А этот… пугал порой своими порывами и давлением, но в то же время затягивал, заставляя возвращаться вновь и вновь, чтобы после снова сбежать.
О, боже, Роза, до чего ты докатилась. О чем ты думаешь…
Я вздохнула и одарила Виктора грустным взглядом, который успел сесть на корточки рядом за то время, пока я пыталась разобраться в себе.
— Извини, но мне пора познакомиться поближе с новой кухней, — я оттолкнулась от постели и поднялась, обходя мужчину.
Хотя изменить его невозможно. Не получится. Уже слишком поздно. Появилась бы я еще тогда, когда все пошло под откос из-за действий его отца, а в жизни только начался весь Ад, то тогда бы шанс на успех был. За пятнадцать лет четверка друзей хорошенько промыла его мозги. И потому могу только помешать некоторым событиями не произойти.
Если задержусь здесь надолго.
Я уже не верю в это…
Поднялась на кухню, где за столом застала скучающего от безделья Варда. Улыбнулась тепло, когда он оглянулся.
— Что-то хочешь? — спросила и отряхнула руки, подходя в мойке.
Да, воду придется дико экономить, поэтому надо составить график, чтобы и самой не забываться и не тратить сверх меры, и мыться раз в неделю, если повезет. Плохо жить на корабле, плохо…
На мой вопрос Ворон помотал головой и продолжил дальше бесцельно страдать от ничегонеделанья. Виктор показался из трюма вскоре, заставив младшего брата удивиться, а следом рухнуть с табурета, заслужив мой тихий смешок. Старший Гранд невозмутимо прошел по камбузу и вышел на палубу, закрыв за собой дверь.
Я полезла изучать ящички и тумбочки. Посуда была на месте, а вот продукты надо расставлять, поэтому вернулась к люку и открыла его, поскольку Виктор захлопнул дверцу за собой, после спустилась вниз к ящику, где была подпись «кухня». Угу, там все для нее хранилось.
— Помочь? — тихо произнес Вард над головой, заставив вздрогнуть от неожиданности и запрокинуть голову.
Он сидел на коленях около проема, заглядывая внутрь.
Снова улыбнулась и кивнула.
Управились мы быстро, после чего я принялась за ужин. Перед этим открыла дверь, чтобы не задохнуться, и Ворон сел около нее на табурете, закурив.
Все так привычно. Как всегда.
В камбуз тут же вбежала Адель, готовая помогать, крутилась у ног, как счастливая юла, и делилась обо всем и обо всех, что успело произойти на корабле за такой короткий промежуток времени.
Ей, видимо, очень нравилось плавание. А я вот до сих пор боялась выглянуть и посмотреть, как это.
— Погода портится, — заметила задумчиво девочка, очередной раз выбегая на палубу.
Я нахмурилась. Уж качки мне не хватало!
Ужин был почти готов, оставалось только загнать всех поесть, но то, что волны поднимались, катая корабль, немного нервировало.
— Зови детей, покормлю их, — обратилась к Адель, и она после кивка умчалась собирать мелких.
А вскоре началась жуть. Самая настоящая непогода, заставившая забиться в угол, плюнув на ужинающих членов семьи и убежав в трюм. Только перед этим дала команду, потом всю посуду сложить в мойку, а сама даже не поела — кусок не лез.
Я бы все отдала на тот момент, чтобы оказаться на земле. Ровной, никуда не двигающейся, земле…
Сидела, уткнувшись носом в колени, полностью накрывшись шубой, а между грудью и бедрами была зажата подушка, которая была крепко обнята. Вместе с зарождающейся бурей штормило и меня, а вот людям наверху было хоть бы хны. Они даже смеялись, что-то веселое обсуждая.
Я сжалась в комок, надеясь, что скоро все закончится, что все обойдет нас стороной.
Просидела так, не считая времени, пока наверху все не затихло. Я уже было расслабилась, как раздался раскат грома, словно кувалду над головой уронили. Вздрогнула и сжалась еще сильней. Помещение озарила яркая вспышка из иллюминатора, и судно немного повело в сторону. Раздался треск дерева, от которого я, наверное, раньше времени поседела, испугавшись.
Мысли в голове лихорадочно пронеслись, где среди хаоса были вполне разумные — про крепления, которые держали ящики и бочки, про шкафы и холодильник, которые были закрыты плотно, на щеколды. А так же понадеялась на Адель, которая посуду нормально убрала, чтобы не было потом грязи в камбузе.