– Эй, я вернулся. Извините за опоздание.
– Ты как раз вовремя. Успел уже поговорить с Кроу? – поинтересовалась Вайсс.
– Не смог его найти. Один студент сказал, что видел, как он шел к кабинету директора, так что я решил их не беспокоить.
– Хм, жаль. Но у нас есть и хорошие новости – Руби наконец пришла в себя.
– Правда? Это же просто замечательно!
Искренняя радость Жона заставила девочку улыбнуться. Она повернулась, чтобы на него посмотреть, и в ту же секунду упала с испуганным криком, чувствуя себя так, будто ей в череп загоняли гвоздь.
– А-а!
– Руби?! – поспешила обнять ее Янг. – Руби, что случилось?
– Н-ничего, – ответила она, ощупывая свою голову. Разумеется, там не было никаких ран, но зато эта боль… острая и внезапная, одно воспоминание о которой заставляло девочку испытывать какую-то тошноту. – Н-наверное, слишком резко повернулась.
– Ложись сюда, – распорядилась Янг, укладывая ее голову себе на колени. – Давай, закрывай свои глазки, сестренка. Так лучше?
Руби выполнила ее инструкции, почувствовав облегчение от того, что новых вспышек боли так и не появилось. Но память о том, что она испытала всего полминуты назад, была еще слишком свежа…
– Хм… – пробормотала девочка, когда Янг провела рукой по ее волосам. – Хорошо…
– Так и лежи, Руби, – произнесла Вайсс. – Ты все еще не до конца поправилась.
– Ладно.
О чем-то спорить ей сейчас совсем не хотелось.
– Жон, а с тобой-то все в порядке? Чего это ты там замер?
– В-все хорошо. Я просто удивился, когда Руби вскрикнула, – его голос звучал как-то взволновано. Он о ней беспокоился? Девочка приоткрыла один глаз, но тут же его закрыла обратно, пытаясь справиться с новым приступом головокружения.
А затем пришел страх. Что с ней вообще происходило? Она что, заболела? Даже выданные ей лекарства мало что могли сделать, но вот просто закрытые глаза почему-то довольно сильно ослабляли ее боль.
Со стороны Вайсс послышался тяжелый вздох.
– Ладно, если Руби больше не теряет сознание, то, пожалуй, начнем. Нам очень многое нужно обсудить…
– Разве? – поинтересовалась Блейк. – Нам уже известно, что за этой атакой стоит Белый Клык. Что тут еще можно обсуждать?
– Много чего, – ответила ей Вайсс. – Например, чего, собственно, они хотели этим достичь? Вряд ли это нападение могло хоть как-то улучшить отношение людей к фавнам. Думаю, сейчас они добились прямо противоположного. Да и вообще – почему именно сейчас? Разве не лучше было бы нанести свой удар во время Фестиваля Вайтела?
– Может быть, им не требовалось слишком уж много жертв? – предположил Рен. – Вполне возможно, что они как раз и хотели сорвать мероприятие, заявив этим о себе. Как считаешь, Блейк?
– Для них это слишком тонкий ход. Нет, я вовсе не хочу сказать, будто они не могут действовать довольно тонко в случае необходимости, вот только Белый Клык предпочитает все же куда более грубые методы. В конце концов, они особо и не скрывали свою причастность к различным акциям, и всем об этом было прекрасно известно.
– Я думаю, что важнее понять, почему они работают вместе с Хентаклем и Гриммами, – произнесла Янг, вновь проводя рукой по волосам Руби.
– Вопроса ‘почему’ с точки зрения Белого Клыка даже и не стоит, – усмехнулась Вайсс. – Хентакль невероятно силен, и этого для них вполне достаточно. Впрочем, я поняла, что ты имеешь в виду. Нам с самого раннего детства твердили о том, что Гриммы являются всего лишь безмозглыми монстрами, но сам факт того, что кто-то наладил с ними общение и даже заключил своего рода союз, говорит об обратном.
– Но почему? Что им вообще мог предложить Белый Клык?
– Всеобщую панику? – предположила Нора.
Все уставились на нее.
– Но ведь сходится, правда? Гриммам была нужна паника, а Белый Клык попытался спровоцировать ее своей атакой, – хлопнула в ладоши девушка. – И обе стороны вместе работали над тем, чтобы получить именно то, что им требовалось. У них это… взаимогадское сотрудничество.
