумно.
Озма хрипло рассмеялся.
– Как я и сказал, совершенно нормальные…
– Да, наверное.
Его кулаки сжались и тут же разжались. Эти дети оказались совсем не похожи на тех, что были у них с Салем, – по крайней мере, внешне – но они и в самом деле являлись всего лишь детьми. И далеко не в первый раз Озма ощутил острую боль от той утраты.
– Они меня не узнают, – сказал он.
Николас слегка приподнял бровь.
– А разве должны?
– Не знаю. Но я бы этому ничуть не удивился.
– Мы с Салем решили ничего им на этот счет не говорить, – вздохнул Николас. – Им незачем знать, что у их матери уже был муж, как, впрочем, и о том, что произошло тысячи лет назад. Ошибки остались в прошлом, но никто не может сказать, не повторим ли мы их вновь. Ни она, ни ты сам.