— Я умею слушать и, что важнее, слышать! А еще моя троюродная тетка — редактор этого самого «Вестника». Она, кстати, тебя хвалила.
— Обычное баловство! Я сильно удивилась, когда они согласились принять мою графомань. Сама-то чем планируешь заниматься? — поспешила Элисса сменить смущающую тему.
— Я… — мечтательно вздохнула Искра, закатывая глаза к пшеничной челке. — Я, наверно, выйду замуж.
Ларк, поперхнувшись пивом, закашлялся. Элисса поспешно стукнула приятеля по спине. Оба ошеломленно уставились на подругу, тщась представить сорвиголову в роли почтенной хранительницы домашнего очага.
Искра несколько мгновений наслаждалась замешательством друзей, прежде чем расплыться в улыбке.
— Шутка!
Девчонка тряхнула короткими, напоминающими щенячьи ушки хвостиками. Она и сама временами походила на бестолкового цуцика, задорного и искренне радующегося жизни.
— Я бы в «щит» подалась, да больно эти ребята скучные. Три четвертых времени занимают не дела, а допросы, проверки, непонятная возня с документацией, чтобы, не дай демоны, не переступить букву закона, споткнуться и сломать себе что-нибудь жизненно важное.
Ларк вздохнул, понимая прозрачный намек подруги на недавнее происшествие, когда магистр Аве упал с лестницы в собственном особняке, да так неудачно, что свернул шею.
— До сих пор не уймешься? Сказано же, это был несчастный случай.
Искра презрительно фыркнула. Если она что-то вбивала в голову, переубедить ее не удавалось никому. Лет в одиннадцать она отправлялась на охоту за цветочными феями и считала, что в канализации живут мрачные карлики. Когда она выросла, фантазия вымахала тоже, обратившись к реальности, но оставаясь такой же неуемной.
— Я покопалась в некрологах и выяснила, что за последние месяцы от «несчастных» случаев погибло девятнадцать магов — демонологов, духоведов и смежных специализаций.
— Да-да, — скептически отозвался Ларк. — Уже слышали, что обитатели Бездны готовятся захватить наш мир и поэтому избавляются от потенциальных врагов. И про сбежавшего пленника, мстящего тюремщикам. И про… какие ты там еще выдвигала теории?
Искра обиженно надула губы, буркнула: «Не жалуйся, когда демоны придут за твоей пустой головой». Глядя на выразительную мордашку подруги, Элисса с трудом удерживалась от смеха. Вместо этого поспешно запихала в рот рыбные шарики, сразу три.
Сейчас она была почти счастлива.
***
Колдунья поправила форменную юбку в мелкую складку, любовно провела пальцами по потрескавшимся корешкам фолиантов. Дойдя до конца полки, вернулась обратно и вытащила книгу из середины. Устроилась на покрытом пледом диванчике и, проигнорировав предупреждающую черную печать на обложке, открыла «Трактат о всевозможных иномирных тварях и их усекновении» на заложенной странице.
Домашняя библиотека мастера Парвера, побочного отпрыска влиятельной аристократической фамилии, известного демонолога и ее нынешнего учителя, отличалась завидной коллекцией трудов, касающихся обитателей иных сфер. Подобным разнообразием не могли похвастаться ни Императорская Общественная Читальня, ни гильдейские архивы — этот факт и определил выбор девушки, куда пойти после окончания базовой школы.
Сосредоточиться не получалось.
Элисса недовольно постукивала ногтем по полированному подлокотнику. Решив устроиться помощницей к магистру Парверу, она не учла одного: больно охоч оказался рахитичный шестидесятилетний старикан до любовных ласк молодых красавиц. Вот и в настоящую минуту почтенный мэтр уединился в спальне наверху с некой особой, пожелавшей сохранить инкогнито.
Элисса корила себя за детский восторг, с которым приняла предложение практики у знаменитого исследователя, простодушно не догадываясь, что причиной послужили не достижения в учебе и идеальное личное дело, а смазливая мордашка и стройная фигура. Навязчивое внимание мастера Парвера, проявлявшего все большее нетерпение, превращалось в проблему: отвечать на ухаживания перезрелого донжуана было противно, а ссориться с имеющий влияние в ученых кругах магистром — губительно для карьеры. В такие минуты она завидовала легкомысленности, или смелости, Искры. Подруга никогда не молчала, если ей что-то не нравилось.