-Глупая, могла бы меня попросить,- тут же вскочил Лука к ней, доставая альбом вместо неё.
Она смущенно улыбнулась, беря в свои руки альбом и укладывая его себе на ноги. Он казался таким огромным по сравнению с Клариссой.
-Спасибо, Лука,- парень помог ей снова подъехать на то место, где она была прежде: подле меня.
Открыв альбом, моему взору предстал сад с ротондой и деревьями, представшими на заднем плане. К строению вели каменные ступени, а полукругом росли различные цветы. Справа можно было заметить небольшой кусочек реки.- Этот я нарисовала год назад. А вот этот,- она показала следующий рисунок, на котором была изображена лохматая собака, бежавшая по лугу,- три года назад.
Мои глаза расширились от изумления и восторга: это были восхитительные работы!
-Какая же ты мисс скромность. И ты говоришь «немного художница»? Да ты не хуже самого Ван Гога!- восхищалась я работами девочки.
Я вспомнила свои работы и прикусила губу. Мне до неё еще далековато.
-Верно. Она талантливая и усердная,- заметил Лука, стоя позади Клариссы и тоже разглядывая её творения.- Сколько часов она проводит с красками и кистью, создавая эти шедевры.
-Что вы делаете?- полюбопытствовал Чарли, заходя в комнату.- А, рисунки Клариссы. Да, на них мы могли бы заработать кучу денег,- мечтательно промолвил Чарли.
Лука снова бросил укоризненный взгляд в сторону мальчишки, тот лишь пожал плечами.
-Я тоже думала об этом,-задумчиво произнесла Кларисса.- Но только не совсем так. Я не хочу продавать их. Я хочу просто отдавать их тем, кому они понравятся. Я буду счастлива, если те, кто будет любоваться ими, будут улыбаться и думать о хорошем. Сейчас так много людей несчастливых, а внести в свою жизнь хоть небольшой лучик надежды и тепла никогда не помешает.
-Даром отдавать?- глаза мальчишки от удивления расширились. – Но это совсем не прибыльно!
-А мне не нужна прибыль,- запротестовала Кларисса.- Я просто хочу, чтобы люди были хоть немного счастливее.
Чарли недовольно хмыкнул и закивал головой, как бы говоря: «Да что ты понимаешь». Кларисса взглянула на серебряную цепочку с крестиком, висевшую у меня на шее, и ахнула.
-Да ты верующая! Погоди, у меня тут есть то, что должно тебе понравиться,- она начала быстро перебирать свои рисунки, выискивая нужный. – Вот, я корпела над ним три недели.
Она достала из альбома рисунок, на котором был изображен Иисус, молившийся Господу в ту ночь, когда Его предал Иуда. Руки Иисуса, покоившиеся на большом камне, были сложены в молитве, его лицо освещал серебряный луч. Меня поразила точность и красота переданного, все казалось таким настоящим. Я не могла найти слов, чтобы выразить свое восхищение, только и могла что ахать да охать.
-Это мой самый любимый момент в Библии. Если тебе очень нравится, можешь забрать его себе. Будешь смотреть и вспоминать меня,- хихикнула Кларисса.
-Да, конечно. Конечно, буду вспоминать,- дав волю чувствам, я обняла её.- Спасибо тебе.
Глава 10
Шагая по знакомым улицам, я держала под мышкой свернутый в рулон рисунок, подаренный Клариссой и смотрела, как с неба, кружась, падают снежинки. Руки совсем окоченели, да и ноги тоже, едва ли волоку их до дома. Я взглянула в черноту неба. Казалось, нет предела ей, однако за тучами скрывались мириады ярчайших звезд. Свет от фонарей освещал нам дорогу, но там, где мой дом, фонари совсем не горят. Но свет, горящий из кухни или гостиной, или любой другой комнаты в моем доме послужит своего рода маяком для нас. Но, как же Лука будет добираться обратно? Это заставило меня забеспокоиться. Как бы он не упал и не сломал себе что-нибудь по пути назад. Ведь я не раз, возвращаясь домой, спотыкалась, поскальзывалась на льду, а было, раза два, получала переломы. Дорога здесь местами неровная. Да и вообще, не безопасная, судя по опыту.
Еще меня страшно мучил один вопрос: что же произошло с сестрой Луки? Неужели произошла какая-то авария или трагедия, лишившая её способности ходить? Чтобы утолить свое любопытство и перестать терзаться вопросами, я решила спросить напрямую.
-Что произошло с Клариссой?
Лука перевел взгляд на меня и, немного поколебавшись, ответил:
-Чуть больше года назад её сбила машина. По иронии судьбы моя сестра, катавшаяся на велосипеде, попалась под колеса мужчине, гнавшему с такой скоростью, что можно было убить двенадцатилетнюю девочку, - лицо Луки помрачнело, говорить ему было трудно без ненависти и притаившейся злобы. – Он хотел успеть проскользнуть на красный, но не успел, потому проехал, когда уже горел зеленый свет светофора. А Кларисса, уже двинувшая через пешеходный, никак не могла спастись. Удивительно лишь то, что она все-таки осталась жива. Вот только теперь она прикована к инвалидной коляске.