Any way to distract and sedate
Adding shadows to the walls of the cave
— Какая хорошая у тебя музыка, милая, — сказала Поппи. Пандора подняла голову, на губах её играла улыбка.
— Какая ты хорошая, Поппи.
Они лежали рядом на ковре.
***
17 сентября. 22.00
Билли зажмурилась, чтобы не видеть его лица. Оно было безразличным, даже не злым и не преисполненным страсти или желания. Билли растеряла всю свою уверенность. В этой темной кладовке и не пахло состраданием или человеколюбием, а без шанса на то или другое Билли бессильна. Билли даже не плакала, она делала это про себя, но слезы обиды всё-таки катились по щекам, доставляя ещё больше неудобств ей, и особенное наслаждение ему. Он так хотел этих слез, он так сильно на них рассчитывал, что видеть их теперь было настоящим праздником. Давай, девочка, рыдай!
Он не останавливался ни на секунду, приближаясь к тому, чтобы кончить. Каждый раз, когда она ударялась спиной или затылком о стену — он ликовал и оказывался на грани, но он хотел ещё немного. Ещё несколько секунд этого мстительного рая. Стереть с её лица ухмылку и сделать это наверняка. Она возомнила о себе столько лишнего, столько в ней уверенности, будто она чего-то стоит! Чего она стоит? Ломаного гроша она не стоит. Такая же шалава, как и все. Так же широко умеет раздвинуть ноги, так же устроено то, что между них. Та же тупая пизденка, что и любая на её месте, разве что другие сами его хотят, а эту он вроде как принуждает. Ну ничего, потерпит, не сахарная принцесса. Заслужила.
Ксавье ударил кулаком по стене, рядом с головой Билли, она дернулась в страхе и на секунду оказалась к нему немного ближе. Ее грудь затянутая в приятную дорогую ткань прижалась к его груди, и он кончил. Вот так просто, даже такую несговорчивую шлюшку можно убедить прыгать через обруч. Может и кнутом, да, но наступит день и она сделает это за пряник.
Ксавье отпустил Билли, которая тут же свернулась в калачик на полу, отступил на два шага и застегнул ширинку. Привычным жестом поправил волосы, кашлянул, чтобы привлечь её внимание, но Билли гордо молчала и смотрела в стену. За её спиной был стеллаж заставленный банками с крупами, гордость педантичной Эстель. Ксавье представил, как ударил бы по стеллажу и все эти банки посыпались бы на пол, накрывая ливнем стекла и круп тело Билли. Как она заскулила бы и просила о помощи. Он усмехнулся. Жестоко, конечно, но такова её натура — подчиняться и терпеть.
— Надеюсь в следующий раз ты будешь сговорчивее и я даже получу поцелуй? М? — он сладко улыбнулся, накинул пиджак и вышел.
17 сентября. 18.00
— Скай, вы не видели Пандору? — спросила Билли у вошедшей в комнату горничной. Скай пыхтя передала хозяйке стопку чистых полотенец, открыла шкаф и забрала полотенца обратно.
— Она у себя вместе с подругой. К ней пришла мисс Болс, — девушка закрыла шкаф и вкатила в комнату корзину для грязного белья.
— Кто эта мисс Болс? — Билли поймала в зеркале отражение Скай, которая покачала головой.
— Я не знаю, мэм. Она представилась мисс Поппи Болс, это всё.
— А Боно? Кто с ним? — Билли приставила к левому уху длинные бриллиантовые серьги, а к правому рубиновые.
— Мистер Почето, мэм.
— Спасибо, Скай. Как по твоему, какие лучше? — Билли покрутила головой из стороны в сторону. Она сидела перед зеркалом в халате, с закрученными в каральки волосами и наносила лёгкий вечерний макияж.
— А платье то бордовое, что я приносила утром? — уточнила Скай, подходя ближе.
— Да, бордовое.
— Тогда, я думаю, бриллиантовые, мэм. У рубиновых совсем не тот оттенок, слишком ярко.
— Спасибо, Скай, так и поступлю. Проверишь Боно?
— Конечно, — Скай вышла, а Билли взяла пуховку и пудру.
Билли готовилась к первому в своей жизни ужину в честь совета директоров. Она бывала на таких мероприятиях, болтала с жёнами партнеров Хавьера и отпускала уместные шутки, но она была только хозяйкой вечера. Теперь она была его полноправной гостьей. Билли удавалось избегать этого пол года, пока Ксавье не заявил о своём желании собирать совет директоров.
— Хавьер, помоги мне, — взмолилась Билли, глядя на фото мужа.
На фото Хавтер был в профиль. Сидел за столом, склоняясь над какой-то книгой. Фото казалось постановочным, но на самом деле его делала маленькая Агне, потому ракурс такой странный: снизу вверх. Она баловалась с новой камерой, а вышло прекрасное фото, которое больше всего любила Билли. Так она представляла себе Хавтьера в своём маленьком мире.