— И не говори, — отозвалась Вельвет. — Ты не хочешь с ними пообщаться? Они ведь, насколько я поняла, находятся на одной стороне с твоей предыдущей работодательницей.
— Синдер официально никогда не являлась моей работодательницей, да и вряд ли разговор с ними хорошо скажется на моей репутации. Как, впрочем, и на их — общение со мной.
— Хм, возможно. Ты же всё еще считаешься преступником.
Меркури закатил глаза, отметив для себя, насколько провокационно ему улыбнулась Вельвет.
— Я больше не преступник, детка. Я теперь студент Бикона.
Она ткнула его локтем в бок.
— А меня зовут вовсе не ‘детка’.
— Но ты же и есть детка.
— Очень мило, — закатила глаза Вельвет, хотя и не стала ничего возражать, когда он обнял ее за талию. — Но не думай, что это поможет тебе избежать очередного сеанса с доктором Ублеком. Если ты его пропустишь, то люди начнут считать, что ты вновь становишься плохим парнем.
— Но тебе ведь нравятся именно плохие парни, правильно? Сначала влюбилась в кронпринца Гриммов, а потом связалась с очень опасным террористом.
Вельвет улыбнулась.
— А если бы я тогда оказалась немного настойчивей, то могла бы сейчас быть принцессой.
Меркури поцеловал ее и рассмеялся.
— Ну извини. Теперь у тебя есть только я.
— Хм. Думаю, меня этот вариант тоже устроит, — вздохнула Вельвет, а затем уже безо всякой улыбки посмотрела на двух обедавших девушек. — Как считаешь, у них получится? Я имею в виду, что далеко не все готовы смириться с существованием Гриммов.
— Не все готовы мириться с существованием фавнов, — ответил ей Меркури. — Но эти люди могут просто пойти нах*й.
Вельвет улыбнулась и поцеловала его в щеку, а сам Меркури, к своему ужасу, слегка покраснел.
— Идеала никогда не достичь, но нам предлагают очень хороший вариант. Разумеется, многие будут ныть и возражать, но все те, кому известно истинное положение дел, с нами согласятся. Ты ведь и сам видел, что творится за стенами. Мы все это видели.
— Мы проигрываем, — кивнул Меркури.
Для осознания подобного факта вовсе не требовалось быть гением. Частично именно из-за этого он когда-то присоединился к Синдер и Эмеральд — они предложили ему будущее, где его никто не станет жрать.
— Мы выживаем, — возразила ему Вельвет. — Но да, постепенно всё становится только хуже. Бикон и Хейвен подверглись нападениям, и пусть люди этого еще не понимают, но мы многих потеряли. В Мистрале число Охотников сильно сократилось из-за действий предателя, так что в будущем нам придется еще труднее.
— Люди не видят дальше своего носа, Вельвет. Такова жизнь. Они желают, чтобы кто-то за что-то заплатил, и втягивают нас в войну, в которой у нас нет никакой надежды на победу, лишь для того, чтобы всё было в соответствии с их представлениями о справедливости.
— Это глупо.
— Люди вообще довольно тупы.
Вельвет вздохнула.
— Считаешь, что всё окончится именно этим?
Меркури нахмурился. Ему сложно оказалось сделать какие-либо выводы.
Жон был упорен в достижении своих целей, и подобные мелкие неудачи точно не могли его остановить. С другой стороны, студенты, которые появлялись в столовой, замечали Руби с Пиррой, а также их выдававшую связь с Гриммами форму и не решались к ним подходить.
Ну, пока Коко Адель не взяла свой поднос и, стуча каблуками по кафельному полу, не добралась до их столика, усевшись рядом с Руби. Остальные члены ее команды — Фокс и Ятсухаши — разместились с другой стороны и улыбнулись.
Царившая в столовой напряженная тишина оказалась нарушена, а студенты начали занимать места за столами, разговаривать друг с другом и, разумеется, задавать кучу вопросов Руби Роуз, официальному послу Земель Гриммов в Вейле.
Судя по удивленной, но все-таки довольной улыбке на ее лице, исполнение вынесенного человечеству приговора пока что откладывалось.
— Сдается мне, молодняк еще покажет старичью, как нужно решать подобные проблемы, — ухмыльнулся Меркури.
Вельвет кивнула, с улыбкой глядя на свою команду.
— Думаю, что ты прав.
***
— Как выглядят Земли Гриммов?
— Какие они, Гриммы?
— Чем вас там кормили?
— У тебя есть какие-нибудь снимки оттуда?
— Можно с тобой сфотографироваться?
— Что ты чувствовала, когда летала на драконе?
Пирра улыбнулась, когда Руби завалили вопросами. Само собой, она могла бы вмешаться и помочь ей, но ее напарница и так отлично справлялась. Кроме того, если уж Руби сумела усмирить толпу враждебно настроенных журналистов, то и с любопытными сверстниками тоже как-нибудь совладает.