– Я всегда рада тебе помочь, Руби, и ты это знаешь, – улыбнулась ее напарница и самая классная подруга в мире. – Кроме того, так я смогу улучшить свою меткость. Все-таки попасть по настолько быстро движущейся цели оказалось гораздо сложнее, чем я думала.
Но пока еще недостаточно сложно, судя по опыту прошлого вечера. Ох, Пирра наносила удары с силой грузовика, но тренировка была очень полезной, и Руби узнала много нового. Например, что не стоило пользоваться одним и тем же приемом, особенно если его уже хоть раз блокировали. Но, с другой стороны, проигрывать Пирре было не так обидно, как в случае Синдер. Она никогда не издевалась и никак не старалась подчеркнуть свое собственное превосходство.
А еще их совместная тренировка укрепляла их дружбу. Это было приятным бонусом!
– Эй, может быть, тебе тоже стоит поучаствовать в тренировке, Вайсс? – предложила девушке Руби.
Но ее предложение вызвало совсем не ту реакцию, на которую она рассчитывала.
– Извини, что? Ты, похоже, полагаешь мои боевые способности недостаточными? – книга Вайсс стукнулась об стол.
– Нет-нет-нет. Я имела в виду командные тренировки. Ты могла бы, например, устроить спарринг с Жоном. Это было бы замечательно.
– Я уже устраивала с ним спарринги бесчисленное количество раз, – девушка сердито посмотрела на своего партнера, чуть смягчившись, когда тот вжал голову в плечи. – Единственное, что я могу там тренировать, это контроль моего гнева.
– И еще выносливость, – добавила Пирра.
Вайсс пожала плечами, признавая обоснованность этого высказывания. Но, похоже, она все равно не горела желанием пару часов каждый вечер заниматься тыканьем палкой в кого-то, чья аура была размером с Голиафа.
– Что вы думаете о своем новом наставнике? – спросила она, меняя тему разговора.
– Мне кажется, что он нормально нас обучает, – сказал Жон. – Ну, я имею в виду, что бег очень важен – отец часто говорил, что это самое главное умение Охотника.
– Правда?
– Ага. Он как-то сказал мне, что не будет такого противника, которого я не смог бы пережить, если буду уметь быстро бегать.
По лбу Руби скатилась капля пота. Нет, эта мысль вовсе не была совсем уж неправильной, пусть Янг и хихикала, а Блейк закатывала глаза. Кроме того, не могла же девочка со своим Проявлением критиковать подобный подход. Это было бы немного лицемерно.
– А что ты думаешь о нем самом? – продолжила допрос Вайсс.
– Ну, он… нормальный…
Янг махнула рукой.
– Можешь говорить правду, мы не обидимся.
Парень едва заметно расслабился.
– Он немного странный.
Ох, слышать такое от Жона Арка?.. Руби, конечно, могла бы возразить ему, но речь все-таки шла о Кроу. И хотя тот был замечательным дядей и отличным Охотником, но это вовсе не отменяло наличие у него странностей.
– Он слишком много пьет, а моя мама никогда не одобряла подобного поведения. И еще он что-то все время бормотал, странно на меня смотрел и тряс головой после нашего с Руби спарринга. И даже так ничего в итоге и не посоветовал.
– Так это же дядя Кроу, – сказала Янг. – Он один раз присматривал за нами, когда мы были еще детьми.
– Ага, один раз, – согласилась с ней Руби.
Папа больше никогда не позволял ему этого делать, что было просто замечательно. К тому же Цвай сумел потушить пожар и спасти дом. В общем, результат получился довольно неплохим.
– Я не говорю, что он плохой наставник, – сказал Жон. – Просто он странный. Даже не знаю, как это можно объяснить. Он не выглядит профессионалом, как, например, мисс Гудвитч. Возможно, мне просто показалось, но его как будто что-то все время отвлекало.
– Эм, ну, ты не ошибаешься, – произнесла Янг. – Но он все равно очень сильный, так что не стоит его недооценивать.
Жон кивнул.
– Ну, я так и подумал. В смысле, если он такой странный, то должен быть еще и довольно сильным, правильно?
Руби удивленно моргнула, не совсем понимая ход его мысли. Она посмотрела на Пирру, но та пожала плечами в ответ, тоже явно недоумевая.
