Ему осталось два пути — продолжать нелепые попытки спрятаться от мира, притворяясь, что дешевые разноцветные стекляшки по-прежнему дорогие бриллианты, или же шлифовать зеркало мастерства, добиваясь предельно возможного совпадения с действительностью.
Да уж, занятный вышел казус!
Впрочем, ей ли осуждать, ведь нынче она тоже сбежала! В воспоминания, прошлое… Как глупо! Только отчаявшийся дурак будет цепляться за прошлое. Не зря же народная мудрость гласит, нельзя дважды войти в одну реку. Она понимала, что бессмысленно возвращаться в места, наполненные былыми страданиями и тем более ушедшим счастьем.
И все же не удержалась.
Гуляя днем по полузабытым улицам — мимо каменных особняков в старых кварталах, вдоль бронзового парапета по набережной, через горбатый мост — она не узнавала их. Чувства, связывающие женщину с этим городом, давно исчезли, выгорели, сменившись пустотой. А вместе с ними растаял и невидимый шлейф очарования, придававший домам и проспектам особую ценность, смысл. Она словно оказалась в одиночестве на обезлюдевшей после спектакля сцене среди пустых и ненужных уже декораций.
Получила очередное подтверждение, что прошлое мертво и должно таким оставаться.
Глядя на полуночную улицу, женщина задумалась, пугаясь: осталось ли хоть одно место в мире, которое она могла назвать живым, своим. Не по той ли причине, что инстинктивно ощущала себя лишней в настоящем, она, как и упомянутый демиург, неосознанно стремилась спрятаться в выдуманные миры, хоть на пару часов раствориться среди чужих ярких эмоций, стать действительно живой, а не зрителем на спектакле. Спектакле про ее собственную жизнь.
Но если не прошлое… тогда во что ей верить?
В будущее? Что ей готовит грядущий день?
Один из фонарей моргнул и потух.
На Флайнельских островах существовало глупое поверье: когда без причины гаснет огонь, где-то умирает человек. Женщина вздрогнула и тут же рассердилась: не хватало переживать из-за глупых предрассудков дикарей. Рыжая, записка без адресата, сонм порожденных ими мыслей — ночь и так выдалась на редкость беспокойной, чтобы вспоминать еще и о смерти.
Она вернулась в кресло. Взяла отложенную книгу, задумчиво отстучала ритм на обложке. Почему ей надо непременно дочитать легенду про Агито и Рыжую до конца, ведь тот и так известен? Предрешен. А значит, демон любопытства ни при чем. Какая страсть движет ею? Упрямство? Надежда на чудо? Желание верить, что на финальной точке история не завершилась, и есть продолжение, следующая глава? Это тоже в человеческой натуре — жить надеждой на лучшее.
Или, наоборот, она хочет в последний раз убедиться, что ничего не изменится и бороться больше нет нужды.
Женщина слегка завидовала Рыжей. Девочка перевернула темную страницу и постаралась навсегда забыть об Острове, как до этого начисто вычеркнула из памяти сожженную дотла родную деревню. Элисса, с блеском выдержавшая осенью вступительные испытания в Дреамскую школу магии, решила, что за ее счастье уплачена достаточно высокая цена, а значит, глупо изводить себя муками вины, лучше наслаждаться жизнью — в том числе и за тех, кто погиб.
Чтица быстро листала страницы, оставляя без внимания унесенные словами годы. Осеннюю слякоть запорошили метелицы. Суровая зима сменилась короткой стремительной весной. Знойные летние ветра иссушили звонкие капели. А потом снова наступил черед осени.
Власть в стране с молчаливого согласия горе-императора полностью перешла к узкому кругу аристократии, что, удивительно, способствовало налаживанию ситуации. Поделив к своей выгоде сферы влияния, благородные лорды быстренько вырезали несговорчивых конкурентов... и навели порядок. Осадили зарвавшихся вассалов, укрепили оборону пограничных земель, на корню уничтожили крупнейшие разбойничьи банды, приняли грамотную стратегию налогообложения, поддержали крестьян и ремесленников.
Далекая от политических перипетий, под надежной защитой гильдии девочка потихоньку росла, взрослела, училась. Встречала разных людей: некоторые стали ей настоящими друзьями, как Искра и Ларк, иные ненадолго задержались в ее жизни, чтобы потом исчезнуть. Молодую талантливую ведьму ждали увлекательные приключения и будущее, которое, она уверовала, может быть светлым.