– А что звонил-то?
– Да тут дед какой-то собачьим кормом интересовался, да он уже ушел…
Василий Макарович огляделся. В две стороны от него расходился пустынный коридор, в который выходили многочисленные двери. Немного подумав, Куликов пошел налево.
Останавливаясь возле каждой двери, он прислушивался, но ничего не было слышно.
«Так я их никогда не найду!»
Василий Макарович задумался.
Трудно найти черную кошку в темной комнате. Особенно если кошка не хочет, чтобы ее нашли.
Но вот если кошка хочет…
Тогда нужно ее позвать. Но позвать так, чтобы только сама кошка это поняла.
Как мы уже говорили, у Василия Макаровича Куликова, как у большинства мужчин, имелось хобби безобидное и, на взгляд Василия Макаровича, чрезвычайно увлекательное.
В свободное от расследований время он мастерил модели военной техники – танков, бронетранспортеров, самоходных артиллерийских установок и тому подобное.
Он изготовил отличную модель легендарного танка «Т-34», и немецкого «Тигра», и «Пантеры», и американского «Абрамса», и других боевых машин времен великой войны. Но были в его коллекции и более поздние образцы.
И вот в то время, когда он занимался этим увлекательным делом, Василий Макарович напевал или насвистывал популярную песенку военных времен: «Путь-дорожка фронтовая! Не страшна нам бомбежка любая, помирать нам рановато – есть у нас еще дома дела…»
Василиса не одобряла это музыкальное сопровождение. Не то чтобы ей не нравилась эта песня – просто надоедало бесконечно слушать одно и то же. Кроме того, Василий Макарович не обладал абсолютным слухом и часто фальшивил.
Но сейчас эта песенка могла сослужить важную службу.
Петь Василий Макарович не решился, это могло привлечь к нему нежелательное внимание, а вот негромко насвистывать…
И он принялся насвистывать любимую мелодию.
Подходя к каждой следующей двери, он свистел чуть громче, отходя от двери – едва слышно.
Так он шел по коридору от двери к двери, насвистывая и прислушиваясь, не отзовется ли кто.
И когда он поравнялся с очередной дверью, из-за нее донесся приглушенный голос:
– Дядя Вася, это ты?
Василий Макарович облегченно вздохнул – он узнал голос Василисы. А потом оттуда же, из-за двери, донеслось до боли знакомое рычание Бонни. Василий Макарович пригляделся к двери. Она была заперта со стороны коридора на обычную, слегка проржавевшую задвижку. Куликов потянулся к этой задвижке…
И в этот самый момент в конце коридора показался сутулый тип с длинными, как у обезьяны, руками.
– Эй ты, свистун! – окликнул он Куликова. – Ты что здесь делаешь? Ты вообще как сюда попал?
– Василий я! – проговорил Куликов как можно громче, чтобы Василиса поняла – помощь близка.
– Василий? Какой еще Василий?
– Меня Сергей Иваныч прислал! – выпалил Василий Макарович, вспомнив, как охранник назвал директора магазина.
– Сергей Иваныч? – переспросил сутулый. – А зачем он тебя прислал-то?
– Сказал, помочь вам нужно. Вроде у вас тут проблемы какие-то… – И Василий Макарович отодвинул задвижку на двери.
– Никаких проблем у нас нет, – недовольно проворчал сутулый. – Эй, ты зачем эту дверь открываешь?
– Да там вроде кто-то есть…
Сутулый бросился к двери, на ходу вытаскивая пистолет, но в это мгновение дверь с грохотом распахнулась, и из-за нее вылетело что-то огромное и стремительное, песочно-желтого цвета.
Василий Макарович отскочил в сторону, чтобы Бонни (а это, конечно, был он) не сшиб его ненароком.
Сутулый вскинул пистолет, но выстрелить не успел. Бонни налетел на него всем весом, как паровоз на Анну Каренину, опрокинул на спину и встал передними лапами на грудь. Тут же следом за ним из-за двери появилась Василиса.
– Дядя Вася! – радостно воскликнула она. – Как же я обрадовалась, когда услышала твою песенку!
– Я это запомню на будущее, – усмехнулся Василий Макарович. – А то ты все время ругаешься, когда я ее пою. А сейчас нам нужно скорее уходить…
Бонни, который караулил поверженного противника, повернулся к хозяевам – мол, а с этим-то что делать? Хотите, я его загрызу? Мне это совсем не трудно…
– Нет, это будет перебор! – ответил Василий Макарович на это безмолвное предложение. – Вот разоружить его не мешает. Опасно оставлять в тылу вооруженного противника.
Он наклонился и подобрал пистолет, который сутулый уронил, когда на него налетел Бонни.
– У тебя ведь все равно нет разрешения, – проговорил Куликов, пряча пистолет в карман, Василиса быстро догнала его, Бонни трусил следом, время от времени оглядываясь.
Василий Макарович увидел, как ему показалось, ту самую дверь, через которую попал на склад, открыл ее – но тут же понял, что обознался. За дверью находилась очередная кладовая, заставленная одинаковыми картонными коробками. На каждой коробке была изображена веселая, улыбающаяся панда и стояли две надписи – китайские иероглифы и русские буквы: «Панда+».