- Да... - протянул отец. - Размахнулась!
Мама засмеялась.
- А если серьезно, Джес, то дело вот в чем. Может, вы помните, папа как-то рассказывал про Тома Девлина, своего друга по колледжу, который стал потом дипломатом?
- Неужели к нам приедет посол? - удивилась Элизабет.
- Не сам посол, дорогая, а его дочь, Сюзанна.
- Она вам ровесница, - добавил отец. - Будет вам как третья сестрица.
- Ух ты! - воскликнула Джессика. - Сюзанна Девлин! А они живут в Нью-Йорке?
- Да, - подтвердила Элис Уэйкфилд.
- А в Париже она была? - спросила Элизабет.
- И даже в Лондоне, - сказал Нед Уэйкфилд.
- Подумать только, везде была, - вздохнула Элизабет.
Даже Джессика поразилась:
- Вот это да! Настоящая жительница Нью-Йорка, да еще побывала в Лондоне и Париже!
- И к тому же очень красивая, - сказал Нед Уэйкфилд.
- Можно не сомневаться, - засмеялась Элизабет.
- Короче говоря, - сказал отец, оглянувшись на жену, - если мне дадут в этом доме произнести хоть одно слово... Сюзанна пробудет у нас две недели.
- Здорово! - обрадовалась Элизабет. - За это время мы все-все узнаем про Нью-Йорк.
Родители лукаво переглянулись и снова рассмеялись. Миссис Уэйкфилд что-то прошептала на ухо мистеру Уэйкфилду. Он тоже прошептал ей что-то в ответ.
- Говорите вслух! - закричала Джессика.
- Значит, это еще не все? - заинтересовалась Элизабет.
- Да, кое-что еще, - подтвердила мать. - И очень важное, но...
- А-а! - застонала Джессика. - Так я и знала, что будет какое-нибудь "но"!
- Да нет же, это хорошее "но", - смеялась мать. - Только одна его часть немного лучше, чем другая.
- Уж если кому быть дипломатами, так это вам, - сказала Элизабет.
- Пока Сюзанна Девлин будет гостить здесь, одна из вас поедет в Нью-Йорк на те же самые две недели, - объявила миссис Уэйкфилд. - Вот теперь все.
Джессика и Элизабет ошеломленно уставились друг на друга.
- Одна из нас? - повторила Элизабет.
- А кто? - перебила Джессика.
- Этот вопрос мы решим позже, - ответила Элис Уэйкфилд. - Но в любом случае вы обе останетесь довольны. Одна познакомит Сюзанну Девлин с Ласковой Долиной, а другая увидит Нью-Йорк.
- Лиз и так всегда меня забивает, - заявила Джессика. - Пусть хоть раз в жизни даст мне съездить в Нью-Йорк!
- Знаешь что, Джес! - возразила Элизабет. - Ты такая же забитая, как норковая шуба.
Элис Уэйкфилд снова рассмеялась.
- Я же сказала: решим позже. Так что успокойтесь.
- Это нечестно! - заверещала Джессика. - Я же уснуть не смогу! Не выношу, когда скрывают!
- Ах, ты не любишь, когда скрывают, - сказала Элизабет после того, как родители ушли к себе, а сестры стали подниматься вверх по лестнице. - А сама до сих пор не сказала мне, кого выбрали в команду болельщиц.
- Да подожди ты, Лиз! Мне пришла в голову грандиозная идея.
- А ну тебя, - отмахнулась Элизабет. - Знаю я твои грандиозные идеи. От них одни неприятности.
- На этот раз совсем не то, - воодушевилась Джессика, усаживаясь на постель сестры. - Ты просто упадешь, я тебе обещаю.
- Ладно, Джес, говори.
- Сюзанна и Стивен! - провозгласила Джессика с таким видом, словно открывала тайну Вселенной.
Элизабет спокойно поглядела на нее.
- Посмотри на меня повнимательнее, Джес. Как видишь, я не упала. И знаешь, почему я не упала? Потому что в твоей голове, дорогая сестричка, нет ни капли здравого смысла.
Джессика разозлилась.
- Я не выношу, когда ты так со мной разговариваешь, понятно тебе? Если бы ты хоть одну секунду подумала о том, что я предлагаю, ты оценила бы мою идею. Сюзанна Девлин - красавица, талантливая, умная и понимает, что к чему.
- И что?
- Как что? Не прикидывайся шлангом, Лиз! Наша гостья как раз то, что надо, чтобы спасти нашего брата от Трисии Мартин.
- Ты хочешь получить по лбу, Джес? - спросила Элизабет. - Стивен тебе это устроит, если будешь вмешиваться в его отношения с Трисией.
- Не устроит. Если ты мне поможешь. - Джессике явно не хотелось отступаться от грандиозной идеи.
- Нет, Джес, ни в коем случае. И думать забудь, - качая головой, ответила Элизабет. - Трисия - очень хорошая, симпатичная девушка. Ничего другого Стивену и не надо. Я категорически отказываюсь выступать с тобой против нее. И слушать ничего не хочу. Давай лучше обсудим более важные дела.
- Это какие же? - невинно спросила Джессика.
- Про то, как ты не любишь, когда скрывают, а сама не говоришь, кого выбрали.
- Ты меня не поняла, - продолжала валять дурака Джессика. - Я сказала, что не люблю, когда что-нибудь скрывают от меня. А об этом я давно знаю.
- Ну и вредина же ты!
- Ну ладно-ладно, - заухмылялась Джессика. - Скажу тебе. Но только половину. Мы выбрали Кару Уокер.
Самодовольная улыбка Джессики скрылась под подушкой, которую запустила в нее сестра.
- Ты что, Лиз! Сама же спрашивала!
Схватив подушку, Джессика швырнула ее в голову Элизабет и тут же приняла на себя ответный удар. Хлоп! Тресь! Близнецы молотили друг друга, хохоча как ненормальные и превращая постель Элизабет в нечто невообразимое.
Услышав шум, Элис Уэйкфилд вздохнула.
- Наверно, выясняют, кто кого забивает.
И все-таки, к большому удивлению Элизабет, Джессика так и не ответила на ее вопрос. Такого с ней не случалось еще ни разу в жизни. Джессика могла хранить какой бы то ни было секрет не более пяти минут. Но в тот вечер, когда близнецы разошлись по своим комнатам и легли спать, Элизабет все так же гадала, кто стал вторым новым членом команды.
И еще один человек не мог спать в эту ночь, мучаясь тем же сомнением кого выбрали в команду болельщиц школы Ласковой Долины.
Энни Уитмен беспокойно металась и ворочалась с боку на бок, то и дело просыпаясь. Когда ей удавалось заснуть, она видела бесконечные соревнования болельщиц. И все никак не могла дождаться утра.
Наконец утро наступило, и в школе Ласковой Долины начался новый учебный день. Энни знала, что записка с сообщением, приняли ее или нет, появится только перед четвертым уроком, то есть перед испанским, на который приходил Рики Капальдо. Первые три урока, казалось, никогда не кончатся.