— Итак, — говорит он. — Наверное, я твоя замена.
— Она знает, — говорит Эш, глядя вверх со страдальческим выражением. — Она знает, что ты связан со мной так или иначе. Она делает это, чтобы найти меня. Найти Вайолет.
— Я не могу ей ничего сказать, — констатирует Рай. — Я не знаю, куда вы направляетесь.
— Но ты нас видел, — говорит Эш. — Вместе. И Рейвен.
Рейвен резко поднимает голову.
— Ты не можешь сказать ей, — говорит она. — Она не может знать, что я жива.
— Можете остановиться на секунду? — спрашивает Рай. — Я не просил об этом. Мне не нужно было, чтобы вы вошли в мою жизнь и испортили все.
Эш поднимается на ноги.
— Ты прав. Говорить ей или нет, это зависит от тебя. Но она просила тебя по какой-то причине. Я не знаю, как и когда, но в какой-то момент она расспросит тебя обо мне.
Рай криво улыбается.
— Лучший ученик, вот кем ты был? Самый желанный в Жемчужине. — Он качает головой. — Пойдемте, давайте отведем вас куда-нибудь в более безопасное место, чем эта комната. Сейчас все должны быть внизу на завтраке.
Рейвен вылезает из ванны и идет прямиком к Раю. Она хватает его запястье и смотрит на него острым, пронзительным взглядом.
— Ты боишься, — говорит она. — Это хорошо. Ты должен.
Она проходит в спальню. Рай поднимает бровь.
— Я не боюсь, — говорит он.
Эш и я обмениваемся взглядом, но ничего не говорим.
Рай проверяет, чист ли горизонт, затем мы вчетвером быстро спускаемся вниз и выходим через дверь, в которую вошли прошлой ночью.
Территория еще красивее днем. Снег, припорошивший дорожки гравия, сверкает словно бриллианты. Мы запаслись большим количеством свитеров, пальто и шарфов, чтобы не мерзнуть, но мы с Рейвен обе обуты в ботинки Эша с носками, запихнутыми в носы, чтобы они были в пору. Поэтому мы шагаем немного странно.
Мы стараемся держаться у стен общежитий, их окна следят за мной словно пустые глаза. Виднеется крупное здание, одна сторона которого увита плющом. Каменная лестница ведет к впечатляющей двойной дубовой двери.
И в отдалении, на самой дальней стороне рядом со стеной, окружающей территорию, на длинной платформе стоит гладкий черный поезд. Он даже меньше чем тот, на котором я приехала на Аукцион — лишь один маленький вагон, прицепленный к локомотиву. Из его трубы поднимаются огромные клубы дыма, будто он готовился к отправлению.
— Он здесь, — говорит Эш.
— Это странно. Может, расписание изменилось в последнюю минуту. Думаю, судьба на вашей стороне, на данный момент, — говорит Рай. — Он не может отправляться в Жемчужину — мой поезд отправится только завтра, когда доктор и Мадам со мной закончат. Он должен отправиться в низшие округа. — Он хлопает Эша по плечу. — Вам лучше сесть на него, пока остальные все еще на завтраке.
Мой желудок урчит при мысли о еде. Но сейчас на это нет времени.
— Спасибо, Рай, — говорит Эш, пожимая ему руку. — Серьезно. Я не знаю, что бы мы делали без тебя.
— Вероятно, были бы казнены, — говорит Рай, пожимая плечами и усмехаясь. — Значит, ты мне должен.
— Я знаю, — говорит Эш без намека на веселье в голосе. — Будь осторожен во Дворце Озера. Пожалуйста. Тебе не нужно беспокоиться о клиенте — она не заинтересована в компаньонах. Но никогда, ни при каких обстоятельствах, не говори Карнелиан, что ты меня знаешь. Вероятно, она спросит. Тебе нужно солгать.
— Что же, похоже, грядут приятные перемены, — говорит Рай.
Эш натягивает улыбку.
— Мне жаль.
— Перестань это говорить, — сказал Рай. — Это не твоя вина. Перестань вести себя, как будто ты разделяешь бремя всех компаньонов. Это не так.
— Я знаю.
— И береги себя, — добавляет он.
— Я постараюсь.
— Спасибо, — говорю я Раю. Он кивает.
— Знаешь, — говорит он. — Я не думаю, что слышал когда-либо, как суррогат разговаривает.
Я не уверена, что на это ответить. Взглянув на Эша в последний раз, Рай уходит от нас.
Мы втроем разворачиваемся и бежим к станции. Мы подбегаем все ближе, и я вижу окрашенную деревянную вывеску с надписью «КОМПАНЬОНСКИЙ ДОМ МАДАМ КЮРЬО». За вывеской находится небольшая станция, и Рейвен хватает меня за руку и тянет меня за нее, Эш — за нами. Мы быстро научились доверять ее инстинктам. Через несколько секунд, из поезда появляются двое Ратников и начинают прохаживаться по платформе.
— Все чисто, — говорит один другому.
— Он был бы полным дураком, если бы вернулся сюда, — говорит второй Ратник, пока они вдвоем спускаются с платформы и идут в сторону территории. Мы втроем прижимаемся к грубой деревянной стене станции.