- Я ее обязательно поймаю, слово пирата!
Леон подкрался к Сайнезер и оперся о ее шкафчик. Он был сложен как эльф и в своей черной шелковой рубашке (одной из многих в его гардеробе), в темно синих штанах с ковбойскими штиблетами, определенно считал себя обаятельным:
- Ты же не позволишь мне нарушить слово пирата?
- Отойди.
Белые глаза девушки смотрели в сторону, но голос лишал всякого желания спорить.
- Слушаюсь и повинуюсь прекрасная леди, - Улыбнувшись, Леон вернулся к сложной процедуре восстановления своего невероятно пышного красно-розового ирокеза, который был той частью его образа, которая вполне могла довести слабого на нервы человека до приступа эпилепсии. Он не стриг волосы как панки, а просто поднял их в гребень.
Последним из камеры выбрался Мистер Тимбл, бородатый и крепкий старик внушительной комплекции, в одних семейных трусах (подходящего комбинезона для гиперсна не нашлось, да он их и не признавал, считая биометрическое сканирование во время сна лишней чепухой). Он, вероятно, был единственным опытным космическим волком во всей команде, включая капитана.
Первым делом его рука нащупала толстую сигару и, еще не открыв глаз, он обхватил ее губами.
- Фрипл, чертов ублюдок, если ты снова разбудил нас из-за того, что тебя замучило одиночество или детские кошмары, я сожру твой язык!
- Не горячись, мистер Тимбл, Фрипл уже на вахте. Но если этот выход из сна такой же бессмысленный, то мы доедим все что ты оставишь от капитана, - Заверили близнецы Мартизье, которые видимо как и подобает близнецам, просыпались одновременно и уже облачились в одинаковые комбинезоны, которые не меняли со времен открытия своей первой мастерской, дошивая то там то здесь и налепляя на них все больше бронированных пластин. Из-за жуткого дисбаланса они совершенно не годились для боевых действий, зато здорово защищали от плазменных горелок и электропатических муфт, к которым близнецы питали особую изобретательскую слабость.
Бакистраль, корабль среднего класса для людей, отягощенных богатством, вышел из космопорта Пиреллии пятьсот двадцать пять дней назад. Впервые в истории этот корабль, созданный для комфорта и удовлетворения всех потребностей изнеженных богачей, был ведом пиратом, точнее тем, кто всеми силами пытался соответствовать этому образу. Бакистраль была модернизирована и вооружена, но когда за дело берется человек богатый деньгами, но не умом получается ведро с побрякушками вместо пушек.
Прежде, чем выяснить обстоятельства своего пробуждения команде надлежало проверить все системы корабля. В это время Мистер Тимбл отправился в рубку капитана, чтобы разузнать чего ради их разбудили на этот раз.
Сайнезер отправилась на свою вахту в реакторный отсек. Кот Визави пошел за ней, несмотря на отвратительную процедуру заморозки, он был готов простить ее, лишь бы не оставаться в одиночестве
Дневник Сайнезер Белой Тени
День 525 (третий выход из гиперсна):
Капитан Дэакон Фрипл прячет от нас руттеры, и мы все больше склоняемся к мнению, что он заблудился. К нашей беде, если он заплутал, то и мы вместе с ним. Более тупого капитана сложно было бы найти, и я вся чаще задаюсь вопросом «Где были твои глаза, Сай? Ну ладно, ладно, ты потеряла зрение,
но ведь голова твоя на месте!». В общем, вопросы подобного рода переплывают от одного пирата к другому, но как не странно потасовок стало меньше. Видимо просто потому, что мы все прекрасно осознаем, кто нас завел в эти космические дебри, и всех внезапно осенило – не меня одну, - что капитан Фрипл ни черта не смыслит в навигации. А его старпом, с которым он регулярно советуется в собственной каюте, очень вероятно может оказаться не более чем галлюцинацией капитана Дэакона.
В день 421, Пит Маджури рискнул заглянуть в дверь капитанской каюты и кроме подушки, лежащей на столе с навигационной картой, ничего не обнаружил. Это открытие всерьез нас озадачило, и теперь мы опасались, что сквозь космическое пространство нас ведет боцман с перьями вместо мозгов.