Выбрать главу

Он поднял бровь:

- Зачем?

- Для костра.

Он щелкнул пальцами, и на прутике вспыхнул огонёк. Энид улыбнулась и помчалась разжигать костёр.

———————

Запах жареного мяса быстро разнёсся по лагерю.

- Что это? - Ларс приподнялся.

- Шашлык, - ответила Энид. - Подходите.

Отряд не заставил себя ждать. Даже Кайл не устоял перед ароматом.

- Где ты взяла мясо? - спросила Лира.

Энид промолчала, лишь улыбнулась.

Шашлык был идеальным - сочным, с хрустящей корочкой. Все ели, пока Ларс не спросил снова:

- Так где ты здесь нашла кабана?

Тишина.

Энид пожала плечами:

- Это Мясник.

Лира закашлялась, Ларс побледнел, Кайл замер. Вейн медленно опустил порцию.

- ...что?

Энид подскочила к нему:

- Жуй. Глотай.

Её голос звучал как приказ. Вейн на мгновение замер, но всё же подчинился. Остальные, видя что командир не умер, тоже проглотили свои куски.

- На вкус... нормально, - пробормотал Ларс.

- Лучше пайков, - добавила Лира.

Но никто не смеялся. Потому что через десять минут все почувствовали изменения. Усталость исчезла. Раны перестали болеть. В теле появилась необычная сила.

- Что это было? - прошептал Кайл.

Энид улыбнулась:

- Вкусно было?

Все молчали. Потому что да. Было вкусно, но никто не хотел этого признавать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 24. Утро после пиршества

Лучи рассвета пробивались сквозь разбитые окна, когда отряд начал просыпаться.

Ларс первым сел, потянулся — и замер.

— Что за...

Его сломанная нога не болела. Более того — не было даже следа от вчерашнего повреждения.

Лира, обычно ворчащая по утрам, вскочила на ноги, будто её подбросило невидимой пружиной.

— Я... выспалась?

Кайл, вечно недовольный, молча разминал плечо — вчера оно было вывихнуто, а сегодня двигалось, как новое.

И только Вейн ничего не сказал.

Но он чувствовал.

Его пламя — теперь горело ярче.

————————

Энид в ударе

Она проснулась последней, потянулась, урча от удовольствия, и тут же превратилась обратно в лисичку.

Сегодня ей хотелось ласки.

И отряд с радостью её обеспечил.

Лира чесала ей за ушком, бормоча: "Ты ведь знала, что так будет, да?"

Ларс подсовывал кусочки вяленого мяса.

Даже Кайл, скрипя зубами, позволил ей потереться о свои сапоги.

Вейн прервал идиллию.

Он стоял в дверях, скрестив руки, и смотрел на эту картину с нечитаемым выражением.

— Пора в город.

Все замолчали, будто пойманные на краже печенья.

Энид подбежала к нему, запрыгнула на плечо и ткнулась носом в его щеку.

— Ты тоже стал сильнее, — прошептала она так тихо, чтобы только он услышал.

Вейн не ответил.

Но погладил её по голове — один раз, быстро, будто стыдясь.

———————

Дорога домой

Грузовик трясся по разбитой дороге, но на этот раз никто не жаловался.

Лира и Ларс шептались о вчерашнем шашлыке.

Кайл бубнил что-то про "нарушение всех протоколов".

Энид с довольным видом свернулась калачиком на коленях у Вейна.

И только он сидел, глядя в окно, и думал.

"Что ещё она может?"

"И... что будет, когда об этом узнают?"

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 25. Нераскрытый секрет

Гул генераторного зала спеццентра заглушал перешептывания сотрудников, когда Вейн и Кайл докладывали о выполнении миссии.

— Объект S-класса "Мясник" уничтожен, — монотонно произнес Вейн, поглаживая белоснежную спину Энид, свернувшейся у него на коленях.

— Без потерь с нашей стороны, — добавил Кайл, намеренно не упоминая, что два часа назад у него был вывих плеча.

Совет молча переглядывался. На столе перед ними лежали фото ангара, разрезанного пополам темным клинком, и чистого пола без останков.

— Где тело? — спросил генерал, проводя пальцем по снимку.

Ложь созрела в воздухе прежде, чем Вейн открыл рот:

— Испарился. Как и все демоны животного типа.

Кайл слегка подался вперед — его левая рука непроизвольно потянулась к животу, где еще теплилось приятное ощущение сытости от той странной трапезы.

—————————

Тишина в коридоре после совещания была оглушающей. Камеры наблюдения, жужжащие вентиляторы, далекие шаги патруля — все это создавало нервозный фон, на котором разворачивалась их странная беседа.

Кайл схватил Вейна за рукав, его пальцы дрожали — не от страха, а от странного возбуждения, которое он не мог подавить.