Риск велик. Но время не ждет.
Услышав кодовую фразу, Эн, окажись он на их стороне, сразу все поймет. И, как знать, этот путь еще приведет к ним ценного союзника. В противном случае... слова ни о чем ему не скажут.
Седой попытался расслабиться и воспринимать последние решения философски. Но проклятое волнение не отпускало, вцепилось мертвой хваткой – так и будет держать до конца. Из ящика он достал таблетки, отсыпал горсть успокоительного прямо в рот. Робот-уборщик услужливо протянул манипулятор с зажатым стаканом воды. Седой стакан принял – хоть какая-то польза от электронных болванов. Отпил, поморщился.
Что если он ошибся...? Проклятие, Эн – совсем не то, о чем ему нужно волноваться накануне ухода.
Седой бросил взгляд на экран, куда вернулось зеркало.
С виду и не скажешь, что осталось недолго. Любопытно, что станет причиной...
Он отдал полупустой стакан роботу, постучал пальцами по крышке стола.
Убедился, что открыт защищенный канал, намереваясь сделать еще пару звонков...
Парк слепого мотылька
Шелест редкой зелени смешался с завываниями ветра и далекими стонами. Иногда фоном звучало эхо грустной патриотической песни. Благодаря роботам, не успевшим пострадать от рук хулиганов, парк выглядел чище и опрятнее городских улиц. Откровенных гор мусора не наблюдалось, а летающие тут и там пакеты, бумажки, фантики да втоптанные в землю окурки лишь дополняли картину общего запустения и одиночества. Отталкивающий "канализационный" запах, по счастью, вовремя уносило в сторону.
Где-то в окружающих звуках Эн чувствовал тиканье часов. Хотя он был уверен, что это причуды его восприятия и никаких часов поблизости нет.
"Тикает что-то, тебе не кажется?"
Эн помотал головой, пытаясь выловить Нэ среди объектов и явлений парка. Но полумрак отказывался отступать.
"Я не могу быть им", – твердо решил для себя Эн. Он сосредоточился вновь, но Нэ упорно ускользал от восприятия, как ночные тени от тусклого света фонаря. Скамейки и мусорные корзины, взъерошенные кусты, тропинки. Эн чувствовал ближайшего робота-уборщика. Электронный работник ловил непослушные пустые пакеты из-под соевой еды. В десяти метрах. "Возможно, Нэ совсем не использует электронику. Тогда как он уходит из-под наблюдения?" – размышлял Эн.
"Это не я, – решительно повторил он и сказал себе: – Мало спишь. В тебе столько имплантов – нервная система давно расшаталась."
В стороне восприятием был "пойман" и "определен" совсем безэлектронный бомж, роющийся в мусорной корзине.
– О! – подпрыгнул он при приближении агента. – А мне показалось, что вас двое, – бомж загородил спиной корзину.
– Вы кого-то видели? – спросил Эн.
– Скорее почувствовал, – буркнул бомж, внимательно и осторожно косясь на агента. – Деньги лишние есть? – вдруг потребовал он.
Эн был погружен в собственные мысли, а потому на его лице не отразились никакие эмоции.
– Ты не подумай, я только спросил, – предупредил бомж. – Отбирать не буду. Да и не справиться мне, вон ты какой серьезный, – он разразился лающим смехом.
Сейчас вид Эна мог соперничать с неподвижной статуей.
– Из Системы, да? – продолжал расспрашивать бомж. – Оказался ей нужен? Это тебе повезло. Только, небось, времени свободного нет совсем, да?
– Системе нужен каждый, – возразил Эн.
– Ха-ха. Держи карман шире и не плакой, – развеселился бомж. – Тогда откуда столько безработных бродяг на улицах?
– В Систему не встраивают по принуждению.
– Ага. Меня бы туда не взяли, даже если бы я рвался в это рабство.
– Почему? Вы скоро умрете? – тактично поинтересовался Эн.
– Парень, ты дурак, – обиделся бомж.
Агент понял, что разговор зашел в тупик, а терять больше времени он не мог. До объекта расположенного близ парка еще нужно было дойти, а минут, выигранных благодаря Гуви, оставалось немного.
– Всегда казалось, что масса времени уходит впустую, – заговорил другой бродяга, появившийся на пути Эна. – Вся моя семья в тюрьме из-за траты времени без пользы. Самому мне удалось сбежать из Системы. И я несколько лет провел в бегах, пока не понял, что никто меня не ищет. Столько времени бесам под хвост! Может хоть ты меня арестуешь?
– Простите, у меня нет такой задачи, – извинился Эн, не сбавляя шага.
– Но прошу тебя, мне недолго осталось, я не займу много места, меня можно даже не кормить! – заплакал бродяга, оставшись позади.