Кали плюнула в мастера Синанджу. Чиун уклонился от плевка грациозным пируэтом.
Протянув руку, он взял ее рукой за голову и неумолимо повернул глаза Госпожи Кали к лицу Римо.
– Всмотрись поглубже, – приказал он. – Что ты видишь?
– Я вижу мертвеца! – злобно прошипела Кали. – На колени передо мной, или я зубами сдеру кожу с ваших костей!
Чиун встряхнул ее голову.
– Ты не знаешь моего сына?
Взгляд Кали пылал сумасшедшим гневом. Но где-то в глубине ледяных голубых глаз мелькнул иной свет.
– Я знаю...
– Знаешь – что? – спросил Римо.
– Тебя...
– Да, но я тебя не знаю, – возразил он.
– Ты уверен, Римо? – настойчиво спросил Чиун.
– Да. Я... – Тут Римо всмотрелся внимательнее. До него дошло, что он смотрел не на ее лицо, а на шелковую маску и обрамленные ею глаза. Теперь он всмотрелся глубже. – Ее глаза. В них есть что-то знакомое.
Голос Чиуна стал еще резче.
– Ты уверен?
– Да. Эти глаза мне знакомы. Только не могу вспомнить, откуда.
– Твоя суть вспоминает, а не разум. Это Кали. Ты должен убить ее, Римо.
– Давай сперва посмотрим на ее лицо, – предложил тот, отпуская ее шею. Пальцы его взялись за шелковое домино.
Госпожа Кали превратилась в тигрицу. Она дернулась, изогнулась, одна ее рука рванулась за спину.
И тут же появилась снова, волоча длинный шелковый шарф цвета чистого золота.
– Римо! – крикнул Чиун. – У нее в руке удушающий шарф!
Римо, как всегда, оказался слишком медлительным. Такой быстрый, он все же был медлителен. Ум его был занят этим лицом и маской на нем.
А мастер Синанджу, всегда бдительный, стряхнул яшмовый чехол со своего ногтя, и всадил этот блестящий ноготь в незащищенную шею Госпожи Кали. Ноготь ушел в тело до самого пальца и вышел обратно раньше, чем можно было заметить движение руки.
Госпожа Кали вздрогнула, как дерево от удара топора, из яростно раскрытого рта вырвался выдох. Глаза расширились.
Она произнесла тихое, невероятное слово:
– Римо?
Потом глаза ее закатились под лоб, и она рухнула у ног своих врагов.
У Римо в руке осталось шелковое домино. Целое застывшее мгновение он стоял неподвижно, не в силах ни вдохнуть, ни выдохнуть. Глаза его, темные, как дыры черепа, заволокла боль.
– Что случилось? Я же к ней не притронулся.
– Это я, – сказал Чиун, держа в руке длинный золотистый шарф. – Смотри! Она чуть было не набросила на тебя эту коварную петлю.
– Чиун.
– Что?
– Скажи, что это не ты...
– Это я.
– Ты убил ее, – выдавил из себя Римо, акцентируя каждое слово.
– Это была блудница и демон в женском обличье.
Римо сглотнул слюну. Только в тот раз довелось.
Чиуну видеть такое выражение на его костлявом белом лице. С этими глубокими глазами и высокими скулами лицо было как череп, обтянутый кожей не толще бумаги.
– Она...
– В чем дело, Римо?
– Она... – Римо еще раз сглотнул. И опустился на колени.
Госпожа Кали свалилась на пол бесформенной грудой. Одна бледная рука откинулась в сторону, голова легла на нее, и золотые волосы рассыпались по лицу, как перья сломанного крыла.
Осторожным движением Римо поднял ее волосы и отвел их с лица.
Чиун, сузив глаза, посмотрел вниз.
Черты повернутого в профиль лица застыли. Они были точеными и твердыми. В открытом глазу еще читалось изумление. Черные губы раскрылись, обнажив зубы, белые, как смерть.
Римо смотрел на ее профиль целую минуту, и минута эта была самой длинной за всю вечность.
С искаженным болью лицом он поднял глаза. Поднял глаза на мастера Синанджу. Горькие слезы пролились из них.
И голос его был хриплым карканьем.
– Чиун. Ты убил ее. Ты убил Джильду. Ты убил мать моей маленькой девочки.
И мастер Синанджу, пораженный этой истиной, шагнул назад, как если бы встретился с физическим ударом.
