Если бы только она могла… захотела поговорить со мной. Я бы смогла понять её лучше.
Меня впереди ожидал целый год, наполненный обыденностью и серостью. Для меня так все и проходило последние несколько лет. И было бы лучше, если бы меня оставили в покое, а не демонстрировали свое «остроумие» похабными и гнусными шутками. Мало мне в жизни позора… Надо еще добавить.
Если Бог на свете есть, то почему он позволяет такое? И сейчас я говорю не только о себе, но и о других людях, которые страдают от чудовищного отношения со стороны таких же людей. Где же тут справедливость?
Потому то моя вера и угасла… Я не ощущаю поддержки, не нахожу помощи. Обстоятельства моей жизни, отношение со стороны сверстников и семьи добивает меня. Я полная неудачница. И я вынуждена выживать, а не жить в свое удовольствие. И почему я до сих пор здесь, а не валяюсь мертвой в гробу…? Что меня держит? Страх или… надежда?
-Эй, Саллиман, под ноги смотри! – проорал кто-то очень знакомый, а я, не успев вернуться к реальности, споткнулась о что-то и полетела на грязный пол школьного коридора. – Ооо, хорошие трусы, Ника.
Бен заливался смехом, пока я поправляла юбку, действительно осветившее мое нижнее белье. Я не поднимала глаз, не желая встретиться со взглядами проходивших мимо учеников. Правое предплечье болело: я, падая, повалилась на него. Когда я попыталась встать, один из друзей Бена, Фрэнк, стянул с моих плеч рюкзак и, ехидно посмеиваясь, отошел на три шага назад.
Детский сад какой-то….
-Верни, - холодно произнесла я, глядя на Фрэнка, накинувшего мой рюкзак себе на плечо.
-Что-что? Не слышу. Говори громче.
-Верни сейчас же! – громче отчеканила я, приближаясь к парню. Тот, с нарочитым выражением ужаса, принялся отходить от меня.
-Стра-ашно. Прям вылитая Самара Морган, - смеялся он, а Бен вторил. Возле нас столпились какие-то девчонки, на нас искоса поглядывали. Но никто не вмешивался. Почему? Так интересно смотреть на это глупое шоу? Почему никто не вступится за меня?
Фрэнк кинул рюкзак Бену, который тут же начал рыться у меня в карманах, приговаривая: « Что тут у нас есть интересного…»
-Прекрати! Не трогай мои вещи! – закричала я, бросаясь к толстяку, но тот уже вытащил пару моих ручек и швырнул куда попало.
Когда же он достал маленькую коробочку и намеревался прочитать название, я, поддавшись эмоциям, неожиданно для самой себя, смачно хлестнула Бена по жирной морде.
Он застыл на месте скорее не от боли, а от шока. Да и вокруг нас кто затих, а кто присвистнул. Я же, воспользовавшись моментом, вырвала из его рук коробочку и рюкзак, после чего тут же бросилась по коридору, не желая получить оплеуху в ответ.
Моя ладонь горела от удара, сначала я ее даже не особо чувствовала, но моя рука, несмотря на это, продолжала крепко держать рюкзак. Ни на ком на задерживая взгляда, я сбежала вниз по лестнице на первый этаж. А там – прямиком к кабинету директора, с просьбой отпроситься из школы ввиду «плохого самочувствия».
Не хочу… не хочу здесь находиться. Плевать, что мне скажут после. Сейчас я хочу просто уйти отсюда.
***
Пока я шла по тропинке через лес к железнодорожным путям, я переваривала в голове случившееся, не веря в то, что я смогла в кои-то веки ударить мерзавца. С одной стороны я даже рада, но с другой – нет. Он явно не оставит просто так свое унижение и захочет отплатить. И да… мне страшно. Ведь я абсолютно не знаю, что меня ждет. Явно не покой…
Я взглянула на коробочку, которую все еще держала в руке: мои антидепрессанты. Я начала принимать их не так давно, желая хоть как-то помочь себе выйти из этого… отчаянного состояния. На заработанные деньги я могу позволить себе такую «роскошь», главное не подсесть на них, как у некоторых случается.
Если бы Бен узнал, что я принимаю, он бы разнес эту информацию среди нужного круга лиц. Мне этого еще не хватало! Кто знает, что таким личностям, как Кэсси, придет в голову. Даже думать не хочу…
Я на месте. Можно присесть у любимого камня, наслаждаться тишиной и ждать, пока скоростной поезд промчится по рельсам в полдень. Я здесь нередко бываю и знаю время, когда проезжают поезда. Каждый день в полдень и в половину шестого знакомые мне поезда мчатся в город N, тот, что севернее. Говорят, жизнь там намного лучше. Я не знаю, никогда не бывала.