– Что ты имеешь в виду? – спросила девочка.
– Ну, он просто немного того, – сказал Жон, сделав непонятный жест рукой возле своей головы. Наверное, ей нужно было бы броситься на защиту своего дяди, но… но это же был Кроу. – Судя по моему опыту, все сильные бойцы хотя бы немного сумасшедшие. Ну, как правило.
Пирра хихикнула, прикрыв рот своей рукой.
– Жон, я не думаю, что существует подобное правило. Почему ты вообще так решил?
– Я еще ни разу не видел того, кто бы ему противоречил, – сказал он. – Все мои дяди очень сильные и не менее странные.
– Может быть, это правило распространяется только на дядей? – предположила Янг. – Кроме того, в каком смысле они странные?
– Ну, дядя Тириан – настоящий психопат. Он называет мою маму Богиней и предпочитает разговаривать стихами.
– Это всего лишь говорит о том, что он любит поэзию, – заметила Вайсс. – Это не психическое отклонение, а искусство.
– Ты просто не понимаешь. Он разбирается в стихах не лучше, чем Янг в каламбурах.
– Звучит просто отлично, – ухмыльнулась названная им девушка.
– Звучит просто ужасно, – без всякого выражения произнес Рен. Янг хотела было поинтересоваться у него, что именно он имел в виду, но все вокруг кивнули, соглашаясь с его словами.
– Остальные не намного лучше, – продолжил Жон. – Хазел обычно тих и неразговорчив, но превращается в сущий кошмар, когда дело доходит до тренировок. Еще он часто останавливается, уставившись куда-то вдаль, а одна из моих сестер рассказала мне, что когда он взял ее с собой в Мистраль, то доставал банки газировки из торговых автоматов исключительно ударами кулаков.
Руби хотела сказать, что это было очень похоже на Янг.
– Очень похоже на Нору, – опередил ее Рен.
– И мне он уже нравится! – добавила сама Нора.
– Дядя Воттс немного более вменяемый, хотя его все еще нельзя назвать абсолютно нормальным. Если кто-то что-то мне дарил, то он всегда старался подарить мне то же самое, только больше и лучше. У меня, например, есть свой собственный автомобиль.
– И ты умеешь его водить? – изумилась Янг.
– Нет, – вздохнул Жон. – У меня даже не было ни прав, ни гаража, ни вообще какой-либо дороги, по которой можно было бы ездить, на несколько сотен миль вокруг. Я до сих пор не понимаю, как он умудрился его туда доставить.
Парень покачал головой и посмотрел в свою тарелку.
– Честно говоря, единственный здравомыслящий Охотник, которого я знаю, это мой отец.
Это что, тот самый человек, который был схвачен, помещен в темницу, а затем успешно соблазнил свою тюремщицу и завел с ней вроде бы целых восемь детей? Руби переглянулась с членами своей команды, которые кивнули ей в ответ. Да, его отец был точно так же безумен, как и все остальные.
– Ладно, хотя я и признаю, что это довольно сильный аргумент, но я не думаю, что это относится вообще ко всем, – попыталась возразить ему Пирра. – Ты не може-…
– Порт, – вздохнул Жон.
– Н-ну…
– Ублек.
– Он… Я имею в виду, что у него, скорее, наркотическая зависимость от-…
– Озпин, Гудвитч, Кроу, – отмахнулся Жон, продолжив перечислять Охотников. – Думаю, сюда еще стоит добавить Торчвика, раз уж он разгуливает по городу с черной обводкой вокруг глаза.
– И совершает преступления, – добавила Вайсс. – Я бы посчитала признаком безумия именно это, а не его внешний вид.
– Н-ну, это же слишком маленькая выборка, – безнадежно сказала Пирра. Руби показалось, что она даже увидела, как мир девушки стал трещать по швам. – Это же ничего не доказывает, правда? Это же не обязательное требование для того, чтобы стать хорошим Охотником или Охотницей?
Никто из сидевших за столом не смог ответить на этот вопрос.
Вайсс застонала.
– Мы все сойдем с ума, да?
– Скорее всего, – сказала Блейк. – Но должна заметить, что половина сидящих здесь уже это сделала.