Глава 37
Металлический предмет на экране эхолота привел «Каюгу» к банке Стелвэгон – закрытой рыболовной зоне у побережья штата Массачусетс.
– Если это торпеда, то я любимая проститутка Дэви Джонса, – угрюмо сказала Сэнди. – Эта штука загоняет рыбу. Только рыбки пытаются повернуть на юг, она меняет курс и гонит их на север. Кто-то ею управляет.
После часа игры в кошки-мышки появился намек, кто мог быть этим «кем-то».
Большая серая плавбаза. Она шла генеральным курсом, параллельным курсу «Каюги».
Сэнди поднялась на капитанский мостик и приложила к глазам бинокль.
– Обойди эту лохань вокруг, – приказала она рулевому.
«Каюга» стала обходить плавбазу по дуге, пока не стала видна надпись на носу:
«Арен сор»
МОНРЕАЛЬ
– Спаркс, сообщи в Кейп-Код, что мы обнаружили франко-канадскую плавбазу в наших водах и спрашиваем, что с ней делать.
– Есть, сэр!
Пока они ждали ответа, Сэнди увидела вещь, которая казалась невероятной.
«Каюга» продолжала преследование таинственной торпеды.
Вдруг торпеда прибавила скорость, всплыла и пошла в сторону «Арен сор».
– Похоже, ход наших дальнейших действий уже решен за нас, – заметила Сэнди.
Торпеда, оставляя позади пенистый след, шла к серому кораблю.
Сэнди наставила бинокль туда, куда должна была врезаться торпеда. В середину корпуса.
Пенистая стрела подходила все ближе и ближе. Избежать удара было уже невозможно. Но казалось, что «Арен сор» совершенно безразличен к опасности. Белые фигурки людей на палубе занимались своими делами – расторопно, но без паники.
В самый последний момент в корпусе судна у самой ватерлинии открылась панель, как бы готовясь проглотить приближающийся предмет.
Торпеда врезалась. Сэнди внутренне сжалась, но взрыва не последовало. Торпеда просто исчезла в черном отверстии.
Люк тут же закрылся, и только неожиданный шум подъема трала нарушал тишину.
– Что это была за чертовщина? – вслух поинтересовался рулевой, высовываясь из рубки.
– Торпеда подогнала рыбу прямо к судну, – ахнула Сэнди. – Черт бы их побрал! Они уводят нашу рыбу в свои воды и крадут ее. Это же экологическое пиратство в открытом море!
Глава 38
Римо поднялся на ноги и попытался взять себя в руки. Плечи его тряслись. Кулаки сжались, как два костяных молота.
– Чиун...
Голос его был тихим, не обвиняющим, но глухим от шока.
– Чиун, это Джильда. Она мертва.
– Знаю, – так же тихо ответил мастер Синанджу. Глаза его стали круглыми.
Римо оглядел комнату.
– Если Джильда здесь, то где же Фрейя?
– Не знаю. Но я даю обет найти для тебя твою дочь, Римо. Только так я могу загладить смертельную ошибку, которую я совершил. Это была ужасная ошибка.
– Вот почему я ее узнал. Это была Джильда. Джильда...
Римо снова посмотрел на мертвую женщину, которую любил много лет назад. Казалось, его глаза еще глубже хотят уйти в глубокие, как у черепа, орбиты. Потом он спросил:
– Что она здесь делала? И почему она вырядилась в эту одежду?
Мастер Синанджу оглядел комнату. Его взгляд упал на двух коленопреклоненных мужчин, один из которых был голым, а второй нет.
– Они должны знать.
Решительным шагом он подошел к стоящей на коленях паре.
– Говорите! Почему вы ползали на коленях перед этой женщиной?
– Она была Госпожа Кали, – ответил Гилберт Хьюгтон, как будто это все объясняло.
– Я любил ее, хотя если сказать неприкрашенную правду, увидел ее только сегодня, – признал Анвар Анвар-Садат. – Она действительно... мертва?
– Ее больше нет, самодовольный попугай, – сурово ответил Чиун.
Римо подошел к ним. Протянув руку вниз, он схватил египтянина за воротник и вздернул на ноги. В глазах его пылал жар. В голосе жара было еще больше.
– Мы ищем маленькую девочку. Блондинку. Примерно двенадцати лет.