Хения перестал втирать мазь в ее плечо и, вытерев пальцы об ее юбку, отошел к костру. А Белая, обессилев от переживаний, улегшись на землю, провалилась в полудрему. Неожиданно ее схватили, вздернув на ноги. Индейцы уже были на конях, и она испугалась, что ей придется опять бежать за всадником на веревке. Но к ней подошел Широкое Крыло и, подталкивая ее в плечо, подвел к своему коню. Его нелепая окраска больше не казалась ей грозной и устрашающей. Он помог ей взобраться на коня, а сам сел позади нее и девушка успокоилась. Они проскакали весь остаток дня и к ночи прибыли в лагерь Бурого Медведя. Лагерь уже спал, тем не менее, к группе всадников от палаток вышел человек. Равнинные Волки ответили на его приветствие и вымотанная Белая, которую Широкое Крыло буквально стащил с лошади, узнала в подошедшем взъерошенного Роба Макроя.
- Все таки… они вас поймали..., - горько проговорил он, когда Широкое Крыло отошел от них, уводя своего коня.
Он говорил странно, с усилием делая паузы перед словами, пока девушка не поняла его непреодолимого желания выругаться.
- О, не стесняйтесь, - мстительно улыбнулась она.
- Ну что вы... как можно... - смутился старый траппер.
- А вы? Вы не пострадали? - забеспокоилась девушка.
Роб покосился на одного из Равнинных Волков, вытирающего рядом своего скакуна, прежде чем завести его в загон.
- Обо мне не беспокойтесь, уж я-то всегда вывернусь, даст бог, не в первой. Но страха за вас натерпелся... Краснокожие такой вой подняли, обнаружив, что вас нет, даже святым в раю тошно стало. Еще бы! Вы не только сбежали от Хении, но умудрились обокрасть его.
- Я? - изумилась девушка.
- Эх, милая, добро бы вы увели только мою Лори. Этим бы дело и ограничилось, уверяю вас. Индейцы бы мне тут, конечно, посочувствовали, но погони бы не собрали, но вы же стащили винчестер Хении, а такого, ни один уважающий себя вождь не спустит.
- Что теперь со мной будет? - сникла девушка, сразу вспомнив о столбе пыток.
- Думаю, откажется он от вас, вы ему теперь ни к чему, а это нам на руку.
- Вы думаете? - его слова вовсе не успокоили ее. - Вы щадите меня, я знаю.
- Послушайте, что скажу вам я, человек, проживший среди индейцев не один десяток лет. У краснокожих, когда мужчина отказывается от рабыни или от жены, то на нее может претендовать любой. Вот я и хочу предъявить на вас права, если вы не против.
- О, мистер Макрой!
- Но радоваться рано, - оборвал он ее порыв вновь вспыхнувшей надежды. - Вы ведь не забыли, что есть еще кое-кто, кто захочет заполучить вас. Не пугайтесь... я собираюсь выкупить вас, прежде чем Когтистая Лапа поймет, что к чему. А ежели он даже и опередит меня, я предложу за вас такой товар, от которого краснокожие не смогут отказаться... ежели вы не против, - счел нужным добавить он, боясь, что невольно оскорбил ее.
- Но вы уверены, что индейцы действительно ни о чем не подозревают и вам ничего не грозит? - все еще тревожилась Белая, слишком уж хорошо все складывалось, и она опасалась, как бы что-нибудь опять не помешало обрести ей столь желанную свободу. И подвох видела со стороны единственно Когтистой Лапы, только он мог упорствовать в том, чтобы Белая ушла с Робом Макроем и она, предчувствовала, что он сделает все, чтобы не допустить этого.
- Ох, милая, не думайте об этом. Все выглядело так, будто я сам пострадал от вас, и вы украли у меня лошадку, только лишь потому, что я по забывчивости оставил ее под седлом. Что тут поделать, старый стал. Меня-то во время вашего побега видели возле большого костра на свадьбе Осеннего Листа и Широкого Крыла.
- И жених оставил новобрачную, пустившись в погоню за мной? - изумилась Белая. Ей стало вдруг обидно за Осенний Лист.
- Ну, для них это не более чем развлечение, милая. Видели, какими довольными они возвратились? Хотел бы я, чем-нибудь поспособствовать вашему побегу. Да где мне их было задержать. Они меня все выспрашивали, о чем я с вами разговаривал у загона, да почему повел к своему типии? Так я им ответил, что просил вас постирать мне рубашку. Все и обошлось.