– Р-разве еще не слишком рано для чего-то подобного? – тут же заныл он. – Н-нужно ведь для начала сходить хотя бы на пару свиданий…
– Это необходимо для того, чтобы спасти мир, дядя Кроу.
– Мне в голову начинают закрадываться мысли о том, что этот самый мир может гореть синим пламенем.
– Нет.
– Н-но-…
Улыбка Руби стала еще шире.
– Нет.
– Пора встретиться с родителями твоей избранницы, дядя Кроу, – произнесла Янг, крепко ухватив его за плечо. – Не в одиночку же мне к ним идти.
***
Синдер с Тирианом наблюдали за тем, как Кевин несколько раз взмахнул крыльями, набирая достаточную подъемную силу для столь огромной туши. Многие студенты Хейвена направили на него свои свитки, записывая видео и делая фотографии. Синдер прекрасно понимала, что вскоре обо всем этом узнают во всех Королевствах. Только везением и гигантским драконом, приковавшим к себе абсолютно все взгляды, можно было объяснить тот факт, что им двоим еще никто так и не задал никаких неудобных вопросов.
– Нам нужно предупредить Салем, – сказала Синдер. – Если она узнает, сколько конкретно к ней летит гостей, то сумеет получше подготовиться к их встрече. А если потребуется, то и устроить засаду.
– Нужно, – согласился с ней Тириан. Вот только что-то в его голосе подсказало Синдер, что с этим могли возникнуть какие-то сложности. К тому же он опустил взгляд, уставившись в землю.
– Так и в чем же проблема?
– Н-ни в чем.
– Что ты натворил на этот раз, Тириан?
– Ничего!
– Тогда почему бы нам не связаться с Салем, используя защищенный канал Быкоглава?
Тириан немного поерзал под ее взглядом, что очень не понравилось Синдер.
– Где вообще сейчас находится Быкоглав, Тириан?
– Ну, с ним произошла одна забавная история. Помнишь, как ты увидела деву Весны и спрыгнула вниз, чтобы с ней сразиться?
– Да, – осторожно кивнула Синдер.
– Я тогда подумал, что как верный и преданный слуга нашей Богини ни в коем случае не могу допустить, чтобы бедная маленькая Синдер погибла, а Госпоже пришлось бы обучать новую девушку и заново искать силы девы Осени. Это было бы просто ужасно.
– Тириан…
– Так что подчиняясь зову своего долга, я тоже выпрыгнул из Быкоглава, чтобы помочь в бою моей напарнице и давней подруге.
– Тириан, мы с тобой никогда не были друзьями.
– Ах! – воскликнул тот, схватившись за сердце. – Этими словами ты причиняешь мне боль!
– Где сейчас находится Быкоглав, Тириан?
– Где-то в лесу…
Синдер сердито на него посмотрела.
– Ну, там, куда он врезался после того, как я из него выпрыгнул… – с улыбкой добавил Тириан. – Эм… извини?
– Ты лишил нас возможности выбраться из Мистраля… – сквозь стиснутые зубы прошипела Синдер. – И что нам теперь делать?
– Остаться здесь и создать семью?
Удар коленом в пах заставил Тириана вскрикнуть.
***
Жон улыбнулся, наблюдая за искренне радовавшимися полету Янг и Руби, волосы которых развевались встречным потоком воздуха. Кевин не забирался слишком уж высоко, так что с дыханием никаких проблем не возникало. И хотя опасность свалиться вниз оставалась, но для Охотников и Охотниц она была вовсе не смертельной. Кроме того, тут хватало костяных выступов и чешуек, за которые можно было схватиться. Это только издалека спина Кевина казалась идеально гладкой.
Жону стало даже немного жаль Кроу, но без этой жертвы им было никак не обойтись. Разумеется, отвлечь маму мог и он сам, но тогда некому оказалось бы провести остальных по запутанным коридорам башни. Да и попадись Жон на глаза Салем, та наверняка сразу же поймет, что вокруг происходило нечто странное. И после этого она не успокоится до тех пор, пока не переловит всех, кто с ним пришел.
Но если Корал вернется домой вместе с Кроу, то никаких подозрений у Салем так и не возникнет. В конце концов, именно за ним Корал и уходила из Земель Гриммов, так что Кроу потребуется лишь оставаться спокойным и выиграть им немного времени.
Ну, столько, сколько сможет.
