Выбрать главу

За дверью зашаркало, она открылась, в проеме возник рослый блондин в шортах и футболке.

— Хэк, — выбросил Рыбаков кулак, и студент улетел в прихожую.

Оба быстро вошли, прикрыв дверь, осмотрелись. Квартира была однокомнатной и изрядно запущенной: в мойке на кухне грязная посуда, на столе остатки пиццы с пустыми банками из-под пива, в пепельнице гора окурков. В зале кровать-диван с небрежно наброшенным пледом, а напротив стол, на нем компьютер, соединенный с ноутбуком, флеш-драйвы и какие-то приставки.

— Да тут целая лаборатория Касперского, — присвистнул Нечай. Потом они с Рыбаковым притащили из прихожей очнувшегося студента и усадили на диван.

Нечай похлопал его по щекам, тот открыл глаза и непонимающе уставился на детективов.

— Ты Макс? — наклонился Рыбаков.

— Я.

— Поедешь с нами. Где ключи от квартиры?

— В куртке, на вешалке.

Вскоре все вышли на лестничную площадку, Нечай запер дверь, и спустились вниз.

Когда вернулись в офис, Либерману зачитали объяснение приятеля, написанное собственноручно (тот с бледным видом сидел в углу).

— Ну, что скажешь?

Макс молча пожал плечами. Орлов взял со стола мобильник и набрал номер президента холдинговой компании.

— Здравствуйте, Константин Владимирович, присылайте своих людей. Мы их взяли.

За задержанными приехал начальник службы безопасности компании с охраной.

— Эти? — войдя в кабинет, пожал руку Орлову и детективам.

— Они. Вот их объяснения и ключи от квартиры, откуда взламывались ваши счета. Там вещественные доказательства. Что будете делать с ребятами? — кивнул на сидящих в углу.

— По закону, взял их эсбист. Вызовем ГУБЭП и передадим в официальном порядке.

Спустя три дня на счет агентства из холдинга поступила оговоренная в договоре сумма, все сотрудники получили премии. А еще Орлов с Уваловым улучшили техническое оснащение агентства. Купили нужное Лановой дополнительное оборудование, портативные средства технического контроля и приборы ночного видения. Травматическое оружие, и не только, у сотрудников имелось.

Глава 31. Варава

— Но, поня! — кричал трехлетний Ванюшка, сидя верхом на Орлове и дергая его за уши. Тот на карачках изображал лошадку, ползая в зале по паласу.

— Ну все, все, поня устал, — сказал, выполнив очередной заезд, стянул сына со спины, встал и подбросил к потолку. Тот радостно завизжал. Вошла Альба.

— Мыть руки и обедать, — улыбнулась.

После обеда Ванюшку уложили спать в детской, а сами устроились в зале у телевизора.

Было воскресенье, утром семья вернулась из Тулы, где субботу провела на даче родителей Орлова. Зазвонил мобильник.

— Да, — приложил он к уху трубку.

— Алексей, привет! Это Варава, — донесся густой баритон.

— Привет, Игорь! Рад слышать. Ты откуда?

— Из гостиницы. Приехал на пару дней в Москву в командировку. Хотелось бы пообщаться.

— Нет вопросов, давай прямо ко мне! А то только обещаешь.

— Говори адрес.

Алексей назвал, Игорь обещал быть через час и отключился. Пару раз в год они созванивались, приглашали друг друга в гости, но как-то не получалось.

— Это мой приятель по лагерю, о котором я тебе рассказывал, — сказал Орлов на вопросительный взгляд Альбы.

— Помню, — сказала она, — бывший десантник. Сейчас приготовлю что-нибудь для встречи.

— Я помогу, — чмокнул ее в щеку, и оба направились на кухню.

Когда в зале был накрыт стол и они доваривали хинкали, в дверь позвонили. Орлов прошел в переднюю, открыл дверь, за ней, с цветами и тортом в руке, стоял Варава.

— Ну, здравствуй, брат, — шагнул через порог, и они обнялись.

— Знакомься, Игорь, моя жена, — представил Алексей вышедшую из зала Альбу. Та с улыбкой смотрела на мужчин. Оба рослые, поджарые и чем-то похожие.

— Это вам, — протянул гость ей букет алых роз. — От чистого сердца.

Потом раздался топот маленьких ног, из-за мамы выглянула круглая мордашка.

— А ты кто будешь? — улыбнулся Игорь.

— Я Ваня, — выступил вперед малыш, — дластуй, — и протянул ладошку.

— Здравствуй, Ваня, — осторожно пожал ее, вынул из кармана блестящего солдатика, вручил мальчику.

— Пасибо, — прижал тот к груди игрушку и убежал в детскую.

Чуть позже взрослые сидели за столом, в центре которого стояли в хрустальной вазе розы.