Было написано, что саламандры бессмертны. В том смысле, что возраста, когда умирают, нет, убить-то их можно. Поэтому исследователь отказался определить возраст «Императорской саламандры», ведь он мог исчисляться и в столетиях. Еще ученый встречал крылатых саламандр, а несколько опытов подтвердили, что они могут отращивать потерянные конечности и хвост.
У этих рептилий неприязнь к воде. Нет, они могли находиться в ней какое-то время, но без желания. И если есть возможность избежать встречи с этой стихией, то они будут только рады. Но тут все просто — огонь и вода не лучшие друзья, потому у меня тоже проявилась эта неприязнь. Казалось, что вода поглощает мои силы, «тушит» меня, особенно, когда в больших количествах. Создавалось впечатление, что я задыхалась в воде, даже если и не ныряла вовсе, а просто принимала душ или мочила ноги в море.
От чтения отвлек шум над головой, который заставил вздрогнуть от неожиданности, ведь в книгу ушла с головой. Я подняла взгляд и нахмурилась. Казалось, будто что-то тяжелое и громоздкое уронили на пол, отчего немного забеспокоилась.
Вдруг ему нужна помощь?
Потому не медлила и поднялась со стула, выходя на палубу и направившись к трапу, твердо решив подняться на второй этаж и постучать в дверь каюты, где жил Виктор.
Ответ пришел запоздало.
Я приоткрыла дверь и заглянула в полумрак комнаты. На столе догорали три свечи среди вороха бумаг и перьев. На стуле, откинувшись на спинку и запрокинув ноги на столешницу, устроился мужчина, прикрыв глаза предплечьем. Шуба валялась на кровати, большой и широкой, и уже на вид мягкой. Раскрытые дверцы шкафа, на которых свисали рубашки и брюки. Я остановила взгляд на старшем Гранде.
— Все нормально? Я слышала шум, — не проходя дальше порога, поинтересовалась.
— Я думал, все ушли, — он вздохнул и устало потер глаза, после чего надел очки.
— Как я могу Двейна бросить? Он же заболел… — неловко пожала плечами.
— С ним все хорошо?
— Да, он просто простыл после шторма, — кивнула.
— Как твоя рука?
— Заживает.
Молчание затянулось.
— Будешь что-нибудь?
Может, он поесть хотел, ужина-то не было.
— Да, — на его губы легла улыбка, которая меня напугала и поселила в голове очень неприличные мысли после всего, что происходило в его обществе. — Не откажусь от чая.
Я кивнула и вышла, закрыв за собой дверь и с облегченьем выдохнув.
Мало ли что он мог предложить кроме чая.
Направилась ставить чайник.
Через пятнадцать минут вернулась к двери и застыла перед ней, держа в здоровой руке чашку с блюдцем. Дверь открыть самой шансов не было.
Я носком ботинка постучала, привлекая внимание, и немного с жалостью произнесла:
— У меня руки заняты.
Виктор открыл и отошел, пропуская и забирая из рук чашку с блюдцем. Но я осталась стоять на месте, тогда как он отпил слегка и довольно выдохнул.
— Спасибо. Вкусно.
Э? Самый обычный чай.
Растерянно пожала плечами и поморщилась, от пронесшейся боли.
— Ты умеешь танцевать?
Его вопрос поставил меня в тупик, отчего я шокировано взглянула на мужчину, который ждал ответа.
Он шутит? Или серьезно? Что с ним вообще происходит?
— С тобой все в порядке? — с беспокойством спросила.
Виктор резко наклонился, взяв мой подбородок пальцами, и коротко поцеловал, после чего слегка отстранился и произнес:
— В который раз убеждаюсь, что с тобой невозможно беседовать, ящерка. Не умеешь ты отвечать на вопросы.
После такого точно не ответишь.
Я смутилась и опустила взгляд, смотря себе под ноги.
— Посмотри на меня, — попросил он, и я нехотя подняла глаза.
Да, у Виктора красивая внешность, ничего не скажешь, а вот что под ней… Страшный и опасный мужчина, с которым шутки плохи. Который своей жестокостью сравнится с самим дьяволом, я это чувствую и вижу, в видениях. И вот он стоял напротив, держа меня пальцами за подбородок, и что-то хотел. Играл из себя внимательного и заботливого, со скользящей нежностью.
Но что ждать от него в следующий момент?
— Ты так смущаешься каждый раз… — заметил он и провел пальцем по губам, моим. — Неужели у тебя не было мужчин?
— Что? — не ожидала такого вопроса, но попыталась взять себя в руки. — Были. Двое, — сглотнула, видя, как у него на лбу появилась напряженная морщинка. — Но я сбегала. Всегда. Один пытался забрать замуж, и я исчезла. Другому отомстила, когда меня предал…