– Кому ты вообще его дала? Лично я ничего подобного у тебя не просила!
– Эм… мистеру Варежке.
– Тому самому Урсе, которого ты заездила до смерти? – уточнил Рен.
– Да. Но мне кажется, он не стал бы возражать против того, чтобы его смерть помогла одной застенчивой деве наконец покинуть свою раковину.
Вздохнув, Блейк решила не сопротивляться своей напарнице, когда та вытащила ее из Быкоглава и потянула в сторону разноцветных навесов и прилавков. Рен с Янг последовали за ними, явно наслаждаясь ее страданиями. Всего несколько месяцев назад она назвала бы идиотом любого, кто сказал бы, что ее будет таскать за собой какая-то там девушка. Блейк никогда не боялась дать понять кому бы то ни было, что ее не устраивала подобная компания. К сожалению, Нора ничуть не боялась дать понять ей самой, что ее абсолютно не волновало чье бы то ни было мнение по этому вопросу.
– Разве мы не должны сейчас тренироваться? – чувствуя подступавшее к ней отчаяние, спросила девушка. Даже спарринг казался ей в этот момент гораздо милее, чем шумная толпа визжавших детей и раздраженных этим взрослых.
– Мы и так уже тренируемся несколько дней подряд, – заметил Рен. – Нам надо немного передохнуть.
Предатель! Он сделал это только потому, что Нора сейчас уделяла свое внимание именно Блейк, а не ему самому. Она зашипела в его сторону, но Рен совсем не спешил к ней приближаться. Тогда девушка посмотрела на Янг в поисках хоть какой-нибудь поддержки.
– Тебе нужно больше общаться с другими людьми.
Сплошное предательство.
– Идем, Блейк. Тебе все равно больше нечем заняться, поэтому мы проведем сегодняшний день в качестве команды. Считай это испытанием своих сил.
– Что считать-то? Все эти глупые ярмарочные игры?
– К-конечно, – чуть запнулась Янг, но все же сумела довольно быстро взять себя в руки. – Это хороший способ проверить свои меткость и скорость реакции.
– А нам вообще разрешено принимать в них участие? Мне кажется несколько нечестным, что обученные Охотники и Охотницы соревнуются с маленькими детьми за плюшевые игрушки. Есть ли в этом хоть какой-то смысл?
– Абсолютно никакого, – радостно согласилась с ней Нора. – Поэтому мы будем соревноваться лишь друг с другом.
Блейк прищурилась.
– Поясни-ка, кто это ‘мы’.
– Ты и я.
– Не интересует.
– Что, струсила?
Девушка закатила свои глаза. Ей же было уже не шесть лет, чтобы вестись на подобные подначки.
– Да, струсила. Могу я теперь в ужасе забиться обратно в библиотеку?
– Нет!
– А жаль…
Несмотря на все свое недовольство, Блейк вовсе не спешила вырываться и куда-то там убегать. Ей действительно нечем было заняться в Академии, а книги вполне могли немного подождать. И она вовсе не испытывала отвращения при мысли о веселье, пусть даже такая огромная толпа немало раздражала девушку. Слишком уж много народу собралось на не такой уж и большой территории. Причем создавалось ощущение, что все свои хорошие манеры эти люди в обязательном порядке сдавали на входе, теперь безжалостно толкаясь и пихаясь, а вместо нормальных извинений тупо тыкали пальцами в сторону какого-нибудь очередного фейерверка или пролетавшего мимо воздушного шарика.
Честно говоря, Блейк никак не могла дождаться начала турнира. По крайней мере, бои ей сейчас казались чем-то знакомым и чуть ли не родным, а арена стала бы прекрасной проверкой ее способностей.
Если, конечно, им не придется выступать против команды WJRP. Нет, разумеется, для противодействия Пирре ими было составлено немало планов, но та все еще оставалась фаворитом этого состязания.
Кстати, о команде WJRP…
– Удивительно, что ты сегодня не пошла на свидание с Жоном, Янг. Разве это стало бы не идеальным поводом для чего-то подобного?
– Я бы пошла, если бы сумела его найти, – призналась та. – Но Вайсс сказала, что он встал очень рано утром и куда-то ушел тренироваться.
– И все еще не вернулся?
