Хотя им всем было необходимо очень долго идти пешком, а вот ей самой удалось добраться досюда, просто сев на корабль. Так что Блейк все еще опережала своих друзей где-то примерно на неделю. Кроме того, после подобного путешествия им наверняка потребуется некоторое время на отдых, да и ей, пожалуй, тоже. И еще следовало придумать какой-нибудь способ вытащить отсюда Рена так, чтобы у них не возникло каких-либо сложностей с террористами.
– Хорошо. И спасибо, что позволили нам остаться.
– Никаких проблем, милая. Все равно я очень хотела встретиться с твоими друзьями. Как, впрочем, и Гира, – рассмеялась ее мама, в то время как ее отец гневно запыхтел. – О, не обращайте на это внимания. Он просто делает вид, что сердится, в то время как сам желал посмотреть на твой гарем ничуть не меньше меня.
– О-они вовсе не являются моим гаремом…
Разумеется, попытка что-либо объяснить ее родителям оказалась абсолютно бессмысленной. Да и сама Блейк даже не знала, действительно ли они во все это верили или же просто решили над ней подшутить, таким вот образом отомстив за побег из дома и превращение дела всей их жизни в террористическую организацию. Но как бы там ни было, Сан вполне самостоятельно нарисовал на себе мишень для Гиры, да и Илия, о которой им было известно, что она состояла в Белом Клыке, тоже получила свою порцию недовольных взглядов. И как только закончился ужин, ее родители тут же зажали этих двоих в уголок, приступив к допросу. Но даже при этом Сан упорно продолжал копать себе могилу тем, что поддавался на неприкрытый флирт со стороны Кали. Впрочем, пока все были заняты, у Блейк наконец появилась возможность спокойно подобраться к так и оставшемуся тихо сидеть за столом Рену.
– С тобой все в порядке? – шепотом спросила она.
– Уточни, пожалуйста, смысл выражения ‘в порядке’.
– Ты вообще здоров? – выполнила его просьбу девушка. – Они тебя хотя бы не пытали?
– Физически – нет. Морально… ну, это довольно спорный вопрос. Твои родители… скажем так, они весьма интересные фавны.
Блейк нервно сглотнула.
– Что именно они тебе обо мне понарассказывали?
– Ради предотвращения возникновения между нами какой-либо неловкости, я не стану отвечать на этот вопрос. Могу только заметить, что, пожалуй, я узнал за это время слишком уж многое и о тебе самой, и о твоих родителях, и об… их сексуальных предпочтениях, – что-то в голосе парня заставило Блейк вздрогнуть. – И я удивлен, что у тебя нет столько же братьев и сестер, как, например, у Жона.
– Ага, меня тоже это всегда удивляло, – собственно говоря, в этом-то и крылась основная причина, по которой девушка с таким удовольствием убегала тренироваться вместе с Адамом. – Но тебе хотя бы удалось уйти от Белого Клыка, и это просто замечательно. Нора о тебе очень сильно волновалась.
– Это было вполне ожидаемо. Мы с ней расстались впервые за очень много лет. Как она там, кстати?
– В порядке. Присматривает за Жоном и Руби.
– Хм, это хорошо, – вздохнул Рен. – Блейк, пожалуйста, постарайся внимательно выслушать то, что завтра тебе скажет твой отец. Дела здесь… обстоят не очень. Я понимаю, что ты хочешь поскорее вернуться к остальным, и вполне разделяю твое желание, но Белый Клык явно задумал что-то очень крупное. И это ‘что-то’ нам наверняка ничуть не понравится.
– А когда вообще было по-другому? – тоже вздохнула девушка. – Ладно, у нас пока еще есть немного времени, а ты по-прежнему являешься лидером нашей команды. Так что я сделаю именно так, как ты просишь. И знай, что я в тебя верю.
Впервые с момента их встречи парень улыбнулся.
– Спасибо.
Впрочем, подобная идиллия, конечно же, никак не могла продержаться слишком уж долго.
– О, ты только посмотри на них, – проворковала Кали. – Я прямо как наяву вижу нас с тобой в молодости. Ох, чувствую, что мы уже довольно скоро станем бабушкой и дедушкой.
– Действительно, – произнес Гира с каменным выражением лица. – Вот только я надеюсь на то, что это будет не слишком скоро.
Рен устало вздохнул.
Сан и Илия хмуро посмотрели на них двоих.
А вот сама Блейк стала неудержимо краснеть.
– МАМ!
***
Янг сидела у самого края воды небольшого озерка прямо посреди Патча. Оставшейся у нее рукой она все время терла виски, пытаясь размышлять о том, что произошло в ее жизни. Но постоянные всплески и смех слишком уж сильно отвлекали девушку от этого дела.
– Может быть, хватит уже?! – недовольно прошипела она. – Я тут, вообще-то, пытаюсь сосредоточиться!
Ее рука – другая рука – тут же замерла. Она была абсолютно черной – цвета самой настоящей нефти – со странными белыми костяными пластинами и жуткими красными линиями, очень напоминавшими ей какие-то кошмарные вены. Но весь наведенный ее внешним видом ужас тут же пропадал, стоило только как следует присмотреться к тому, как весело эта самая конечность плескалась в воде. Впрочем, сейчас рука как раз повернулась так, чтобы видеть Янг, и при этом сложила из своих пальцев нечто, отдаленно напоминавшее голову. К тому же она как-то умудрилась выглядеть… виноватой, что ли.
“Извини”, – захныкало это существо – именно захныкало, поскольку его голос оказался полон печали и сожаления. Людям, когда они слышали что-то подобное, всегда становилось довольно неловко, и Янг тут вовсе не являлась исключением. – “Просто я никогда раньше не видел столько воды сразу…”
Ох, следовало сопротивляться этому чувству. Девушка вообще не должна была испытывать никакой вины за то, что накричала на какого-то там Гримма.
– П-постарайся хотя бы не шуметь так сильно, – проклятье, Янг. Соберись уже. – И разве я не говорила тебе о том, чтобы ты не появлялся без моего на то разрешения? Ты хотя бы понимаешь, сколько у нас возникнет проблем, если тебя кто-нибудь сейчас увидит?
“Но вокруг нас никого нет. Я проверял”.
Глаз девушки дернулся.
– И как именно ты это сделал?
“Ну, просто высунулся из твоей шеи и осмотрелся”.
Янг содрогнулась. Ладно еще, когда это существо появлялось из ее отрезанной руки – все равно девушка этого не ощущала. Нет, разумеется, ей ничуть и не хотелось чувствовать эту самую руку. Но ведь этот проклятый Гримм вполне мог появиться практически из любого места на ее теле так, что Янг этого даже и не заметит. Чем он, к слову, довольно часто и занимался. Если верить этому существу, то оно намеревалось помочь девушке. Возможно, так всё и было. Вот только Янг даже и не знала, могло ли само понятие ‘помощи’ у Гриммов вообще хоть в чем-то совпадать по смыслу с человеческим.
– Хватит уже без спроса высовываться из меня, – проворчала девушка. – В конце концов, это же мое тело.
“Да, мам”.
– И прекрати называть меня мамой! – Боги, Янг было всего лишь семнадцать лет. Ну, почти что восемнадцать. Если что-то подобное и должно было произойти, то никак не раньше, чем лет через семь-восемь. Несколько раз вздохнув, девушка попыталась взять себя в руки и не обращать какого-либо внимания на вновь возобновившиеся всплески. Впрочем, те оказались уже куда более тихими, да и никакого смеха при этом слышно не было.
Когда ее отец вернулся обратно, и Янг все же удалось его убедить в том, что ей вовсе не требовалась помощь психиатра, то она наконец сумела узнать о том, что именно произошло в Биконе. Ну, хотя бы ту часть, которая была известна самому Тайянгу. Итак, выяснилось, что Синдер их предала, Пирра куда-то исчезла и, скорее всего, была уже мертва, а Руби вместе с Норой, Жоном и Блейк убежали ‘мстить’ за ее смерть.
Вот только насчет последнего Янг была совсем не уверена. Как бы ее ни раздражал этот новый ‘гость’, кое-какие его замечания оказались весьма кстати. Например, о том, что Жон с Руби отправились вместе, а Пирра на самом деле была жива. Может быть, паразит узнал об этом просто потому, что являлся частью парня до того, как тот засунул его внутрь девушки?
Проклятье, Жон. Разве первая стадия заведения общего ребенка не должна была оказаться хоть чуточку более приятной?
Впрочем, все это вовсе не означало, что Янг действительно стала матерью. Нет. Ни в коем случае. Просто… это просто была комбинация их генов, которая совершенно точно не являлась ребенком.