— Ты свою часть уже выполнила, а то уже проблемы хозяев столовой, — сквозь слегка приоткрытые глаза я заметила усмешку на губах.
А после Виктор потянул за болтающуюся от ветра лямку фартука, развязывая его и стаскивая через голову. Повесил на ручку двери и резко подхватил меня на руки, заставив уткнуться лицом в плечо с белоснежной накидкой. Приятно пахло вином и специями, с каплей апельсина.
Сопротивления я решила не оказывать — не разумно. Своими силами я могла сейчас только рухнуть лицом на землю и что-то проныть. Все.
Вскоре по телу ударил поток воздуха, заставляя сильнее прижаться к горячей груди мужчины. Глаза же плотней закрыла, вообще повернувшись в сторону перьев. А после, убаюканная легкими движениями прыжков, уснула…
Проснулась я от мысли, что что-то явно было не так.
Затылком ощущала горячее дыхание, а на талии лежала чужая рука. Я осторожно осмотрелась, отмечая, что комната утопала в полумраке из-за задернутых штор, но все равно оставалась узнаваема.
Осознание ситуации заставило окончательно проснуться, растеряно вздрогнув.
Моя возня не осталась незамеченной.
— Выспалась? — шепот.
— Что я тут делаю? — так же тихо спросила, боясь оборачиваться.
— Ты уснула, а лезть в твою комнату не хотел. Моя ближе, — Виктор крепче обнял за талию, прижимая к себе, и легко коснулся губами шеи, заставив сглотнуть.
Что делать?
Мысли панически пронеслись в голове и исчезли где-то за краем сознания.
Я попыталась было подняться, но меня мягко и настойчиво остановили, повалив обратно на кровать на спину. Виктор смотрел на меня сверху, а его глаза блестели от предвкушения. Руки сжали мои плечи и плавно опустились до кистей, переплетая пальцы.
Мужчина склонился, поцеловал шею, затем в губы, снова несильно кусая за нижнюю, словно от обиды, что нет ответа.
Как только он слегка отстранился, я закрыла глаза и сказала:
— Не надо.
Он замер над ухом.
— Почему? — спросил шепотом и прикусил мочку.
— Не хочу, — попыталась высвободить руки, но он держал крепко.
— Хм? Почему? — вернулся к шее.
— Да ты ж меня убьешь своими габаритами! — наехала на него, широко открыв глаза.
Виктор отстранился и засмеялся, смотря на меня, как на неразумное дитя, сверху.
Они с братом явно в детстве переели «Растишки», отчего и выросли более двух метров, пугая своим ростом по очереди.
— Поверь, есть разные способы доставить удовольствие партнеру.
Я запоздало понадеялась, что мое смущение в полумраке не было заметным. Отвела взгляд в сторону, упрямо глядя в пол.
— И все равно я не хочу, — пробормотала, оставив попытки расцепить пальцы.
Мужчина внимательно, испытующе, смотрел на меня, будто я могла передумать в любую минуту и наброситься ему на шею. И вообще казалось, что он удивлен отказу.
— Злая ты, ящерка, — прошептал Виктор и отпустил, падая на соседнее место, закладывая руки за голову и изучая потолок с недовольным лицом. — Есть в тебе что-то… что-то чужое. А понять не могу, что, — он повернулся, слегка сощурившись, и посмотрел на меня.
Я вздрогнула и подскочила, быстро ретируясь с кровати и по пути поправляя одежду и волосы.
Чужое… еще немного, и он легко разгадает. Его подтолкни — и он перескачет на нужную нить мыслей.
Я снова сглотнула и вышла за дверь, тихо прикрыв за собой. В прошлый вечер успела ее порядком намучить. Сделала шаг в сторону лестницы и остановилась, услышав разговор, который явно не предназначался для меня. Превратилась в ящерку, чтобы без шума подобраться ближе, не показываясь на глаза, но лучше слыша беседу.
— Роза плохо влияет на него, отвлекает от дел, — узнала голос Блейна, который чем-то чавкал.
Ага, я ж их ужином не покормила, видимо, из остатков прошлого чем-то перебились.
— Он начал меняться после ее появления, это не хорошо, — согласился Дюк.
— Я сколько раз говорил, что молодые девушки в команде излишни. Ему надо сосредоточиться на цели! Зачем ты ее вообще привел?
Тишина.
Почуяла запах табака. Ворон? Он там тоже?
— Пока мы не отплыли, надо избавиться от нее, — продолжил Дюк, пропустив мимо ушей колкость, что сам и привел меня.
— Лучше сбросить в море, во время шторма, — предложил слизняк и засмеялся, вместе со вторым офицером.
Вот же черт…
Тупицы. Вот никогда их не любила. Никогда!
Мозгов у них нет, а так удачно промывают их Виктору своими длинными языками. Он уже взрослый человек, и я никак не в силах повлиять или изменить уже то, что его приближенные заложили в нем с малых лет, давая зернам злости и мести прорасти, когда вбивали в его голову, что он избранный и обязан управлять этим миром.