– Другой камеры нет… – огорчилась я, но тут у меня мелькнула плодотворная идея.
Я сняла с пальца колечко с синим камушком, прикрепила к нему камеру и показала Кайзеру. Колечко это подарил мне Леша Творогов, когда у нас были хорошие отношения. Подарил на какой-то праздник, не то на Восьмое марта, не то на День святого Валентина. Кажется, тогда он воображал, что в меня влюблен, был у нас поначалу такой период. Колечко, конечно, так себе, дешевенькое серебро, но я взяла себе за правило носить его, когда встречаюсь с двумя капитанами. Пускай Леша знает, что я его подарочком дорожу, авось меньше хамить станет.
Кайзер удовлетворенно щелкнул клювом и сам протянул мне лапу.
Я надела на лапу кольцо с камерой и надежно закрепила липучкой.
– Ну вот, все готово!
Сырников что-то прокаркал Кайзеру, тот сверкнул глазами и взлетел.
Сделав круг, опустился на забор рядом с местными воронами и что-то им прокаркал, боком подвигаясь поближе. Между воронами завязался оживленный разговор.
– Кайзер, вспомни, о чем мы договаривались! – проговорил Сырников, от волнения перейдя на человеческий язык, и тут же повторил эту фразу на вороньем.
Кайзер каркнул в ответ что-то недовольное, но все же взлетел и сделал круг над огороженным участком.
У меня уже был подготовлен планшет, на который передавалось изображение с миниатюрной камеры, и мы с дядей Васей уставились на его экран.
Сначала на экране показался общий план – большой участок, огороженный забором.
Потом изображение сместилось, на экране появился крупный план забора. Я оторвала взгляд от экрана, нашла Кайзера.
Он сидел на заборе рядом с двумя местными воронами и о чем-то с ними негромко переговаривался на своем вороньем языке.
– Как его заставить снова взлететь? – обратился дядя Вася к Сырникову.
Тот смущенно пожал плечами:
– Не знаю, что с ним происходит. Обычно он очень обязательный, и если его о чем-то попросить, он все выполняет… попробую с ним договориться!
Сырников поднес руки ко рту рупором и несколько раз громко каркнул. Кайзер посмотрел на него крайне недовольно, но все же взлетел и поднялся над участком.
Мы снова уставились на экран.
Теперь на нем, буквально с высоты птичьего полета, была видна вся деревня Большие Гуси – покосившиеся, заброшенные домики, изгиб дороги, огромная лужа, стадо гусей. Чуть в стороне я заметила красивый старый дом с резной башенкой. Мне показалось, что рядом с этим домом я увидела человека.
Кайзер тем временем начал снижаться. Теперь на экране был виден огороженный металлическим забором участок и на нем несколько построек: большой дом, переделанный, видимо, из старого бревенчатого амбара, приземистый сарай и открытый навес. Видно было, что под этим навесом копошатся люди, но никак не удавалось разглядеть, что они там делают.
– Никак нельзя попросить Кайзера, чтобы он опустился пониже, чтобы мы могли заглянуть под крышу этого навеса? – попросил дядя Вася Сырникова.
Тот опять что-то прокаркал.
Кайзер снизился, а потом опустился на поленницу, сложенную неподалеку от навеса.
Теперь мы смогли разглядеть, что под этим навесом были установлены три длинных дощатых стола, вокруг которых расположились пятнадцать – двадцать человек в белых халатах и марлевых масках, а некоторые даже в респираторах. Правда, нам никак не удавалось разглядеть, что они делают.
– Никак нельзя попросить его подобраться поближе?
– Попробую! – Сырников снова что-то каркнул.
Кайзер спрыгнул с поленницы и вперевалку заковылял к навесу.
Теперь нам было видно, что люди в белом заняты одним и тем же делом – пересыпают белый порошок из одних картонных коробок в другие. При этом они старались не просыпать ни крошки, а если немного порошка все же попадало на стол, тщательно собирали его и ссыпали в коробки.
Я увеличила изображение, насколько позволяла камера.
Теперь мне удалось разглядеть коробки. Они были двух типов – белые, с изображением веселой, улыбающейся панды, и светло-голубые, с каким-то ярким логотипом…
Рассмотреть логотип я не успела. Один из работающих под навесом мужчин вскочил и замахал на ворону руками, потом поднял с земли палку и запустил ее в ворону. Кайзер отскочил, щелкая клювом. В это же время две местные вороны хором закаркали, Кайзер взлетел, сделал широкий круг в небе и опустился на забор. Вид у него при этом был смущенный.
Сырников снова что-то прокаркал, Кайзер ответил ему односложным хриплым криком.
– Вот в чем дело… – смущенно проговорил Сырников. – Это местные вороны… они смеются над Кайзером!