— Что, ты собираешься изменить их цвет? — говорит Сил с усмешкой. — Ты можешь сделать их фиолетовыми, зелеными или цвета фуксии, но это не принесет пользы. Ты застряла здесь ровно на столько, на сколько мы скажем.
Сиенна смотрит на нас.
— Вы, люди, сумасшедшие.
— Меня называли и похуже, — говорит Сил.
— Вот, — говорю я, протягивая одеяло. — Возьми это. Оно тебе понадобится.
Сиенна выглядит так, будто лучше укусит мою руку, чем примет милостыню, но тут холодно, и выживание побеждает. Она вырывает одеяло у меня и заворачивается в него.
— Так что я должна здесь делать? — спрашивает она.
— Слушай, — говорит Сил. — Я знаю, что это может быть впервые для тебя.
— Я проверю тебя позже, — говорю я.
— Я не могу поверить, что ты оставляешь меня здесь, — говорит Сиенна.
— Лучше вернуться в тот уютный дворец? — говорит Сил. — Помни — если ты не сможешь родить ребенка, они все равно убьют тебя. Ты бы предпочла провести ночь на улице, получить нож в спину или яд в вино? Давай, — говорит она, дергая меня за руку.
Сиенна плотно сжимает одеяло вокруг себя и наблюдает за тем, как мы уходим, ее выражение яростно, ее глаза сверкают в темноте, как оникс.
Глава 23
ЭТОЙ НОЧЬЮ Я НИКАК НЕ МОГУ ЗАСНУТЬ.
Я чувствую пульсацию у основания черепа, как головная боль от Заклинаний, и я знаю, что это касается Сиенны.
Мы с Эшем пошли спать на сеновал в сарае. Сил была права насчет возможности разрушать вещи во сне — в ту первую ночь, что я провела снаружи с Эшем, он позже сказал мне, что чувствовал, как под нами под землей что-то движется. Я сказала ему, что он больше не должен оставаться со мной на улице, но он пожал плечами, улыбнулся и сказал, что не возражает.
Сейчас я могу спать спокойно, но в доме у меня клаустрофобия. Мне нравится сарай — он просторный и удобный, и ничем не ограничивает. Элементы могут дышать здесь. Плюс, похоже, что у нас с Эшем есть собственное личное пространство.
Я смотрю на доски деревянной крыши и не могу не думать о том, что мой план не сработает.
Должен быть способ заставить Сиенну соединиться с элементами, не тратя времени на то, чтобы сломать ее, или чего там ожидает Сил. Мои пальцы ног дергаются от беспокойства, хватаясь за мягкое шерстяное одеяло, на котором мы спим.
— С тобой все в порядке? — сонно бормочет Эш. Я перекатываюсь на бок, и он обнимает меня за талию, притягивая к груди.
— Меня беспокоит Сиенна. Я беспокоюсь, что нам не хватит времени. Что делать, если метод Сил не сработает? Что, если она возненавидит нас в последствии? Нам она нужна как союзник. Кроме того, нам еще нужны еще две девочки, одна для Восточных ворот и одна для Западных ворот. И нам тоже придется их научить. — Я поднимаю солому с одеяла. — Я даже не знаю, как мы должны добираться до инкубаторов.
— Вайолет, несколько недель назад я был заперт в подземелье, должен был быть казнен, а тебя заставляли рожать ребенка, который в конечном счете убил бы тебя. Я думаю, у нас все хорошо, все продумано.
— Ты у нас теперь оптимист?
Дыхание Эша щекочет мне ухо.
— Я стараюсь.
Я слышу знакомый намек на разочарование в его голосе.
— Мне жаль, — говорю я. — Я знаю, что ты хочешь помочь.
Я чувствую напряжение в его руке, которая обнимает меня.
— Я хочу. — Он держится подбородком за мое плечо. — Послушай, пожалуйста, не думай, что я обижаюсь на тебя или… просто… все вокруг здесь обладают особой силой. Все могут делать невероятные вещи, кроме меня. — Он прерывается, а когда начинает говорить снова, звучит смущенно. — Я надеюсь, что это не звучит неправильно, но… Я служил женщинам всю свою жизнь. Я хочу сделать что-то для себя. Я хочу быть ответственным за свою судьбу.
Я поворачиваюсь на спину и смотрю на него. Он прав. Это нечестно по отношению к Эшу, что он переходит из одной тюрьмы в другую.
— Я кое-что знаю, можешь себе представить, — говорит он. — О королевской власти. Я знаю, как они думают. Я знаю некоторые из их секретов. Я знаю, в какие дворцы легче всего проникнуть, и какие королевские семьи больше всего ненавидят друг друга, и какие компаньоны могут быть склонны помочь.
— Ты должен поговорить с Люсьеном, — предлагаю я.
Эш печально усмехается.
— Люсьен никогда не примет мою помощь. И не подумает, что ему это нужно.
— Но если у тебя есть информация, которая может помочь Обществу, ему придется выслушать, — говорю я.
— До сих пор, всё, что мне удалось сделать, это стать одним из самых разыскиваемых беглецов Одинокого Города. Я не понимаю, как это может помочь.