– Даже не приблизились к ее окончанию. Норе неожиданно взбрело в голову поменять названия всех наших командных приемов. А то и сами приемы.
– Я просто сказала, что мой с Реном должен называться ‘Вместе навсегда’, – тут же вклинилась в разговор упомянутая ей девушка. – Или, например, ‘Ренора’. А для приема, который выполняют Блейк с Реном, тоже следует подобрать какое-нибудь другое наименование.
– Зачем? – удивленно спросила у нее Янг. – Мне кажется, что ‘Черный лотос’ отлично им подходит.
– Да ничего подобного! Их прием должен называться ‘Разлучница’ или, например, ‘Ничего не выйдет’. О, как насчет того, чтобы создать еще один и дать ему название ‘Живой щит’? Блейк отвлекает на себя внимание противников, а Рен в это время убегает.
– Чтобы напасть на них с фланга? – поинтересовался парень.
– Разумеется. Почему бы и нет.
– Помоги мне, – шепотом взмолилась Блейк, хватая Янг за руку. – Она не прекращает этого с самого утра. Я всего лишь попросила у нее одолжить фен, а ей, видимо, послышался ‘Рен’, и теперь ее уже ничем не остановить. Я скоро сойду с ней с ума.
Янг похлопала свою подругу по плечу.
– Никогда не сдавайся, Блейк. Сражайся за свою любовь до самого конца.
– Как же я тебя ненавижу!
– КАК ЖЕ Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ! – эхом повторила ее слова Вайсс, лежа на траве и пытаясь отдышаться. Бедняжка была полностью мокрой и просто не имела сил подняться на ноги. – Моя ненависть к тебе воистину безгранична, и когда я наконец смогу до тебя добраться, ты будешь умолять меня о пощаде!
Жон не осмелился подойти к своей напарнице на расстояние удара Миртенастером, вместо этого топчась чуть поодаль со своим мечом в опущенной руке.
– Так ты сдаешься?
– Я заставлю тебя страдать!
– Вайсс, что-то это не слишком похоже на то, что ты сдаешься.
Та некоторое время просто смотрела на Жона.
– Ладно, давай назовем это ничьей…
Янг фыркнула на это заявление. А когда парень поднял свою напарницу на руки, чтобы унести ее с площадки, то и вовсе рассмеялась. Вопреки словам Вайсс, он все-таки получил несколько ударов, но, как обычно, даже не обратил на них никакого внимания. Наверное, Янг следовало сейчас испытывать что-то вроде ревности, но эта картина была настолько забавной, что подобные мелочи ее ничуть не волновали.
– А как он сражается против вас с Руби? – спросила она у Пирры. – Он что, уже и тебя способен победить?
– Нет, меня он все еще не превзошел. Хотя сила и выносливость Жона просто невероятны, но он пока что не достиг уровня моей скорости, и поэтому мне все же удается находить бреши в его защите.
– А что насчет Руби?
– У них установился своего рода паритет. Жон не может уклониться от ее ударов, но зато сама Руби просто не успевает нанести ему достаточное количество повреждений прежде, чем окончательно выдыхается, – Пирра едва заметно улыбнулась. – Его боевой стиль… ну, он весьма своеобразен.
И это было еще мягко сказано. Жон пока что даже не запыхался, а у самой Янг как-то не имелось желания с ним драться, поскольку она уже успела проиграть свой бой Пирре меньше часа назад.
– Кто-нибудь хочет с ним сразиться? – спросила она.
– Я готова это сделать, лишь бы Нора от меня наконец отстала, – проворчала Блейк.
– А как насчет Рена? – предложил сам Жон, удивив всех своим заявлением. Обычно ему было абсолютно все равно, кто именно выходил с ним на площадку. И еще Янг показалось, что его глаза на секунду вспыхнули.
Рен, видимо, этого так и не заметил.
– Я буду рад немного размяться, – сказал он, поднимаясь со своего места.
Улыбка Жона стала какой-то зловещей.
Янг, Пирра и Блейк недоуменно переглянулись, а затем дружно пожали плечами. Нора не обратила на них никакого внимания, поддерживая криками своего не такого уж и тайного возлюбленного, а Вайсс все еще не до конца пришла в себя, лежа на траве и прикрывая свои глаза рукой от солнечного света.
