Руби не стала ни сопротивляться, ни вообще как-либо ей отвечать, направившись в свою комнату. Ее мысли путались, а сердце билось слишком уж быстро. Что-то с ней явно было не так. То, что она не имела возможности даже просто посмотреть на Жона, не почувствовав при этом себя очень плохо, никак не могло быть нормальным.
Ей нужно было срочно поговорить с дядей Кроу.
***
– Есть кое-что, чего я не понимаю.
– Поздравляю. Я слышал, что это как раз и является первым шагом на пути к просветлению. И как оно там?
Кроу страдальчески посмотрел на Озпина, хотя этот старый дурак все равно не заметил его взгляда. А если и заметил, то просто его проигнорировал. Возможно, в этом была виновата огромная стопка документов, которую сейчас просматривал директор, а может быть, генерал Айронвуд, только что вылетевший из этого кабинета и бормотавший себе под нос различные ругательства. Как бы то ни было, теперь иметь дело с Озпином придется именно ему, поскольку Глинда тоже ушла, прихватив с собой две трети от первоначальной стопки.
– Я просто подумал, что что-то здесь не так, – произнес Кроу, игнорируя отсутствие интереса со стороны директора. Он знал, что тот его сейчас внимательно слушал, как, впрочем, и всегда. – Если у парня настолько полезное Проявление, то почему Рейвен его вообще отпустила? В конце концов, у нее же есть дева Весны. Неужели она не посчитала нужным включить в ее защиту еще и детектор Гриммов?
– Не ты ли сам мне говорил, что мистер Арк от нее просто сбежал?
– Да, но если бы Рейвен действительно захотела его остановить, то так бы и сделала. Именно факт того, что она его отпустила, и не укладывается в общую картину.
– Проявления очень редко бывают настолько простыми, как тебе, скорее всего, кажется, Кроу. Ты и сам знаешь, что они могут изменяться и эволюционировать со временем. Думаю, что пока мы увидели лишь самую вершину способностей мистера Арка, – директор некоторое время молчал. – Кстати о способностях. Полагаю, что мне стоит рано или поздно поговорить с твоей племянницей. Вряд ли она забудет о том, что случилось с ее глазами, если просто об этом не упоминать.
Кроу даже немного оскорбился за Руби.
– Озпин, как это она может забыть тот факт, что непонятно из-за чего взяла и впала в кому? За кого ты ее вообще принимаешь?
– Но к тому, чтобы узнать всю правду, она все еще не готова.
– Ну так расскажи ей только часть, но дай девочке хоть какое-то объяснение. А если не хочешь заниматься этим сам, то давай я с ней поговорю. Ладно, хватит уже о Руби. Меня сейчас больше интересует, что еще тебе известно о моем ученике и племяннике.
Ведь это явно было не все. Кроу просто не верил, что Оз стал бы защищать парня в надежде на то, что тот когда-нибудь начнет чувствовать Гриммов. Нет, разумеется, это тоже было очень полезной способностью, но все же не до такой степени, чтобы так сильно взволновать директора. Должно было быть что-то еще, и Кроу собирался это выяснить.
– Тебе известно, что произошло во время церемонии посвящения? – после не слишком долгого молчания спросил у него Озпин.
– Если учесть, что я тогда был довольно далеко отсюда, то будем считать, что нет.
– Мистер Арк столкнулся со Смертоловом, запертым в пещере еще с тех времен, когда здесь не было никакого Бикона. Монстр не должен был так уж сильно отреагировать на факт их встречи, но почему-то пришел в ярость и, выбравшись из своей пещеры, выследил его, пройдя при этом через весь Изумрудный лес и не обратив никакого внимания на других студентов. Хентакль, кстати, тоже в это время был где-то рядом, разыскивая мистера Арка.
Кроу вздрогнул. Ни то, ни другое просто не могло окончиться чем-то хорошим, но парень все же сумел это как-то пережить.
– Так и в чем смысл твоей речи?
– Смысл в том, что мистер Арк зашел внутрь этой пещеры, которая даже не должна была его заинтересовать, и наткнулся там на давным-давно запечатанного Гримма. Так что могло заставить его пойти именно туда?
