-О, дорогая Никандра, как же мы рады тебя видеть. Меня зовут Аманда, - ласково улыбаясь, сказала женщина со светлыми, как у Луки волосами, уложенными в красивую и аккуратную прическу. У неё были голубые глаза и длинные ресницы. Впалые щеки были слегка напудрены, а красное платье облегало её изысканную фигуру.- А моего мужа Джордж. Мы с нетерпением ждали встречи с тобой.
-Очень рада познакомиться с вами,- как можно приветливее произнесла я, беспокойно теребя край пальто. На мои плечи легко опустились руки. Я вздрогнула от неожиданности и обернулась лицом к парню.
-Позволишь?- галантно поинтересовался Лука, указывая взглядом на пальто. Я не сразу сообразила, что он от меня хотел, но, поняв, тут же стянула с себя пояс и позволила ему снять пальто.
-Спасибо,-смущенно проговорила я, поправляя складки своего голубого платья с затянутой талией и тоненьким ремешком.
-Чувствуй себя как дома,- сказал отец Луки, мужчина с земляного цвета волосами и пронзительными серо-зелеными глазами. На нём был надет вязаный свитер и джинсы, посему он выглядел совсем просто по сравнению со своей женой, изящно одетой.
Аманда открыла было рот, чтобы что-то сказать, как позади нас раздался скрип открывающейся двери. Мороз и холод ударили мне в спину, и я поежилась. Обернулась, чтобы увидеть, кто еще пришёл: мальчишка лет двенадцати, укутанный в красный шарф, с раскрасневшимися щеками, стряхивал снег с подошв своих сапог.
-Чарли, я же просила отряхивать снег на улице!- безнадежно застонала женщина, а мальчишка, взглянув на неё, оттянул шарф от лица и всего лишь улыбнулся.
-Так я все же не опоздал,- радостно проговорил он и оценивающе оглядел меня с ног до головы. –А это и есть та самая твоя подружка, брат? Она ничего. Гораздо лучше той, что была у тебя прежде.
-Тебе стоит быть более тактичным, мой юный братец,- укоризненно взглянул на Чарли Лука, но голос его на удивление был мягким, даже веселым.
Об упоминании неизвестной мне девушки, сердце больно кольнуло, однако я старалась не придавать этому значения. Мною завладело любопытство, и в течение всего вечера в голове этот вопрос хранился в уголке сознания, выжидая благоприятного момента, чтобы выйти из своего темного уголка и получить долгожданный ответ.
-А разве я не правду сказал?-невинно взглянул на брата Чарли, снимая куртку. Казалось, он хотел продолжить затронутую тему, но под суровыми взглядами семьи, рассудил, что лучше промолчать.
-Пойдемте все за стол,- объявила Аманда и направилась в гостиную, куда мы все, кроме отца Луки, последовали следом. Он направился в соседнюю с гостиной комнату.
В гостиной, в самом центре стоял прямоугольный столик с пятью стульями. Но я приметила, что тарелок и стаканов на один больше. Это обескуражило меня.
Мысленно сосчитав нас, я задумалась о том, кто же является шестым человеком.
-А кто еще с нами будет?- тихо поинтересовалась я у Луки.
Взгляд его устремился в пол, а ответ последовал тихий, я едва ли его уловила.
-Моя сестра,- ответил он и спустя несколько минут я увидела, как мистер Джордж в гостиную на кресле-коляске подкатывает девочку, возрастом как Чарли.
У неё были длинные и волнистые волосы золотистого цвета, пара прядей которых была заколота на затылке. На глаза, такие же большие, проницательные, серо-зеленые, спадала челка. На губах играла улыбка, от нежности и теплоты которой у меня кольнуло в сердце. У меня проснулась жалость к этой маленькой девочке, а разузнать, что с ней у Луки у меня духу не хватило. Да и, впрочем, я и без расспроса смогла понять: она не может ходить. Но почему? Что с ней случилось? В горле застрял ком. Я понимала: так пялиться нельзя, это может оскорбить её, задеть. Подняв глаза на её лицо, я не знала, как поступить: улыбнуться ей в ответ или просто поприветствовать.
Однако она все продолжала улыбаться мне.
-Ты и есть Ника?-её голос, такой же нежный и ласковый, как улыбка, разорвал тишину, вот уже несколько минут царившую в этой комнате.
-Да, а тебя..
-Меня зовут Кларисса,- она подкатила ко мне чуть ближе, разглядывая во все глаза. Протянув мне руку, она произнесла:- Мне очень приятно с тобой познакомиться.
-Да, мне тоже,- я легонько сжала её худую ручку.
Помимо того, что она была парализована, выглядела она болезненно. Худенькая, с бледной кожей и впалыми глазами. Только вот эти глаза её горели неудержимым огнем, страстным желанием жить. Такой взгляд я не видела никогда.