В его уже синих глазах мгновенно появилось понимание, а волосы и кожа тут же вернулись к своим естественным цветам. Она не знала, помнил ли парень хоть что-то из периода своего буйства, но даже если это и было так, то он не стал ничего говорить по этому поводу. Жон просто поднял Янг на руки. Блейк, немного замявшись, поправила свою ленточку на руке у девушки, а затем перевела свой взгляд на самого парня.
– Надеюсь, что у тебя имеется какое-нибудь хорошее объяснение для всего этого, – прошипела она, явно почувствовав себя куда более уверенно, оказавшись рядом со своим сокурсником, а не Хентаклем.
– Д-да, у меня оно есть, – ответил ей Жон. – Но об этом мы можем поговорить и как-нибудь потом. Янг сейчас гораздо важнее.
Похоже, это несколько успокоило Блейк, которая наконец отпустила ладонь своей раненной подруги.
– Я позабочусь о ней, – добавил парень. – Гриммы не станут на вас нападать, а Кевин разберется с Адамом. Так что теперь вы в безопасности, насколько это вообще возможно.
– Хорошо, – кивнула Руби. – И лучше поспеши. Пусть Янг как можно быстрее окажут помощь.
Через мгновение Жон уже убежал прочь, благодаря своей сверхъестественной силе и выносливости не испытывая абсолютно никаких неудобств от своей ноши. Девочка некоторое время глядела ему вслед, раздумывая над тем, не было ли ошибкой доверить ему свою сестру, но затем просто выкинула все эти сомнения из своей головы. Нет, взгляд парня, которым он смотрел на тяжело раненную Янг, практически ничем не отличался в обеих его формах – там были лишь гнев и отчаяние.
Вряд ли Жон был способен разыграть что-то подобное.
– Идем, – сказала Руби. – Нам нужно отыскать остальных. Я поищу Вайсс, а ты – свою команду.
Ее подруга даже не шевельнулась.
– Блейк?
– Жон что, и вправду назвал вот это вот Кевином?
***
Адам проскользнул под очередной аркой, но и она не сумела задержать проклятого дракона даже на секунду. Он пробовал прятаться за Гриммами, а когда это не сработало, то и за своими собственными подчиненными. Но монстр даже не задумывался, прежде чем давить подобные препятствия своими лапами. А если кто-то не успевал заметить приближение этой твари, то он тут же хватал их своей гигантской пастью и с удовольствием проглатывал.
Это было каким-то безумием. Адам не испытывал абсолютно никакого страха перед Гриммами и за свою жизнь немало их перебил. Он был достаточно уверен в собственных силах и своей способности справиться с любым монстром. Но сейчас, похоже, наступило самое время несколько пересмотреть эти представления о себе. Главным при этом оказалось не впасть в панику, потому что это означало бы немедленную смерть.
Разумеется, дракон был невероятно большим, но наверняка даже у него имелись какие-то уязвимые места. Вот только Адаму некогда было их искать, пока монстр гонялся за ним. Возможно, с кучей помощников, вооруженных каким-нибудь мощным оружием и взрывчаткой, он сумел бы уничтожить эту тварь и в открытом бою, но ничего из этого у него сейчас все равно не имелось. Как вообще этот дракон мог настолько незаметно пробраться в Вейл? Неужели он и был той самой козырной картой Синдер, которую эта вероломная сука придержала в своем декольте?!
Вспомнив о том, что именно появление Хентакля прервало его весьма долгожданное воссоединение с любимой, Адам испытал лютую ненависть. И это едва не стоило ему жизни, поскольку лишь чудом удалось успеть откатиться от того места, где сомкнулись огромные челюсти.
Он ударил своим клинком дракона в нос, но тот просто фыркнул, отбрасывая мужчину от себя потоком воздуха. Адам даже не стал пытаться противиться этой силе, а использовал ее для ускорение собственного бега, пока монстр был занят выдиранием своих зубов из асфальта и каменного основания под ним.
