Бух-Поволжская требует награждения шейха Мустафы орденом Трудового Бело-Голубого знамени и установки бронзового бюста на родине героя. Ян Кац собирает подписи под воззванием изваять бюст, который будет установлен на родине героя в форме поца. Гельфенбейн не возражает.
Гидеон Чучундра настаивает на проведении пластической операции по его отбеливанию за счёт русской мафии и переименовании его в Майкла Джексона. Ходит заниматься вокалом вместе с доктором Лапшой. Подает большие надежды.
И, наконец, на израильском радио всё громче раздаются голоса, утверждающие, что награждение Великого Вождя и Учительницы Нобелевской премией за укрепление мира — неизбежно. В этой ситуации промедление смерти подобно. Вчера было рано, а завтра будет поздно. Пора принимать самые строгие меры незамедлительно».
Первой жертвой мер по наведению порядка стал Костик. Ему снился крейсер «Аврора». В «Голой правде» он вычитал, что это верный признак победы на выборах.
— Крейсер «Аврора» и крейсер «Варяг» — это корабли одной серии, — сказал я поклоннику белорусской поэзии, — во сне они практически неразличимы. Я удивлен, что это я должен объяснять такому опытному политику, как вы, Константин!
Следующим попал под горячую руку реабилитированный младший медбрат Кац.
— Скажите, Ян, — спросил я, — что, собственно, вы имеете в виду под словом «поц»? До выхода в свет вашей поэмы в русском языке этого слова не было.
Кац почему-то зарделся, посмотрел на меня удивленно и сказал, что значение этого слова сакральное, понятно оно только посвящённым. Что это некий светлый образ, иногда весомый, иногда неуловимый, который дается скорее в ощущениях. Вместе с тем это образ поэтический, пришедший из грёз и сновидений.
Объяснения Каца показались мне подозрительными, но тут я увидел Валентину Рожкову и интерес к поцу, как поэтическому образу, у меня заметно ослабел. Хотя я почувствовал в себе что-то сакральное. Вероятно, посетившая меня сакральность была заметна, потому что Валентина сделала акробатическую фигуру «ласточка», потом акробатическую фигуру «мостик».
«Что значит школа!» — глядя на неё, с уважением подумал я. Но хорошее не может длиться вечно. После чудно проведенного в духе акробатики вечера с Валентиной Рожковой мне пришлось общаться со Светой Капустиной.
— Уважаемая Светлана Аркадьевна, — обратился я к бессменному редактору «Голой правды», — в возглавляемом вами печатном органе РНЕФ сложилась обстановка семейственности. Публикации о склоках в руководстве Союза еврейских родственников Глеба Петровича сменяются многочисленными статьями крокодилоборческого характера. Объявления, публикуемые в газете, носят сомнительный характер.
Что значит «знакомство в целях брака», которое опубликовал шейх Мустафа?
А «обрезание, которое выполнит опытный хирург»? Вы твердо уверены, что хирургические навыки, полученные Вениамином Леваевым за долгие годы работы на мясокомбинате, дают ему право делать обрезание?
А чего стоит «сопровождение, можно нетрадиционно. Твой нежный и ласковый зверь»? Вы считаете, что с Вовой Сынком можно нетрадиционно? Сами вы хоть один раз попробовали?
А «проблемы эрекции, восстановление потенции с гарантией»? Казалось бы, солидно и внушает доверие. Но с каких пор Мирьям Абуркаек стала опытным зубным врачом, да еще профессором?
Ольга Викторовна Борщевская меня, признаться, заинтриговала. Какую услугу она предлагает, дав объявление: «Проблемные волосы на груди. Облысение, выпадение»? Я никого не хочу обвинять в не откровенности, но в то, что Савва Морозов сделал на этом свое состояние, я уж, простите меня, не верю.
А её супруг, Борщевский Вячеслав Борисович, просто хулиган. Я не побоюсь сказать это ему в лицо, несмотря на его почтенный возраст. Он опубликовал объявление: «Привлекательная блондинка с легким слабоумием желает познакомиться с серьезной целью» и дал телефон Оффенбахов. Почтенное семейство вынуждено снять квартиру в другом городе на полгода.
А чему может научить наше подрастающее поколение объявление: «Восстановление девственности. Строго дискретно. Без секса»?! Да, я помню, что это моё объявление. Но и вы должны строже относиться к своим обязанностям.
После неприятного разговора со Светланой Капустиной состоялась противная до отвращения беседа с доктором Светланой.
— Мне бы хотелось, Михаил, поговорить о вашей морали, — обратилась ко мне сексуальная оперативница, — у меня больное сердце и я не могу молчать.