- Я думал, ты уже не следишь за его судьбой, ведь ваши дорожки разошлись.
- Если я с ним не общаюсь, то это не значит, что он мне чужой человек. Мы долго дружили в юности, пока... Сами знаете, - Гор морщится не от алкоголя, снова прокатывающегося по языку, а от воспоминаний.
Тогда у него было два пути: сесть за решетку или сдать сына богатого папочки и тем самым обеспечить себе будущее - у него появляются деньги на жилье и учебу, должность, доля в бизнесе. Да, он выбрал второе, но и кто бы на его месте поступил иначе? На каждого Иуду найдутся тридцать сребреников. Любой, прежде всего, подумает о своей собственной шкуре. Тем более что Гор был уверен, Мирона отмажет отец, и был прав. И все же дружба тогда была пох*рена, все связи разорваны, о чем Святогор, надо быть честным с собой, жалел. Но все сложилось как сложилось. Теперь у него есть дело, «крыша» и возможность жить шикарной жизнью, о которой он мечтал с малых лет. Друзей и семьи нет, но разве они возможны в его ситуации, когда ты - винтик в системе? Стоит ли обрекать других людей на страдания, если не сегодня-завтра на твое место придут более молодые и наглые? Нет, надо жить здесь и сейчас. А после... Черт его знает, что будет потом.
Лютцеп задумчиво кивает своим мыслям.
- Да, я помню, каким ты был тогда. Надо признаться, ничего общего с тем, кого я вижу перед собой сейчас - взрослый, состоятельный мужчина. А Полунины... Они выбрали свой путь, отказавшись от работы с нами, и пусть этот выбор был неверным, в итоге их бизнес на плаву, как и наш...
Иногда люди видят совсем не то, что им кажется. Иногда они смотрят на воду в луже, не замечая отражения неба. Порой наши действия, диктуемые условиями, только вершина айсберга, а то, что спрятано у него внутри - загадка и тайна. Гор чувствует легкое головокружение, шум в ушах и как язык прилипает к небу, чтобы не сорваться и не заголосить в победном крике. Сердце стучит как заведенное, толкая по венам наполненную спиртом кровь, от чего к ощущению триумфа примешивается еще большее опьянение. Столько лет он ждал чего-то подобного, маленькой зацепки, которую можно было пропустить, но он не сделал этого. Не сделал ошибки снова. Два слова сказали ему больше, чем протокол допроса следователя, - неверный выбор. Да, Лютый прав относительно поступков и последствий. Рано или поздно все получают по заслугам, а любое терпение вознаграждается. Гор ждал слишком долго, чтобы не упустить свой шанс узнать все здесь и сейчас, но нужно быть крайне аккуратным и осмотрительным.
- Дорогу осилит идущий, не правда ли? - на ум приходит старинная поговорка. - Очень верные слова.
- Правда. А еще есть английское «Дорога в ад вымощена благими намерениями», именно так и случилось с первой женой Андрея Львовича... Впрочем, мы за все ответим. Когда-нибудь не сможем сбежать от последствий.
Разговоры за столом прекращаются. Причин несколько, но формальная одна: на небольшой сцене за фортепиано садится Леонид Рудиков - музыкант, работающий в этом заведении с самого его открытия. Его рыжие волосы блестят медью, а большой живот упирается в инструмент. Святогор знает, что Лютцеп любит каждый свой ужин наслаждаться звуками живого исполнения, но не ожидает, что рядом с уже знакомым Леонидом на барном стуле и перед микрофоном расположится юная девушка, красивая блондинка. Он впервые ее видит. Не может оторвать взгляда.
- Кто это?
Лютый доволен проявленным интересом, но он не торопится ответить, выжидает несколько секунд и только потом начинает говорить.
- Это Оленька. Моя новая звездочка. Моя сирена. Не поверишь, спас ее от голодной смерти.
Гору хочется переспросить, ведь, судя по худой фигуре девушки, она до сих пор на грани жизни и того, что после.
- Ветер на такую подует - унесет, - не выдерживает и говорит вслух то, о чем только что думал. - Ей хоть восемнадцать есть?
Хозяин заведения смеется и снова закашливается.
- Не путай с девочкой Элли из сказки, мой дорогой. Оленька давно перестала в них верить. В детском доме, знаешь ли, отбивают всю надежду на чудеса.
Гор знает. Сам учил этот жестокий урок когда-то. На всю жизнь запомнил. Ночью разбуди - все наизусть расскажет.
- Так она - подкидыш? - последнее слово звучит глухо, с плохо скрываемым надрывом.
Лютцеп перестает кашлять, запивает приступ коньяком, прикуривает сигару, готовясь слушать исполнение своих любимых песен. Его глаза горят азартом и предвкушением.
- Неужели я похож на человека, которому делают такие подарки? Разве что судьба, но в старости сложно припомнить, за какие поступки она могла бы... Оля сама устроилась к нам на работу, но ты сначала послушай. Голос - необработанный алмаз, но каждую песню проживает, душу вкладывает...