Он понимал, что уже победил. Не убедил Озпина с Салем в своей правоте и даже не приблизился к этому, но пробудил их любопытство.
– Это было как в тот раз, когда я убежал из дома, – добавил Жон, обращаясь к матери. – Я думал, что делал так, как будет лучше для всех.
Он подошел к ней немного поближе.
– Но это вовсе не означало, что я перестал любить тебя или не мог признать, что мои поступки были далеки от идеала.
– Жон… – проворковала Салем, и если бы ее не удерживал Николас, то наверняка вскочила бы и заключила его в объятья, в которых, к слову, было очень и очень сложно дышать. – Я… я не уверена… Признаю, что в этом вопросе моя позиция довольно предвзята, и я их искренне ненавижу, но… кое-какие поступки по отношению к ним не вызывают у меня никакой гордости.
– Как и их по отношению к тебе, – кивнул Озпин. – У нас с ними вообще случился весьма непростой конфликт. Я понятия не имею, какое решение примут Боги в этот раз, но когда-то давно они все-таки были честны по отношению к людям.
Некоторое время он колебался, глядя на Жона.
– Скажите мне, мистер Арк. Почему именно вы и почему именно сейчас? Риск того, что Салем сорвется в ближайшее время, минимален. Что мешает отложить решение проблемы на пару сотен лет? Большинство людей предпочли бы прожить спокойную жизнь, а не рисковать ей, пытаясь предотвратить то, что произойдет в далеком будущем. Так что же подталкивает вас к тому, чтобы заниматься всем этим?
Это был очень хороший вопрос, но к счастью, у Жона уже имелся на него ответ:
– Меньше всего мне хочется идти на риск, призывать Богов и ставить под угрозу мою семью. Но так нужно для всего Ремнанта. Вернутся ли Боги сами, или их призовет кто-нибудь другой, но они станут проблемой для моих потомков. Кроме того, я не собираюсь позволять вам с мамой вечно страдать.
– И вы верите в то, что настолько сильны или убедительны, чтобы заставить Богов снять с нас проклятье?
– Я? – улыбнулся Жон. – Точно нет. Но я ведь не один. У меня есть отличные друзья, которые меня поддерживают, а также вы с моей мамой. А еще Айронвуд, Кроу и многие другие, кого уже не окажется рядом через пару сотен лет. В конце концов, мы все согласны с тем, что это должно быть сделано, и сейчас у нас имеются довольно неплохие шансы на успех. Не идеальные, разумеется, но всё равно куда лучше пустых сожалений.
Озпин откинулся на спинку кресла, пока Салем изумленно смотрела на Жона. А затем они переглянулись, и в их взглядах он увидел не только сомнение и страх, но еще и крохотную надежду.
– Ты играешь в очень опасные игры, Жон, – мягко произнесла Салем.
– Знаю, мам. Но данную партию всё равно придется рано или поздно сыграть, так что лучше это сделать тогда, когда на доске еще имеется полный комплект фигур.
– Ха, шахматная аналогия. Думаю, это куда ближе Озме.
– Да, – едва заметно улыбнулся тот. – Но в чем-то он прав. Лучшего для нас расклада сил уже никогда не будет.
Салем кивнула.
– Это точно.
Озпин вздохнул.
– Отвезите меня в Вейл, мистер Арк, чтобы я смог передать вам Реликвию Выбора. А затем… ну, думаю, выбор тогда будет уже за вами, а мне останется надеяться лишь на то, что он окажется правильным.
– Мы сделаем его вместе, Озпин, – протянул ему руку Жон. – Здесь нет только меня. Мы все – одна команда.
Тот усмехнулся и пожал руку.
– Да, одна команда.
========== Глава 101 - Овечий выбор ==========
Выбор…
Это оказалась довольно интересная концепция.
Жон покрутил в руках золотую корону, украшенную одним единственным камнем, который располагался по самому ее центру. Вопреки своему не слишком впечатлявшему внешнему виду, артефакт был наполнен какой-то внутренней силой и к тому же оказался довольно теплым.
Что эта самая сила вообще делала?
Если Реликвия Знания отвечала на вопросы, а Созидание творило, то в чем конкретно заключался Выбор? Какая от него была польза людям, и без того имевшим свою собственную свободу воли?
Жон положил корону на стол. Стоило отметить, что каждая Реликвия находилась в отдельной комнате. Никто не знал, на какое расстояние их требовалось сблизить, чтобы призвать Богов, но раз уж те до сих пор так и не появились, то дистанцию в сотню метров друг от друга следовало считать достаточно безопасной.