Янг закатила глаза.
– Мы и так знаем о том, что этим магом были именно вы. До этого не так уж и сложно додуматься…
– Понятия не имею, о чем ты сейчас говоришь. И вообще, разговор у нас шел, насколько мне помнится, о Рейвен. Я решил поднять эту тему без посторонних людей, чтобы узнать, сможете ли вы против нее выступить. Против своей собственной семьи?
– Она мне не семья, – проворчала Янг. – Я сделаю то, что понадобится, но убивать Рейвен всё равно не желаю. Она того не стоит.
Озпин кивнул.
– А что насчет тебя, Жон?
Вот почему Озпин задавал ему этот вопрос? Это из-за того, что Жон встречался с Янг или тут было что-то еще? Его размышления заставили Озпина нахмуриться, а Янг – сердито посмотреть на Жона, намекая на то, что ему лучше было бы помочь ей в этой вполне вероятной схватке.
– Конечно, – наконец сказал он. – Думаю, что после того, как Рейвен попыталась убить Янг, любые родительские права она уже потеряла. Тут никаких проблем не будет.
– Рад это слышать, – произнес Озпин, при этом заметно расслабившись. – Я подумал о том, что будет лучше заранее всё обсудить и избежать возможных неприятностей в будущем, и мне приятно знать, что вы прекрасно понимаете всю необходимость подобного решения. А теперь, если вы меня извините, то я хотел бы немного передохнуть. К тому же Оскар не перестает смотреть на грудь мисс Сяо-Лонг, и ему наверняка потребуется сходить спустить пар. Ну, или как там теперь подростки справляются со своими гормонами?
Тело Оскара на секунду обмякло, а затем вновь напряглось, а его лицо густо покраснело. Он сгорбился, попытавшись спрятать его за поднятым плечом.
Янг вздохнула.
– Хочешь, я сделаю вид, будто ничего не слышала?
– Пожалуйста… – прошептал Оскар.
***
Поскольку встреча с Озпином была совершенно секретной, то сразу же после ее окончания Руби с Норой узнали обо всем, о чем там говорилось. Руби очень переживала из-за того, что Янг могла вновь схлестнуться с Рейвен. То есть, разумеется, волновалась она именно за Янг, а не из-за того, что женщина, которая когда-то бросила ее отца и сестру, могла пострадать.
– Со мной всё будет в полном порядке, Руби, – сказала Янг, погладив ее по голове. – Я уже сражалась с ней, и не собираюсь ее щадить после того, как она попыталась убить не только меня, но и Иня.
Поскольку в выделенной им комнате никого постороннего не было, Инь спокойно выглянул из рукава. Он не мог говорить – по крайней мере, по-человечески – но зато уже умел общаться при помощи своеобразных жестов. Например, прямо сейчас Инь создал на руке Янг мультяшное лицо с грустным выражением.
– О, какая милашка, – произнесла Руби, безо всякой брезгливости погладив Иня. – Тетя Руби не позволит плохой женщине до тебя добраться.
– Итак, Озпин желает получить Реликвию и держать ее при себе, – сказал Жон, подавшись немного вперед. – Мне кажется, что я разгадал его план. Он хочет собрать их все.
Руби, Янг, Нора и даже Инь удивленно уставились на него.
– Эм, да. А я-то думала, что все уже давно об этом догадались.
– Ох…
– Но ты тоже очень неплохо справился! – поспешила ему на помощь Руби.
Янг погладила Жона по голове.
– Мне кажется, что раз уж даже мой гениальный парень разгадал столь хитрый замысел, то мы можем начать думать о том, что теперь будем с этим делать. Озпин желает получить здешнюю Реликвию, а потом и те, что находятся, скорее всего, в Атласе, Вейле и Вакуо. Я как-то сомневаюсь в том, что он стал бы строить хранилище в Менаджери, и очень надеюсь на то, что ничего не было спрятано в Землях Гриммов.
– Это же Озпин, – пожал плечами Жон. – Я бы ни один вариант не стал исключать.
– То есть он желает, чтобы мы совершили огромный круг по всем Королевствам? – недовольным тоном уточнила Нора. – На это же уйдет не менее года, не говоря уже о всяких драках по дороге, поисках дев и попытках уговорить или заставить их работать вместе с нами. Тогда можно сразу же попрощаться с надеждой спасти Пирру. Для чего ему вообще понадобились эти Реликвии?
