Происходящее не укладывалось в голове королевы. Она молча наблюдала за беззаботно поглощающей пищу падчерицей. Губы принцессы окрасились в алый цвет. Их искажала совсем недетская улыбка.
– Матушка, попробуйте – вкусно! – легкий девичий голос вывел Аделинде из гипнотического созерцания. Совершенно бессознательно она отрезала кусочек печени и положила его в рот. Ее тут же вырвало прямо на тарелку.
В ужасе вскочив из-за стола, королева бросилась вон из столовой. Она заперлась в собственных покоях изнутри и, проникнув за фальш-панель в гардеробной, расчехлила успевшие покрыться добрым слоем пыли ведьмовские пожитки. Гадание на куриных костях подтвердило: Хейден был мертв.
***
Мерно расчесывая падчерицу перед зеркалом, Аделинде придумывала все новые способы отмщения. Ей представлялось, как она хватает Эрну за волосы, стягивает ее с кресла, волочет трепыхающееся тельце через комнату и впечатывает лицом в тлеющие угли камина. А пока принцесса, визжа от боли и ужаса, корчится на полу или пытается на ощупь выбраться из спальни, зовя на помощь, а лучше моля о пощаде, Аделинде хватает кочергу и с наслаждением бьет ненавистное существо по черепушке. Один раз, потом другой… И так, пока пол и стены спальни не окрасятся в алый.
К сожалению королевы, мечты имели мало общего с реальностью. Яд, нанесенный на гребень, мог убить лошадь за три вычесывания гривы, но уже вторую неделю не мог свести на тот свет одну миниатюрную принцессу. Аделинде даже подумывала о том, чтобы зачаровать шнурок для корсета. О, она бы с упоением слушала, как одно за другим трескаются ребра этого монстра в девичьем обличье! Но столь грубое решение проблемы гарантировало много лишних вопросов.
Королева перевела удовлетворенный взгляд на огрызок яблока, отложенный принцессой на столик.
– Матушка, почитай сказку, – сонно попросила она.
– Тогда бегом в кровать…
Долго ждать не пришлось. Этим вечером Эрна уже не отвлекалась на картинки, а вскоре ее дыхание и вовсе стихло. Отложив книгу, королева задула свечи, забрала со стола корзинку с румяными яблоками и вышла из опочивальни.
***
Следующим днем Аделинде не торопилась покидать свои покои. Она слышала излишнюю суету в коридоре, но спокойно сидела в кресле рядом с окном, читала книгу и изредка поглядывала на корзинку с яблоками на соседнем столике. Для надежности королева отравила каждое из них и теперь не могла решить, что же делать с остатками дальше.
В этот момент в двери без предупреждения вошел король. Аделинде подняла на него нарочито удивленный взгляд.
– Мой король, что-то случилось?
– Это же ты! Это ты ее убила! – голос мужчины клокотал от возмущения, он швырнул к ногам королевы гребень с потемневшим на зубцах золотом. – Мне уже доводилось видеть такое раньше! Готов поспорить, он отравлен.
– Кто отравлен, кем отправлен? – в ужасе вскочила королева.
– Дура! Я тебя от костра спасаю! – гаркнул было монарх, но внезапно более мягким тоном добавил: – А что если бы стража нашла его? – Аделинде, приготовившаяся играть до последнего, растерянно уставилась на мужа, а тот и не планировал останавливаться: – Но главное проклятие снято. Я годами искал способ, а ты… Так легко! Мне стоило сразу на тебе жениться!
Не в силах больше держаться на ногах королева вновь опустилась в кресло:
– Так ты знал… – только и смогла прошептать она.
– Конечно! Старая ведьма сыграла на моем горе: она обещала вернуть дочь! Но про цену умолчала. Столько хлопот… Эти вечно жалующиеся родителям дети… Но теперь я свободен! Мы свободны!
– Как же я рада, – слабо улыбнулась королева. – Я так боялась, что ты мне не поверишь. Знаешь, а давай, я прямо сейчас очищу этот гребень от всех следов, а ты его обратно в спальню вернешь. А то ведь странно будет, если пропадет любимый гребень принцессы.
Король удовлетворенно кивнул, и Аделинде, прихватив отравленную вещицу, направилась к гардеробной.
– Я быстро, подожди тут. А пока… отведай яблочка. Вкусные – не пожалеешь.
***
Ровно в полночь вдовствующая королева вышла из своих покоев. Обычно свое еженощное паломничество она совершала в полном одиночестве. Но сегодня Аделинде надеялась избавиться от личного кошмара, терзавшего ее, что во сне, что наяву, раз и навсегда. Укутавшись в черный плащ, с тусклым фонарем в руках она вышла в сад и в дальней его части через потайную дверь впустила несколько мужчин. Вместе они направились к самой высокой пристройке дворца.
Вот уже несколько лет под угрозой смертной казни к дозорной башне запрещалось приближаться даже страже, и лишь Аделинде знала, что скрывалось внутри за семью замками. Вместе со спутниками королева поднялась под самую крышу. Там на цепях висел запечатанный хрустальный гроб, а в нем без пищи и воздуха лежало нетронутое тленом тело принцессы. Оно могло бы сойти за изящную фарфоровую куклу, если бы не грубо вскрытая грудная клетка.