После экзамена класс собрался в своём кабинете, нужно было обсудить какие-то организационные вопросы предстоящего торжества, но классная руководительница что-то задерживалась, и подростки использовали это время, чтобы вдоволь наговориться, поделиться эмоциями и рассказами том, как прошли профильные экзамены. Арина сидела в стороне, погружённая в свои мысли.
– ... Он, говорят, со всеми спит, кто только в окружении появляется, каждую пробует, – долетел до неё обрывок разговора, потом говорившая - это была одна из подруг Виолы, повысила голос: – Правда, Арина?
– Что? – девушка дёрнулась.
– Ну этот твой, женишок, что на дискотеке с нами был, – хитро щурясь вместо подруги ответила Виола, – Говорят бабник знатный, пол города через его койку прошло. Ума только не приложу, как ты в той половине оказалась?..
Девушки, сидевшие рядом с Виолой засмеялись грубо, пошло. Арина встала, поймала взгляд Кима, говорящий - не обращай на этих дур внимание, вздохнула, и резко развернувшись на пятках вышла из класса. Обычно находившая, что ответить зазнайке, Арина сейчас была совершенно потеряна. Она вышла из школы и пошла любимым маршрутом - куда глаза глядят.
– Арина, постой! – раздался голос Глюка. Она не обернулась. – Да стой же ты!
Он схватил её за рукав и дёрнул на себя. Арина чуть не впечаталась носом ему в грудь. Шумно вздохнула, борясь с подступающими слезами. Огляделась. Да, ноги не подвели - они несли её в направлении его дома...
– Пойдём-ка, поговорим? – Глюк, не отпуская её руки, потащил её в сторону старого кладбища.
Здесь было тихо и спокойно. Надгробные плиты утопали в зелени, защищающей их от посягательств мира живых. А миру мёртвых было по сути всё равно. Углубившись на одну сильно заросшую аллею, мужчина наконец отпустил её руку. Арина опасливо дёрнулась, но поняла, что скорее заплутает, чем выберется сама.
– Не бойся, не съём, – сказал Глюк. – Поговорить хотел. Уж не знаю ,что тебе вчера наговорила эта... мамзель, но не стоит ей верить на слово.
– От чего же? – с сомнением в голосе спросила девушка.
– Я очень давно знаю Клару, Морис тоже, – при последнем имени Арина заметно поморщилась, словно одно его звучание причиняло ей боль. Но Глюк продолжил, словно не замечая: – Мы учились вместе на одном курсе. Она уже тогда на Мориса вешаться начала.
Он аккуратно снова взял её под руку и медленно повёл по дорожке, продолжая свой рассказ:
– У Мориса тогда ещё в универе возникла идея делать вечеринки - такие специфические вечеринки, субкультурные, тематические, всякие! Собирать интересных людей,, слушать музыку, танцевать... ты же знаешь, он хорошо танцует, да не дискотечные дрыгалки, а серьёзные танцы.
Арина понуро опустила голову. Танцевал они тогда и правда прекрасно.
– Ну и естественно, такие вечера не обходились без алкоголя, – продолжил Глюк, чуть снизив тон, словно их мог кто-то подслушать, – Ну и понимаешь сама, что бывает, когда какой-нибудь парень и девушка переберут с ним... В общем как-то раз эти двое проснулись вместе. Кларисса ему закатила сцену про краденную невинность и все дела. Честно скажу, не знаю, что у них тогда было - не было - но какое-то время они встречались. Но потом она так его достала, что все эти от-но-ше-ни-я сошли на нет. Кларисса осталась в нашей компании в качестве подруги, хотя таких подруг и врагу не пожелаешь.
В Арине сейчас боролось желание поверить Глюку с чувством, что ей вешают лапшу на уши. Но здесь - в глухом уголке города - она никак не могла проверить его слова. И потому слушала дальше.
– Я знал, что она затаила на него обиду, много раз предлагал не связываться больше, не приглашать, но Морис всё хотел сохранить хорошую мину, не хотел ссориться. А Клара - как выяснилось - распускала про него слухи. Например о том, что может поматросить и бросить. Слухи даже в прессу просочились. Или когда появлялась новая подруга, могла на правах как бы близкой подруги ворваться к ним, ну понимаешь... в неподходящий момент. Короче вредила всячески. Я вчера столкнулся с ней... А ты так стремительно убежала... И понял, что что-то не так.
Девушка только кивнула, подтверждая его догадки. И правда вчера что-то пошло не так.
– Слышала бы ты, как Морис вчера кричал на Клару! - он эмоционально развёл руками. – Знаешь, я женщин никогда не бил, даже мысли не было руку поднять, но вчера вот еле сдержался. Морис меня сдержал, если точнее. Откуда столько терпения, диву даюсь. Воспитание, не иначе. Ожерелье твоё сорвал с неё так, что цепочка на нём лопнула. А крыса эта визжала, как резанная.
От слов про ожерелье Арине стало вдруг тепло. Значит и правда оно её ждало... Даже с поломанной цепочкой. Она повернулась к Глюку и подняв голову, чтобы увидеть его лицо, тихо сказала:
– Спасибо, что рассказал это всё. А сейчас, пойдём, я хочу вернуться домой и побыть одной...
– Не сейчас, – прервал её мужчина. – Но мы и так уже пришли.
Арина оглянулась: и правда, кладбище кругом кончилось, они стояли на выходе из аллеи, а у калитки в старой ограде стоял Морис с букетом чёрных и белых роз.
– Иди, – Глюк мягко толкнул девушку в спину в сторону своего друга.
Арина медленно, словно нехотя сделала несколько шагов к мужчине. Остальное расстояние преодолел он.
– Нам наверно многое ещё предстоит проговорить, – сказал он и протянул Арине цветы. У той первой мыслью было швырнуть в него букетом, но потом она подумала, что бедные цветочки не виноваты. Да и такие красивые и необычные... Чёрных роз она в живую никогда не видела, они зачаровывали, как и взгляд цвета стали этого странного, до конца непонятного ей мужчины. Цветы напоминали ей их самих. Белое и чёрное. Черное и белое.
Морис подал ей руку. Она поколебавшись, уложила ладонь ему на локоть, и спрятала бледное лицо в цветы, которые пахли так дурманяще. Розы и табак - запах, к которому она уже привыкла.
Когда их фигуры скрылись за поворотом, Глюк облегчённо вздохнул, прислонился к ограде и достал мобильный телефон.
– Всё в порядке, передал с рук на руки, – сказал он невидимому собеседнику. На том конце провода что-то спросили, и Глюк ответил: – Ну естественно! С цветами. Черные и белые розы. Ну ты же знаешь своего брата, он даже в таких простых вещах умудряется выпендриться... ❀♡❀