- Доброго дня, Святогор Ильич.
- Был добрым до вашего визита, - Белый не поднимается навстречу и не протягивает руку. Такое проявление невежливости на Лютого действует как красная тряпка на быка. Он не дожидается приглашения сесть и опускается в кресло напротив.
- Вижу, что говорить с тобой о том, чтобы вернуться в «лоно семьи» бесполезно.
Гор еле сдерживает свои эмоции, автоматическая ручка в металлическом корпусе крепко зажата между пальцев.
- Совершенно верно. Я уже достаточно сделал для, как вы выражаетесь, семьи. Пришло время птенцу вылететь из клетки.
Константин Павлович улыбается на последних словах, но в этой улыбке нет ничего хорошего. Она предвещает беду.
- Я говорил руководству о твоем упрямстве, но они послали меня к тебе для последнего предупреждающего разговора. Если ты не передумаешь, то это может плохо сказаться на твоем бизнесе и одной маленькой девочке с красивым голосом...
Гор уже садился за игральный стол с Лютым, та игра не подарила ему возможности забрать Олю. Однако сейчас и здесь нет карт, которыми можно было бы мухлевать, все козыри на раскрытых ладонях.
- Олю не трогай. Она здесь ни при чем, - Белый цедит слова сквозь зубы, ему не нравятся очередные угрозы в принципе, а в адрес Сиренко - особенно.
- Большинство сражений происходило из-за женщин, как я уже, кажется, когда-то говорил. Оленька стала одним из таких камней преткновения, коснулась нашей маленькой домашней ссоры и уже не сможет спокойно постоять в сторонке, - у Лютого свой взгляд на происходящее.
Белый откладывает ручку, потому что чувствует, что прямо сейчас готов накинуться с ней на собеседника. Убьет без зазрения совести. Только головой понимает, что это лишь осложнит и без того непростую ситуацию.
- Что вы хотите? Только по существу, - все эти игры в кошки-мышки уже порядком надоели, хочется определенности и покоя, хочется не видеть людей подобных посетителю, вообще забыть об их существовании.
Константин Павлович наклоняет корпус вперед и говорит медленно, словно разжевывая сложный урок двоечнику.
- Все просто, мой дорогой. Ты прекращаешь всяческое общение с адвокатами и Полуниным. Ты отдаешь нам свою фирму, мы уже нашли подходящего человека, который сядет в твое кресло и под чьим началом ты будешь трудиться, и привозишь Олю обратно в мотель. Последнее - лично мое условие, руководству откровенно плевать на девушку, но я не могу тебе позволить забрать то, что считаю своим.
Святогор думает о том, что убийство в состоянии аффекта вряд ли удастся доказать в суде, а в тюрьму он никогда не хотел и уже не захочет.
- Вы не знаете, о чем просите, Константин Павлович, - конечно, знает, но эти желания идут вразрез с теми, что есть у Белого, а значит, им не суждено сбыться, - механизм запущен, и этот процесс нельзя повернуть вспять.
- А это не просьба, дорогой мой. Это уже дело принципа, - огрызается посетитель, только Гору абсолютно все равно на чужие желания. Вместо ответа он стискивает зубы и кивает на дверь.
- Я все услышал. Думаю, вам уже пора. Доброго дня желать не буду.
Лютцеп в последний раз сверкает глазами, с уже плохо скрываемым трудом поднимается с кресла и проходит на выход. Его миссия завершена, и он уверен, что Белый, который практически всегда, не считая единственного раза, был трусом, отступит. Он не знает, что теперь, когда тот отвечает за двоих, это утверждение уже не верно. Бизнесмен, как только посетитель уходит, набирает уже выученный наизусть номер телефона.
- Андрей Львович, я могу к вам подъехать сейчас? Да, скоро буду.
Обычно Гор предпочитает встречаться с Полуниным-старшим на нейтральной территории и поздними вечерами. Не хватало только пересечься с Мироном. Он не боится подобной встречи, но пока не чувствует себя готовым рассказать всю правду, понимает, что она повлечет за собой определенные разговоры. Предпочитает, чтобы тот пока, как говорится, меньше знал и крепче спал. Сейчас же ситуация снова требует решительных действий. С Полуниным-старшим Белый договорился о встрече в небольшом ресторане около букмекерской конторы.
- Здравствуйте, простите, что пришлось оторвать от дел, - Гор садится за столик и просит подошедшего официанта принести кофе. Кроме него и сигаретного дыма вряд ли что-то сможет проглотить.
- Рассказывай, - отец Мирона как обычно собран и готов внимательно слушать.
Белый повествует ему о своих последних встречах с адвокатами и, конечно, о визите Лютого. Полунин понимающе качает головой, размышляя. Он знает, что такое потерять дорогого человека, и никому не хочет такой же участи, даже тому, кого долгое время презирал за трусость.