А когда они отыщут Пирру, Салем уже нечем будет с ними торговаться, и ей все-таки придется их выслушать. Что дальше?.. Честно говоря, у Жона не имелось абсолютно никаких мыслей насчет того, как им убедить Салем в своей правоте, но что-нибудь они обязательно придумают.
“Ни один план не переживает столкновения с противником”, – произнес Реми. – “Но что-то я сомневаюсь в том, что из-за этого следует идти на дело вообще без плана”.
“От тебя я тоже не слышу никаких идей”.
“Потому что их у меня нет. У твоей матери имеется множество причин, чтобы отказаться от вашего предложения, и ни одной, которая заставила бы ее согласиться”.
“Мы всё равно попытаемся ее уговорить. К тому же, как и сказал Сан, это будет гораздо проще, чем убеждать в нашей правоте всех остальных. Но если она к нам все-таки присоединится, то с остальными у нас возникнет куда меньше проблем”.
Потому что Салем вполне могла сделать какой-нибудь эффектный жест для подтверждения своих мирных намерений. Например, выстроить Неверморов в виде сердечка или еще что-нибудь в том же духе. Пусть это и будет выглядеть просто нелепо, но зато люди поймут, что кто-то оказался способен контролировать Гриммов, и с ним вполне возможно заключить мирное соглашение.
Жон вовсе не надеялся, что всё у них получится легко и просто. Вайсс указала на множество вероятных препятствий на их пути к цели, а она всегда была самой умной в их команде. Найдутся и те, кто не захочет вести с ними какие-либо переговоры. Но и убеждать им следовало далеко не всех подряд, а только тех, у кого имелась реальная власть. А уж остальные тогда окажутся именно их заботой.
Да и не все ведь желали вечной войны, верно? По крайней мере, Жону очень хотелось верить, что найдутся и те, кто не станет возражать против мира, а то и поддержит их начинание.
“Мне кажется, что ты уже что-то придумал”.
“Да. Но пока не стану ничего об этом говорить. Я еще и сам не уверен, поможет ли нам что-то подобное, или же всё станет еще хуже”.
“Хм. Ладно, буду ждать с нетерпением”.
– Ты нервничаешь, – сказала Янг, подползая к Жону и устраиваясь около него. Сам он выбрал удобное местечко на стыке двух чешуек, на одну из которых можно было опереться спиной. – Надеюсь, это не тошнота, иначе я просто скину тебя вниз.
– Нет. На самом деле, даже как-то странно, но меня сейчас совсем не тошнит.
– Наверное, потому, что ты слишком сильно нервничаешь.
– Ага, – вздохнул Жон и, когда Янг ткнула локтем ему в бок, пояснил: – Мне кажется, это из-за того, что я сейчас не только возвращаюсь домой, но еще и тащу туда с собой вас всех.
– Боишься, что мы можем там пострадать?
– Нет. По крайней мере, не физически. Я вовсе не преувеличивал, когда говорил о чрезмерной опеке со стороны мамы. Она любит нас с сестрами и видит в человечестве угрозу нашему существованию. Разумеется, это не касается вас, поскольку вы являетесь моими друзьями. Но мама наверняка попытается запереть меня где-нибудь в безопасном, по ее мнению, месте, а потом выкинуть ключ от замка. Да и вас, скорее всего, тоже…
– И ты волнуешься, что она не станет тебя даже слушать?
– Ага.
– Родители часто бывают такими, – сказала Янг, тоже опершись спиной на ту же самую чешуйку. Их с Жоном плечи соприкоснулись. – Папа обычно остается спокоен, но так происходит далеко не всегда. И уж тем более не после смерти мамы. Некоторое время он даже не желал хотя бы на мгновение упускать нас из виду. А уж мысль о том, что мы с Руби станем Охотницами, и вовсе сводила его с ума…
– И как же вам удалось его переубедить?
– Никак.
– Что?
– Мы постоянно спорили, ссорились и кричали друг другу всякие гадости. Дядя Кроу выступал на нашей стороне, а Руби всё время ходила грустной. В общем, это было просто ужасно, – призналась Янг. – Я часто говорила ему что-нибудь очень мерзкое, а потом бежала плакать в мою комнату.
– Эм… – произнес нахмурившийся Жон. – Но ведь у тебя же с твоим отцом вроде бы нормальные отношения, да?