– Но по сути ты полностью прав, – вновь улыбнулась Нора. – Когда-нибудь нам действительно придется решать, оставаться ли и дальше вместе с Кроу или же пойти своим путем. Не волнуйся, я сама с ней поговорю и попытаюсь убедить ее сделать правильный выбор.
Жон кивнул, но тут ему в голову неожиданно пришла далеко не самая приятная мысль. Ведь если Руби всё же откажется покидать Кроу, то он сам вполне мог тоже застрять вместе с ними.
– А сама-то ты что-нибудь уже решила? – спросил Жон.
– Я пойду вместе с тобой.
– Вот так просто?..
– Ну, я пойду с тобой, потому что ты всё равно собираешься встретиться с Блеки и Ренни, – заметила Нора, заставив его рассмеяться. С таким-то настроем выбор между Жоном и Руби для нее и в самом деле не имел особого значения. – А когда мы их отыщем, то пусть они об этом и думают. Если решат помогать тебе, то я просто отправлюсь вместе с вами.
– Спасибо.
Жону оставалось надеяться лишь на то, что Руби его все-таки поймет. Разумеется, Кроу был замечательным человеком, который немало сделал для его обучения, но их цели всё же не совпадали. Он внезапно появился рядом с их командой, ожидая от них безоговорочного подчинения, и Руби моментально стала его слушаться, даже не особо об этом задумываясь. Но Жону требовалось спасти Пирру и вступить в противостояние со своей собственной матерью, а вот о намерениях Кроу и том, для чего они ему вообще понадобились, оставалось только догадываться.
Впрочем, у Руби всё же имелось некоторое время на размышления, пока их с Кроу пути еще не разошлись. Потом ей уже придется что-то решать.
И Жон очень надеялся на то, что ее выбор все-таки окажется правильным.
***
– Как же я тебя ненавижу, мама, – прошипела Блейк за завтраком.
Кали просто улыбнулась ей в ответ с тем самым выражением лица, которое вроде бы выглядело добрым, но от него почему-то бросало в дрожь. Ну, если не считать этого, то сам завтрак был практически семейным. На тарелках лежали тосты с варенными яйцами и кусочками бекона, а также небольшим количеством овощей. Именно этого они и были лишены во время своего путешествия на корабле. По крайней мере, Сан явно наслаждался едой.
Ситуация, при которой Блейк оказалась вынуждена делить комнату и кровать с Реном, была более-менее благополучно разрешена, поскольку никому из них не хотелось повторения той неловкой сцены в ванной. Может быть, они и жили в одной комнате во время учебы в Биконе, да еще и вместе с остальными членами команды RYBN, но там всё довольно сильно отличалось. У них имелись строгие правила, и она никогда не вошла бы в ванную к голому Рену, как впрочем и Янг с Норой. Хотя стоило заметить, что подобные попытки со стороны последней все-таки предпринимались.
И тем более Блейк тогда не приходилось делить с ним одну постель. Хотя место в комнате их команды и было довольно сильно ограничено, но расстояния между кроватями всё равно оставались достаточно большими, чтобы никаких неловких ситуаций не возникало. Рен, будучи истинным джентльменом, хотел улечься на полу, но поскольку Блейк и сама не знала, как долго они здесь еще пробудут, то убедила его в том, что он ей не помешает. Они возвели посередине кровати целую стену из подушек и спокойно выспались каждый на своей половине. К счастью, никто из них не ворочался во сне, так что довольно хлипкая преграда все-таки выдержала это испытание.
Разумеется, разбросанные повсюду лепестки роз немного ее смущали, но ничуть не больше, чем последствия визита пришедшей в возбуждение Руби. Можно было сказать, что у них уже выработался своеобразный иммунитет.
– Надеюсь, ты хорошо провела эту ночь, милая, – прошептала Кали.
– Как же я тебя ненавижу.
Блейк было даже интересно, не заставили ли, случаем, и Сана с Илией делить одну комнату на двоих. Но те вели себя этим утром довольно спокойно. Ей казалось, что в после совместной ночевки они уж точно продемонстрировали бы хоть какие-нибудь эмоции.