– Взаимовыгодное, – поправил ее Рен.
– Я все правильно сказала.
– Честно говоря, эта теория ничуть не хуже любой другой, – произнесла Вайсс. – И я совсем не уверена, что мы сможем придумать что-нибудь получше, не поймав и не допросив какого-нибудь говорящего монстра.
– Если они вообще хоть что-то об этом знают, – добавила Блейк. – Информация может быть известна, например, только самому главному из них. В конце концов, это же обычная практика для подобных ячеек. Так что нам нужно будет ловить как минимум Хентакля.
– Угу. И мы уже даже знаем, насколько просто это будет сделать, – мрачным тоном произнесла Янг. – Он в одиночку надрал задницы нам всем.
– Тогда нам следует усерднее тренироваться и становиться как можно более сильными. К тому же нужно улучшить нашу командную работу и попробовать различные тактики. А вот когда мы будем полностью уверены в своих возможностях, тогда и начнем на него охотиться.
Жон нервно поерзал на своем месте.
– А вы уверены в том, что это хорошая идея? Не лучше ли будет просто оставить его в покое? Я имею в виду, что он же просто защищался, когда вы-… то есть мы на него напали. Он даже не пытался никому из нас навредить.
– Кроме тебя, разумеется, – заметила Вайсс.
– Ну, со мной же тоже все в полном порядке. Ничего плохого ведь не произошло.
– Но могло произойти, и это самое главное. Вчерашняя атака могла окончиться многими сотнями жертв, если бы не твое Проявление, – в этот момент девушка, скорее всего, кивнула Жону. – Но Вейлу не всегда так будет везти. И нам тоже. Я считаю, что Блейк права, и нам стоит усилить свои тренировки.
– Тем более, что скоро начнется Фестиваль Вайтела, – добавила Пирра.
– Ага. Приедут студенты из других Королевств, – засмеялась Янг. – И у нас станет чуть больше вооруженных и обученных людей. Может быть, Белый Клык вместе с Хентаклем даже и не рискнут тогда что-либо предпринимать.
– Возможно, поэтому они и устроили свое нападение именно сейчас, – сказала Вайсс. – Скорее всего, они ожидали, что во время турнира безопасность будет усилена. И вместо того, чтобы провести заранее обреченную на провал акцию, решили ударить тогда, когда к этому никто не был готов, чтобы поднятая ими волна шумихи отодвинула Фестиваль на второй план.
– Может быть, и так, – задумчиво произнесла Блейк. – По крайней мере, в таком варианте имеется хоть какой-то смысл…
Лежа с закрытыми глазами, Руби, видимо, задремала на несколько минут, проснувшись от того, что гладившая ее до этого по голове Янг неожиданно стала трясти девочку за плечи. Боги, неужели она начала храпеть?
– Похоже, что Руби все еще не выспалась, – рассмеялась ее сестра. – Пожалуй, закончим на этом, ладно?
– Хорошо. Если тебе не затруднит, то отведи ее, пожалуйста, в нашу комнату, – сказала Вайсс, протягивая Янг свой свиток, чтобы та смогла открыть дверь. – Отдыхай, Руби. Ты это более чем заслужила.
Девочка хотела было что-нибудь ей возразить, но просто не нашла в себе сил это сделать. Она действительно очень устала. Открыв глаза, Руби порадовалась тому, что не появилось никаких новых приступов боли – разве что легкое головокружение, поскольку она слишком резко поднялась после того, как довольно долго лежала.
С другой стороны, причина-то ее недомогания явно крылась кое в чем другом. Девочка нашла взглядом Жона, сидевшего сейчас на краешке кровати Норы. Ее глаза тут же стали пульсировать, и Руби поспешила вновь их закрыть. Три попытки из трех, и ни с кем больше подобного не случалось. Боль появлялась лишь тогда, когда она пыталась посмотреть на Жона. В качестве последнего эксперимента девочка аккуратно взглянула на ноги своего друга, но, как и ожидалось, так ничего и не почувствовала.
Впрочем, этот факт никак не мог поднять ей настроение.
– Идем, сестренка, – прошептала Янг. – Время укладываться в кроватку.