Для гарантированного побега от дракона нужно было сделать так, чтобы тот потерял его из виду. А для этого просто идеально подходило главное здание школы. Мужчина ухмыльнулся, подумав о том, что с Биконом сотворит такая туша, попытавшаяся проломиться внутрь. И как этот монстр себя поведет, когда Адам затеряется в многочисленных переходах. И ведь за все эти разрушения ответственность обязательно возложат на Белый Клык. Интересно было бы взглянуть на лицо Хентакля, когда тот поймет, что его провели – что именно его приказы приведут к полному уничтожению Бикона.
Немного приободрившись от этой мысли, Адам с новыми силами побежал через сад, убив по дороге пару рискнувших встать у него на пути Беовульфов. Впереди слышалась стрельба, но там уже не было его подчиненных – только люди, отгонявшие приближавшихся к ним слишком близко Гриммов. И на его взгляд, монстров оказалось как-то маловато. Даже, пожалуй, меньше, чем сюда притащил Белый Клык. Но не могли же студенты уже всех их перебить?
– Эй, ты, – окликнул его требовательный голос. – Сдавайся сейчас же!
Это оказалась Шни – младшая из дочерей, если, конечно, глаза не обманывали Адама. Он тут же почувствовал гнев и искушение, но усилием воли подавил все это. Сейчас не было времени для мести – за ним все еще гнался дракон.
– С дороги, Шни, или же я тебя прирежу, – твердым шагом двинулся ко входу мужчина, ясно давая понять, что девушка не была сейчас его целью. Но та отпрыгнула назад, доставая свою рапиру и преграждая ему путь.
– Я не позволю тебе пройти внутрь. Бикон закрыт для таких, как ты.
– Таких, как я? Хм. Ты имеешь в виду фавнов?
Шни прищурилась.
– Нет, я имела в виду террористов.
Ну да, конечно. И ведь наверняка любого фавна считала именно террористом. Адам с рычанием принял боевую стойку, но тут же вздрогнул, как только услышал скрежет огромных когтей по камням, который довольно быстро к ним приближался.
Но этот звук тут же привлек к себе внимание и находившихся перед входом Охотников и Охотниц, как, впрочем, и появившаяся мгновением позже в поле их зрения гигантская туша. Адам поспешил воспользоваться этим, бросившись мимо Шни ко входу. Услышав ее крик, он успел увернуться от шара огня, который должен был попасть ему в спину. Глаза мужчины уже сияли торжеством, когда дальнейший путь ему преградила целая стена льда.
– Проклятые Шни, – прорычал он, убирая свой клинок в ножны и активируя Проявление. Когда они окутались красным сиянием, Адам поспешил вновь достать свое оружие, чтобы одним ударом снести это препятствие, которое так не вовремя появилось у него на пути.
Но клинок застрял в ножнах.
Погнутый Хентаклем металл за что-то зацепился, прервав точное и выверенное движение, а у собранной для удара энергии не было абсолютно никакого выхода. Она стала вырываться прямо в ножны, взрывом уничтожая и их, и сам клинок, а его хозяина отбрасывая назад. Причем эффект оказался настолько сильным, что все-таки разрушил эту проклятую стену льда, а студентов, включая не менее проклятую Шни, повалил с ног.
Но и дракону этой задержки оказалось вполне достаточно, чтобы заметить Адама и с наполненным торжеством и предвкушением скорой расправы ревом ринуться вперед. Этот монстр каким-то образом его узнавал и охотился именно за ним.
У мужчины не оставалось времени на раздумья. Хентакль явно выступал на стороне Бикона. Да и если его не обманывала память, то тот парень, который неожиданно в него превратился, состоял в одной команде со Шни. Поэтому Адам бросился к девушке, которая все еще не до конца отошла от внезапного появления здесь огромного дракона, схватил ее за шею и, прижав к себе, вывернул ей руку так, чтобы заставить выронить рапиру.
– Назад! – взревел мужчина, привлекая к себе всеобщее внимание – в том числе и этого монстра. – У меня есть заложница, и я ее убью – с удовольствием, к слову. И твой хозяин наверняка расстроится, если я это сделаю. О, ему это точно не понравится.
– Д-да во имя же… что ты вообще творишь?! – прошипела Шни, явно не испытывая никакого страха перед ним. Адам был просто не в состоянии пугать ее больше, чем это делал здоровенный дракон. Тот, кстати, все еще смотрел на них голодным взглядом и капал на асфальт своей слюной. – Он же просто убьет нам обоих!