– Похоже, парни тоже решили подготовиться к турниру, – пошутила Янг. – Лично я не ожидала ни того, что Жон пригласит на спарринг Рена, ни того, что тот на это согласится.
– Но нельзя сказать, что тренировками сейчас занимаемся только мы, – возразила ей Пирра, кивнув на другие площадки, многие из которых были заняты различными командами. Янг впервые видела подобное усердие со стороны студентов, обычно предпочитавших проводить свои выходные где-нибудь в Вейле.
Честно говоря, больше всего это напоминало последнюю неделю перед экзаменами в Сигнале. Разве что там подростки по большей части тихо сидели в библиотеке, обложившись грудами книг.
– Надо быть очень аккуратными, чтобы никто из наших соперников не увидел ничего лишнего, – произнесла Блейк. – А то вон те иностранные студенты уже что-то у нас высматривают.
Она кивнула в сторону четырех парней в форме Хейвена, внимательно глядевших на них.
Янг фыркнула.
– Ха, Блейк. На самом деле, они смотрят не на нас, а именно на тебя.
– Извини, что?
– Это же твой сталкер.
Блейк удивленно моргнула.
– Бан?
– Мне кажется, что его звали Сан, – осторожно поправила ее Пирра.
– Кто вообще может назвать своего ребенка именем ‘Сан’?
– Тот же, кто способен дать ему имя ‘Бан’.
Вздохнув, Блейк сдвинулась так, что Янг и Пирра загораживали ее от чужих взглядов.
– Спрячьте меня. Сегодня слишком жарко, чтобы разбираться еще и с этим.
– Ты ведь можешь намекнуть ему, что уже занята, например, начав целоваться с Реном.
– Действительно может, – рассмеялась Нора. И было в ее смехе что-то такое, что вздрогнула даже Пирра, а Блейк и вовсе позабыла о каких-то там сталкерах, спрятавшись за Янг уже от своей собственной напарницы.
– Между нами ничего такого нет, – поспешила сказать девушка. – И как бы там ни было-… о, смотрите – Руби уже возвращается назад.
– Хорошая попытка, Блеки. Но нас так просто не отвле-… – тут Янг заметила бежавшую к ним девочку. – Эм, ладно, неважно. Эй, Руби!
Она похлопала по траве рядом с собой.
– Садись сюда. Ты уже поговорила с Озпином?
– Ага, – кивнула ее сестра, по какой-то причине явно радуясь своему возвращению к их командам. – Янг, в коридорах огромное количество людей! Это было как на церемонии посвящения! Один парень спросил у меня нужное направление, а я даже не смогла ему толком ответить!
– И что же ты сделала?
– Куда-то его отправила.
– Куда именно?
– Не знаю, – простонала Руби. – Я запаниковала и показала ему на первый же попавшийся коридор.
– Как обычно, – рассмеялась Янг, гладя свою сестру по голове. Бедняга, скорее всего, уже окончательно заблудился в сотнях практически одинаковых переходов. Иногда так просто было забыть о том, как плохо Руби сходилась с незнакомыми людьми. И подружившись с двумя командами, девочка совсем не спешила расширять свой круг общения. – Итак, Озпин помог тебе с твоей маленькой проблемой?
– Ох, сомневаюсь, что это вообще можно назвать помощью. Скорее всего, у меня пробудилось какое-то крутое оружие против Гриммов из древних времен, когда люди с серебряными глазами загадочным образом их побеждали.
– И? – заинтересовалась этой историей Пирра.
– И все. Предположительно, ‘ответ скрыт внутри меня’, – явно процитировала директора Руби. – Но если это и так, то я просто не знаю, как его оттуда достать. И да – именно эта штука заставила Хентакля сбежать. Но больше нам о ней абсолютно ничего не известно.
– А тот факт, что ты потеряла сознание?
Девочка пожала плечами.
– Думаю, что применение этого оружие отняло у меня слишком много сил.
– Может быть, тебе нужно просто к этому привыкнуть? – предположила Пирра. – А то я сильно сомневаюсь в том, что способность терять сознание в присутствии Гриммов могла дожить до наших дней. Если раньше существовали те, кто ей обладал, то, скорее всего, они все-таки умели хоть как-то ее контролировать.