Янг пожала своими плечами.
– Когда я спрашивала, он отсутствовал всего лишь полтора часа. Так что, может быть, уже и вернулся. Не знаю, я просто не стала его дожидаться.
– Какая все-таки страстная у вас любовь.
– Заткнись, – рассмеялась Янг. – Я предпочитаю иметь определенный уровень свободы и потому ничуть не возражаю, что он занимается какими-то своими делами. Не можем же мы проводить друг с другом абсолютно все доступное нам время.
– Что, даже не возникло и мысли о том, что он ушел на встречу с какой-нибудь своей любовницей? – усмехнулась Блейк.
– Нет, потому что я ему доверяю. И то, что Жон отправился утром в лес, вовсе не означает, что у него там назначено свидание с какой-то любовницей.
***
– Сосредоточься!
– Я и так сосредоточен.
– Тогда сосредоточься еще сильнее, – хмуро произнесла Синдер, сложив руки под своей грудью и прислонившись к дереву. Она сейчас была одета не в свое обычное красное платье и даже не в школьную форму Бикона, а в наряд, состоявший из кожаной жилетки коричневого цвета и целой кучи бинтов. Девушка как раз перехватила взгляд Жона. – Чего это ты так на меня уставился?
– Ты не ранена?
– Что?
– Ну, все эти бинты, – пояснил он. – С тобой что-то случилось?
– Это всего лишь маскировка, придурок.
– Но зачем тебе вообще понадобилось маскироваться? Если никто не видел твоего лица, то точно не сумеет тебя опознать, какой бы наряд ты ни надела. Так что могла бы просто ходить в своем обычном платье.
Синдер замерла, явно пытаясь подобрать хоть какой-нибудь ответ. И то, что она об этом как-то не задумывалась, вовсе не означало, что девушка была хоть капельку благодарна Жону за подобные комментарии.
– Заткнись и сосредоточься! Я пришла сюда вовсе не для того, чтобы тратить свое время на бесполезную болтовню вместо похода на Фестиваль.
– Я и не знал, что тебе нравятся подобные мероприятия.
– Они мне и не нравятся.
– Тогда зачем-…
– Меньше разговоров, больше концентрации! Если хочешь научиться управлять своей другой частью, то приложи к этому хоть какие-нибудь усилия. Попробуй ощутить то, что чувствовал в тот раз, когда утратил над собой контроль.
– Я плохо это помню.
– Да во имя же… – вздохнула Синдер. – Ладно, я справлюсь. У меня все получится. Нет никаких причин для раздражения. Я абсолютно спокойна.
Жон удивленно моргнул.
– Ты что, разговариваешь сама с со-…
– Заткнись! – рявкнула девушка. Жон решил не напоминать ей о том, что это было вовсе не то спокойствие, о котором она только что говорила. – Твоя внутренняя сущность дает о себе знать только в том случае, когда тебя захлестывают негативные эмоции. Возможно, именно так проявляется инстинкт, свойственный всем Гриммам.
– То есть мне нужно этого избегать?
– Это попросту невозможно. Люди являются прямо-таки ходячими генераторами подобных эмоций. А если учесть, сколько всего их соберется на Фестиваль Вайтела, то ты никак не сумеешь этого избежать. Поэтому тебе все же потребуется научиться полностью себя контролировать до начала турнира.
– Но он же начинается уже завтра…
– Вот и сосредоточься. Ты все равно не сможешь избавиться от своей собственной части, так что попробуй ей управлять. И первым шагом на этом пути станет злость. Давай, разозлись на меня.
Жон напряг свои мускулы и уставился на девушку, заставив ее печально вздохнуть.
– Не могу. У меня не получается просто так разозлиться.
– Представь себе что-нибудь кошмарное. А еще лучше – вспомни это.
– Как мама поймала меня за чтением под одеялом?
Синдер приложила ладонь к своему лицу.
– Насколько же ты все-таки избалован, – вновь вздохнула она. – Скорее всего, у тебя даже нет ни одной моральной травмы. Счастливчик. Ладно, попробуем кое-что другое.
Девушка приняла боевую стойку, встав к Жону в полразворота и чуть выставив вперед одну руку.
– Я на тебя сейчас нападу, так что защищайся.