– Его Проявление, – дошло до Кроу. – Он почувствовал Гримма и пожелал на него взглянуть. Довольно смело с его стороны.
– Да. Скорее всего, так и было, – кивнул Озпин. – Однако мы должны учитывать и другие варианты. Гримм проявил к мистеру Арку необычайный интерес. Хентакль неоднократно пытался его захватить, и мы вполне можем предположить, что он зачем-то понадобился Салем. Подумай сам, Кроу, какая польза Королеве Гриммов от человека, способного этих самых Гриммов чувствовать?
Никакой.
Если не считать того, что люди лишатся довольно полезного инструмента. Но Кроу сильно сомневался в том, что Салем вообще волновало наличие у них какого-то там детектора Гриммов. Это могло что-то изменить в тактическом плане, но уж точно не в мировых масштабах. Да и сами Гриммы, в конце концов, были далеко не любителями скрытных проникновений и нападений из засад.
– И тут существует как минимум два варианта, – продолжил Озпин. – Например, мистер Арк может представлять угрозу последней разработке Салем – тем самым монстрам, что способны действовать в человеческом обществе.
– Ты имеешь в виду Хентакля и то существо, с которым дралась команда Янг? – уточнил Кроу, неожиданно осознавая открывавшиеся перед ними возможности. – Он способен их находить! Парень может сказать, кто является настоящим человеком, а кто – замаскированным Гриммом!
– Именно так. Возможно, Салем желает заполучить его из каких-то тактических соображений, а может быть, мы просто неправильно поняли ее замысел. Но лучше подумай о том, как именно на мистера Арка реагировали Гриммы. Смертолов гнался за ним через весь лес, Хентакль раз за разом пытался его похитить. Даже Беовульфы в свое время отметились чем-то подобным.
– Ты имеешь в виду, что они желают устранить угрозу?
– Я не верю, что его Проявление ограничивается лишь возможностью чувствовать Гриммов. Может быть, именно поэтому Рейвен и не пыталась его удержать в своем племени. А возможно, что это и было той причиной, по которой он сам объявил свое Проявление ‘опасным’, не пожелав использовать его на ваших тренировках.
Опасным? Разумеется, парень говорил, что боялся кому-либо навредить, но тогда Кроу посчитал это банальным желанием похвастаться. А вот теперь он понимал, что Жон, скорее всего, действительно сдерживался, когда применял свои способности на Синдер.
– Я, вообще-то, думал, что его Проявление должно было быть чем-то наступательным. Вот чем может грозить противнику способность просто чувствовать Гриммов?
– Ничем, если говорить только об этом, – произнес Озпин. – В таком варианте получается чистое Проявление поддержки. Но раз уж мистер Арк настолько боялся его применять, то у него наверняка была на это довольно весомая причина. Например, та самая, которую мы раз за разом видим при каждом его столкновении с Гриммами.
Понимание пришло практически мгновенно.
– Они тоже могут его чувствовать.
Должно быть, Жон являлся для монстров своеобразным маяком. А может быть, их привлекали его же собственные эмоции, возникавшие от осознания того, сколько именно Гриммов находились вокруг него. Как бы там ни было, парень просто притягивал к себе всех возможных чудовищ и, видимо, поэтому старался не использовать свое Проявление.
Тогда становилось полностью понятно, почему Рейвен так легко отпустила его из своего племени. В Биконе Жон мог стать сильнее, а постоянные нападения Гриммов переставали быть именно ее проблемой. И все же она послала Синдер – своего рода телохранительницу – присмотреть за ним. Проклятье, как же все было запутанно.
– Теперь-то ты понимаешь, почему я не хочу рассказывать о его способностях ни Совету Вейла, ни даже Джеймсу? – спросил Озпин.
Кроу понадобилась всего лишь секунда, чтобы представить себя реакцию генерала Айронвуда или тех же Советников на новость о том, что парень притягивал к себе Гриммов. Как только они поймут, что даже одно его присутствие в городе могло увеличить количество атак, то тут же устранят эту угрозу, оторвав Жону голову или сбросив его в какой-нибудь вулкан. Кроме того, все еще оставалась проблема тех, кто желал использовать парня в каких-то своих целях.