– Наверное, они являются каким-то оружием, – произнес Жон, погрузив комнату в задумчивое молчание. Сам он при этом ощутил укол страха. – Если бы Озпин хотел держать Реликвии подальше от моей мамы, то мог бы просто оставить их там, где они сейчас находятся, разобравшись лишь с вопросом безопасности дев. Ну, то есть защитил бы их или куда-нибудь спрятал. Но он желает именно собрать все Реликвии, причем, по его же собственным словам, они смертельно опасны не в тех руках.
– И, видимо, очень полезны в тех. По крайней мере, с точки зрения самого Озпина, – добавила Янг. – Если кто и знает, как их использовать, то это точно он.
– И наверняка применить их Озпин хочет именно для того, чтобы убить мою маму. А заодно меня и моих сестер.
– И меня тоже, – кивнула Янг.
Руби чуть не задохнулась от ужаса.
– Янг, нет! Он не станет этого делать. Дядя Кроу ему не позволит!
– Если у Озпина в руках окажется настолько могучее оружие, то мнение дяди Кроу уже не будет иметь абсолютно никакого значения, – сказала Янг. – Я вовсе не говорю, что Озпин плохой, но он желает уничтожить всех Гриммов. Год назад я была бы с ним полностью согласна, но сейчас всё уже очень сильно изменилось. Теперь я сама частично являюсь Гриммом. Озпин ни за что не оставит в живых, например, моих детей, потому что из них когда-нибудь может вырасти еще одна Салем.
Янг обвела комнату взглядом.
– Нам нужно решить, что мы будем с этим делать. Прямо здесь и сейчас.
Итак, пришло время выбора. Жон молчал целую минуту, хотя его ответ оказался уже давным-давно готов. Но он хотел дать остальным возможность спокойно подумать и, может быть, высказать свое собственное мнение на этот счет. Никто так ничего и не произнес. Нора лишь раздраженно закрыла глаза, в то время как Руби кусала губу.
Молчание затягивалось, и Жон решил все-таки озвучить свою точку зрения:
– Я не буду этого делать. Не стану помогать кому-либо собирать оружие, способное уничтожить мою семью. Просто не буду и всё. Если возникнет подобная необходимость, то я даже сражусь с Озпином.
– Согласна, – кивнула Янг. – Кроме последнего пункта. По крайней мере, без него мне очень хотелось бы как-нибудь обойтись. Скажу честно, что если Салем желает перебить всех людей, то я попытаюсь ее остановить. Но уж точно не при помощи геноцида. И кроме того, мне нужно заботиться об Ине. Что бы там ни думали Озпин с Кроу, но он является моим сыном. Рейвен уже попробовала его убить, и я готова уничтожить ее, чтобы защитить Иня.
– Я не знаю, – произнесла Нора. – Наверное, сделаю так, как скажет Рен. Понимаю, что уходить от ответа – это трусость, но мы с Реном всё и всегда решали вместе, так что делать какой-либо выбор без него я просто не имею права.
– Справедливо, – кивнула Янг. – Что насчет тебя, Руби?
– Я… – нервно сглотнула та, вздрогнув всем телом. – Я хочу спасти Пирру. Она является моей напарницей.
– Даже если для этого придется пойти против Озпина и дяди Кроу?
– Даже тогда, – прошептала Руби. – И м-мне же не обязательно с ними драться, верно?
– Конечно, – рассмеялась Янг, испытывая немалое облегчение от того, что Руби все-таки выбрала их сторону. – Я имею в виду, что тебе придется пойти против их желаний. Само собой, может возникнуть конфликт, и дядя Кроу наверняка попытается помешать нам уйти. Но это вовсе не означает, что нам нужно с ним драться. Мы просто разделимся. А если тебе тяжело отстаивать свою позицию, то оставь это нам с Жоном. Уверена, что дядя Кроу не сможет победить нас даже в открытом бою, не говоря уже об обычном споре.
– Ладно, но что насчет Озпина?
– Он находится в теле четырнадцатилетнего мальчика. Что вообще Озпин сможет сделать?
***
Пирра подумала о том, что всё вокруг было просто сном.
Или даже какой-то кошмарной альтернативной реальностью, в которую она каким-то образом сумела попасть. Невероятно кошмарной. Той самой, в которой из-под каменной двери, ведущей в коридор, сочилась чистая злоба. Яростные крики Салем сотрясали башню в течение двух дней и совсем не спешили утихать. Манни – огромный и смертельно опасный Беовульф – в ужасе забился под кровать Пирры и не вылезал оттуда уже целые сутки.