Блейк перевела свой взгляд на того единственного, кто никак не пытался влиять на ее сексуальную жизнь, которой, к слову, и вовсе не существовало. Затем она спросила:
– Папа, ты хотел со мной о чем-то поговорить?
– После завтрака, – строго ответил ей тот.
Блейк поспешила доесть бекон и отодвинуть от себя тарелку, заставив Кали печально вздохнуть, а Гиру – закатить глаза.
– Всё такая же упрямая, как я погляжу. Ладно, – он не стал отодвигать от себя еду, ограничившись лишь положенной на стол вилкой. – После нападения на Бикон Белый Клык переживает своего рода кризис. На улицах уже начали шептаться о самых разных вещах, и их руководство никак не может это предотвратить. У них назревает раскол.
Блейк заинтересовано подалась вперед.
– Правда?!
– Да. Хотя МКП и был выведен из строя, но Бикон довольно быстро сумел его починить. Так что новости об участии в нападении Белого Клыка дошли до нас уже несколько дней назад, и теперь слухи распространяются подобно лесному пожару. Мнения разделились, – добавил Гира. – Есть те, кто видит в этом знаменательную победу и просто демонстрацию их силы, но куда больше других, которые недовольны выбранной целью. Сложно спорить с тем, что Охотники никогда не проявляли к нам какой-либо дискриминации. И уж тем более не стоит винить в наших бедах детей. В школах всегда были равные права, поскольку Гриммы не видят абсолютно никакой разницы между фавнами и людьми. Так что попытка уничтожения одного из центров обучения новых Охотников является весьма глупым шагом.
– Думаю, Адама это ничуть не волновало…
– Именно так, но как раз в этом-то и кроется основная проблема Белого Клыка. Адам был весьма уважаемой фигурой, чем бы он там ни занимался. Корсак и Фенек сейчас трудятся над тем, чтобы списать на него всё, что могло бы вызвать гнев или просто неудовольствие населения. Вот только все знают о том, что они в прошлом работали вместе с Адамом.
Ну что же, это действительно было довольно интересно. Блейк ожидала, что новости вполне могли так и не достигнуть Менаджери, но раз уж Бикон всё же не пал, а мисс Гудвитч возглавила работы по его восстановлению, то и ремонт МКП оказался завершен гораздо раньше запланированного. Если бы Адам остался жив, то наверняка смог бы подавить всех несогласных своими силой, властью и авторитетом, но с его смертью оппозиция вновь подняла голову.
Мнения о Белом Клыке всегда были весьма противоречивыми. Да, многие считали его всего лишь террористической организацией, и всё же им как-то удавалось находить источники финансирования и новых рекрутов. Это достигалось тем, что их акции и вызываемая этим реакция населения были тщательно продуманы. Они всегда несли в себе нужный посыл. Значительная часть поддержки организации оказывалась именно из Менаджери. А это означало, что ухудшение своей репутации здесь Белый Клык допустить никак не мог.
– Ты считаешь, что они могут прекратить свое существование? – спросила Блейк.
– Нет, в этом я как раз сомневаюсь. Даже если удастся выгнать их из Менаджери, то они прихватят с собой немало запасов и обоснуются где-нибудь еще.
Мечты…
– Но ведь тогда они окажутся ослабленными, правильно? – уточнил Сан. При этом Гира следил за зажатой у того в руке вилкой так, будто это было каким-то смертельно опасным оружием. – Это же очень хорошо. Их ведь еще не разнесли только потому, что они всегда прятались за спинами гражданских, и никто не желал начинать новую войну с фавнами.
– Ты не ошибаешься, – кивнув, произнес Гира таким голосом, словно это было не согласие, а угроза избить до смерти.
Блейк закатила глаза, а потом повернулась к Сану.
– Это, конечно же, было бы очень хорошо, – сказала она. – Но если случится что-то подобное, то Белый Клык уйдет далеко не мирно. Они наверняка отомстят тем, кто окажется с ними не согласен. Может быть, даже взорвут пару бомб. И разумеется, заберут с собой всё, до чего только дотянутся.
– Они что, и в самом деле нападут на свой собственный народ? – удивленно спросил Рен.
Ответила ему Илия: