По случаю четвертой годовщины со дня рождения своего ребенка подпольная супруга героического Парашютиста, Инбар бен Ханаан, устроила вечеринку и пригласила всех детей членов русской мафии. Какая-то девочка, которую младший бен Ханаан хотел видеть, не пришла. Ребенок расплакался. Рассвирепев, Саша-Парашютист подарил всем детям, присутствующим на вечеринке, по «Мерседесу». Было бы излишне говорить, что без «Мерседеса» осталась семья Кац. Ян узнал об этом, находясь на работе. Переполнявшая его обида была нестерпимой, и он решил повеситься в туалете для персонала. Для этой цели он сделал петлю из простыни и прикрепил её к крюку на потолке. После чего сел последний раз покакать и ещё раз всё взвесить. Встать ему уже не удалось. Ведущий непримиримую борьбу с медперсоналом Антонио Шапиро день Педро помазал поверхность унитаза каким-то сверхмощным клеем.
Я, Вова Сынок и Яша Татарин с трудом отделили унитаз с сидящим на нём автором романа «Поц» и отправили всю эту конструкцию, этот нерушимый блок Каца и унитаза, в приемный покой больницы Ворона. Направление, написанное доктором Лапшой и сообщавшее, что направляется больной с диагнозом «The buttocks which are taking place in an alien body» (Ягодицы находящиеся в инородном теле), вызвало бурю гнева не только в среде сексуальных меньшинств коллектива больницы Ворона.
Как и следовало ожидать, содержание направления просочилось в прессу и вызвало широкий общественный резонанс. Прогрессивно мыслящая общественность единодушно расценила «ягодицы находящиеся в инородном теле» как прямой вызов и злокозненную политику ущемления законных прав сексуальных меньшинств. Пресс-секретарь Великого Вождя и Учительницы выступила с официальным заявлением, в котором указывалось, что она, как мать и как женщина, а также как бывший боксер полусреднего веса, сделавший операцию по перемене пола, до глубины души возмущена абсурдными измышлениями доктора Лапши. Ещё будучи секретарем главного врача Офакимской психбольницы, она неоднократно была свидетелем, а потом и свидетельницей грязных инсинуаций заведующего отделением судебно-психиатрической экспертизы в адрес справедливой борьбы палестинского народа и законных прав сексуальных меньшинств.
В ответ доктор Лапша, в открытом письме, направленном непосредственно Великому Вождю и Учительнице, указывал, что он не только не преследовал сексуальные меньшинства арабский народ борющейся Палестины, но наоборот, с неослабным интересом следит за соблюдением их законных прав. И вообще, доктор Лапша готов предоставить документы, подтверждающие, что его мама арабка, а сам он чеченец, которого зовут Бидон Надоев. Документы он готов предоставить кому угодно, в тот момент, когда он, доктор Лапша, сочтёт это нужным.
К письму доктор Лапша приложил медицинскую документацию, подтверждающую, что в течение длительного времени он получает лечение от импотенции, а также справку с круглой печатью с публичного дома «Экстаза» о том, что результаты лечения пока плачевны. Кроме того, доктор Лапша предоставил справки, свидетельствующие, что в течение длительного времени он занимается вокалом. Причем его голос по своим характеристикам соответствует колоратурному сопрано. И, наконец, доктор Лапша справедливо указывал, что у него была справка, правда сомнительного качества, от врача-дерматолога о том, что он не бреется.
Оживленная и содержательная переписка между заведующим отделением судебно-медицинской экспертизы и руководством партии «Энергичная Работа» в силу их общественной малой значимости меня мало интересовали. Но поступок Саши Парашютиста, несовместимый с кодексом чести, которому неукоснительно следовали члены русской мафии, меня возмутил.
— И не стыдно тебе, чертов Бубон Папонов, — сказал я ему, — довести старейшего члена русской мафии до самоубийства, от которого его спас в последнюю минуту разъяренный унитаз, впившейся в обнаженную часть тела Яна. Этому ли тебя учили в публичном доме «Экстаза»?
Парашютисту явно было стыдно:
— Я навешал Каца после его выписки из больницы Ворона. Он отказался принять «Мерседес». При этом Ян почувствовал себя совсем плохо. Его жена расплакалась, а дочка, которая не пришла к моему сыну на день рождения, спряталась от меня в туалете.
Но, в конечном счете, после длительных переговоров был найден компромисс. В торжественной обстановке семейству Кацев был преподнесен маленький грузовичок марки «Мерседес», груженный свежеизданной поэмой «Поц», выход в свет которой Ян ждал с таким нетерпением. Кац по этому случаю купил и надел бабочку.