А после просто встала напротив огненного урагана и раскинула руки в стороны. Пламя зарычало и бросилось на меня как отчаянный зверь, обхватив лапами и пытаясь разорвать. Но я лишь фыркнула. Тело принялось белеть. Борьба была недолгой. Я упрямо стояла, облепленная огненными потоками, которые хотели поглотить свою добычу. Но вскоре огонь сдался.
Он обхватил меня, а тело стало поглощать энергию, которая забилась в груди жарким комком, как второе сердце.
— Ой, — я схватилась за голову. — Что-то мне не хорошо…
Кажется, переела.
— Она — Носительница!
— Пиратка!
Раздался звук затворов ружей.
Поморщилась, оборачиваясь за спину, где меня окружили солдаты, в шоке разглядывая. Во главе стоял недавний капитан, который вызывал помощь.
— Это она взорвала корабль! — вперед выскочил весь мокрый недавний паренек, тыкая в меня пальцем.
Капитан сощурился и поднял руку, после резко опустил. Раздались выстрелы. Я превратилась в ящерку и скользнула за обугленный ящик.
— Я не хочу никого убивать! Пожалуйста, прекратите! — закричала из укрытия.
— Ты уже убила двоих своим саботажем! — грозно ответили, заставив зажмуриться.
Но я не хотела… всего лишь отвлечь…
Они продолжали палить туда, где я спряталась.
Но вдруг пальба прекратилась, сменившись на удары и вскрики. Я осторожно выглянула и увидела, как все солдаты валялись на земле, а на одном из них сидел Ворон и пытался прикурить.
Что? Он… их бил? Но… как так? Он же один из них, секретный агент!
Я выползла из укрытия и подбежала к мужчине, запрыгивая на его колено.
— Ты снова меня выручил… — виновато вздохнула, шаркая передней лапкой по штанине и выпрямляя складку. — Прямо ангел-хранитель…
Он усмехнулся и подхватил меня, переложив на плечо, в которое я вцепилась лапками, чтобы не свалиться, потому что он поднялся и направился в сторону города.
Ворон хороший. И, похоже, угодил в неприятности, пытаясь сам их разрешить.
Часть порта сгорела. Черный дым коптил небо, на которое набежали тучи. Наполовину прогоревшие здания, около которых собрались люди, вздыхая и поминая пиратов не ласковыми словами. Народ разгребал завалы, искал выживших или погибших, проверяли уцелевший товар.
Наделала я дел…
А всего-то хотела спалить корабль. Но кто знал, что так мощно ударит, отчего пламя перенесется на берег и зацепит соседние суда.
Ничего не могу сделать нормально. Вообще. Даже помочь.
Лучше мне все так же оставаться на кухне и готовить, ведь это у меня выходит без таких масштабных катастроф.
Я плохая, создаю неприятности и затаскиваю остальных в них.
Эх-х…
— Ты видел детей? — обеспокоенно спросила у Ворона.
— На базе, — коротко ответил.
А дальше мы… прекрасно помолчали. Пока он как всегда не рухнул на спину, споткнувшись о балку, валяющуюся на дороге, я вовремя успела спрыгнуть и стать человеком, посмеиваясь и помогая подняться.
Сходили за продуктами, ага… отбились от Легиона и сожгли порт.
Нам явно с ним вместе никуда ходить нежелательно. А то в следующий раз остров разнесем…
Или еще что хуже.
[1] Батарея — на судне так называется палуба, на которой стоят орудия
Глава 11. Результат
Не стоит все принимать близко к сердцу. А последствия лишь еще один урок, который нужно заучить и принять, и впредь стать внимательней.
Виктор вернулся спустя два дня. Видимо, очень спешил после новостей о нападении. Мы за это время немного восстановили базу, где были полностью разрушены здания складов и частично жилые помещения. Единственная не попала под обстрел после налета кухня, поскольку была спрятана за главным зданием. Из офицеров и детей никто не пострадал, а вот несколько подчиненных Гранда погибли. С командующим отряда Легиона разобрался Дюк, а когда я вернулась, то получила свою порцию высказываний и обещания наказания за неподчинение офицеру.
Было обидно. Я же им помочь хотела, отвлечь Легион на городских…
— Прибыли! Прибыли! — в кухню влетела Адель, сделала круг вокруг стола и со счастливым смехом выбежала обратно на улицу.
Прибыло мое наказание.
Я сглотнула, отключила воду из крана, ведь до этого мыла посуду, и вытерла руки, выходя на улицу к пристани, где как раз вставал на якорь мощный корабль, но и вызывающий чувства неземной легкости и излишней роскоши сотней мелких золотистых деталей и лепнины. Создавалось впечатление, что на нем путешествовала правящая персона, с которой стоило считаться.