Кляйншток изложил свои рассуждения в очередном донесении и получил инструкции из Берлина.
Когда Чечкис позвонил, Кляйншток договорился с ним встретиться в Бахайских садах. Там стоял запах лимонных деревьев в цвету, а далеко внизу раскинулся Хайфский залив. Кляйншток подумал, что так, должно быть, выглядят райские кущи.
— Рай, не правда ли? — сказал Чечкис, будто читая его мысли.
— Так оно и должно быть: наверху — рай, внизу — ад, — ответил Кляйншток.
— Но в наших силах сделать этот ад более пригодным для жизни, а то и превратить в рай.
— Да уж не марксист ли вы? — деланно испугался Кляйншток.
— Боже упаси! У меня с Марксом коренное расхождение: он говорит «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», а я говорю «Евреи всех стран, соединяйтесь!».
— Чем же вам может помочь в этом Германия?
— Тем, что отправит в Палестину немецких евреев.
— Отправит? Но ведь люди сами решают, куда им ехать. Разве можно решать за них?
— Еще как! Не хочу сейчас вдаваться в подробности, но евреи обязательно поедут в то место, куда будет разрешено вывезти капиталы.
— Пожалуй, в этом есть резон. А Германии от этого какая выгода?
— Большая. И обоюдная: немцы хотят, чтобы евреи уехали из Германии; мы хотим, чтобы они приехали в Палестину. За это мы готовы поделиться с немцами информацией об англичанах.
— А я чем могу помочь?
— Тем, что передадите мое предложение.
— Кому?
— Тем, кто в этом заинтересован. Герр Кляйншток, мы с вами, можно сказать, коллеги. — Чечкис сделал паузу. — Мы оба торгуем. Вы — велосипедами, я — апельсинами. Какая разница, чем торговать! Была бы прибыль.
14
На межведомственном совещании руководителей Абвера, СД и гестапо было решено, что делом Чечкиса займется СД, поскольку речь идет не о шпионаже, а о решении еврейского вопроса в Германии. В четвертом управлении СД дело передали в еврейскую секцию гауптшарфюреру Адольфу Эйхману, молодому флегматику с несколько перекошенным ртом. Раньше он работал в отделе борьбы с масонами и перевод в еврейскую секцию воспринял как повышение. Его начальник, инженер по профессии, путешественник по натуре и литератор по призванию, потомок обнищавших австрийских князей решил ввести нового сотрудника в курс дела и дал Эйхману прочитать «Еврейское государство» Теодора Герцля. Эйхман пришел в полный восторг, составил конспект и написал в отчете, что «в книге заключено настоящее решение еврейского вопроса». Затем он прочитал «Историю сионизма» Адольфа Бёма, начал изучать сионистское движение и купил учебник древнееврейского языка. Еще через несколько месяцев Эйхман уже читал коллегам лекции по сионизму.
Гауптшарфюреру Эйхману и было поручено принять приехавшего из Палестины Бенци Чечкиса.
Эйхман встретился с Чечкисом в гостинице «Цум Траубе» около зоопарка и пригласил его пообедать.
Наполнив бокалы, Эйхман предложил тост за встречу.
— Расскажите, герр Чечкис, что слышно в Палестине: что в киббуцах, как обстоят дела с еврейской иммиграцией, с арабским бунтом?
Чечкис подробно рассказывал. Эйхман внимательно слушал, а когда Чечкис закончил, задумчиво сказал:
— Будь я евреем, непременно стал бы таким же сионистом, как Герцль.
— Вы читали Герцля? — удивился Чечкис.
— Я прочел его «Еврейское государство». Решение еврейского вопроса, которое он предлагает, представляется мне идеальным: евреев всего мира надо отправить в Палестину и… — Эйхман чуть не сказал «никуда оттуда не выпускать». — С еврейскими мозгами она станет самым процветающим государством на Ближнем Востоке.
— Значит, вы нас поддерживаете? — спросил Чечкис.
— У нас с вами общий враг — Британия, и мы всецело на вашей стороне. Лучше иметь дело с европейцами, чем с аборигенами.
— Отрадно слышать, герр Эйхман. Мы были бы чрезвычайно рады вашему визиту в Палестину.
— Это что, приглашение? — спросил Эйхман, не показывая своей радости.
— Самое что ни на есть официальное. От имени организации, которую я представляю, — ответил Чечкис.
— Благодарю вас, герр Чечкис. Я непременно сообщу о нем начальству. А теперь, если не возражаете, перейдем к делу. Насколько мне известно, вы представляете ХАГАНУ.
Эйхман постарался произнести это название по-древнееврейски, и у него получилось что-то похожее.
— Совершенно верно, — подтвердил Чечкис.
Ближе к десерту в голове Эйхмана созрел отчет о встрече, который он представит вместе с полученным приглашением.