— И что ты ей ответила?
— Что стоматолог, который ставил ей виниры, забыл у неё во рту кучу дерьма и оттуда прилично несет! — как ни в чем не бывало ответила Оливия. — Кажется, она не согласна!
Билли засмеялась, потянулась к бабушке с поцелуем, а та в свою очередь зачем-то взъерошила ей волосы.
— Фу, ты такая лохматая! Причешись, — фыркнула Оливия и достала из портсигара сигарету.
Билли вернулась к гостям с лохматыми волосами, как была. Аккуратные локоны совсем распались в мелкие волны и она подошла к Агне, волосы которой были собраны в две шишечки цветными крабиками.
— Сделай мне так же, красотка? — попросила Билли. У Агне глаза загорелись, она сорвалась с места и уже через минуту прибежала с цветными крабиками.
— Ты будешь как Сейлор Мун, только брюнетка! — Агне разделила волосы Билли на две части, как будто собиралась сделать укладку-мальвину, но вместо этого закрутила две шишки и заколола их крабиками. Две передние пряди Агне вытащила, они красиво закрутились по обе стороны лица. — Красиво! Да?
— Очень красиво! — ответила Билли.
Она выглядела нелепо с двумя шишками и выпущенными прядями. Волосы чуть ниже плеч завивались колечками, дерзкая молодёжная причёска и чёрное облегающее платье.
— А теперь давайте займёмся подарками? — спросила она Боно, который снова осунулся, заметив, что Пандора так и не появилась.
Билли взяла мальчика за руку и проводила к центру комнаты, где гости оставляли яркие коробки с бантами и блёстками. — С кого начнём?
— Может с нас? — Фел подхватила Боно на руки и поставила возле стола. — У нас появилась идея, исполнить твою мечту. Ты наш маленький принц, наш Питер Пен!
— Правда?.. — Боно понял в чем дело, он кружился вокруг своей оси, выискивая глазами подарок.
— Ты мужчина в нашем доме! На тебя вся надежда, — улыбнулась Билли, но тут же её прошил насквозь страх. «Какая же я сука!» — промелькнуло у неё в голове, когда боковым зрением она отметила выражение лица Ксавье.
Он напрягся, желваки заиграли и сжались челюсти. Ему все труднее давалось держаться и не опускаться на самое дно, он ловил себя на мысли, что каждое поползновение на территорию Билли, будь то жестокость или насилие, острое слово или угроза, приводили к мукам совести. Он понимал, что уже дважды очень далеко зашёл за черту, явно перешагнул грань человеческого и теперь… куда дальше? Она бросает вызов, будто становится сильнее, а что ещё он может с ней сделать? Куда хуже?
— Где же она? — пропищал Боно.
— Кто она? — нахмурилась Фел.
— Собака! Моя Нэна!
— Нэна? — Билли постучала пальцем по подбородку. — Это так звали няню Дарлингов в «Питере Пене», да?
— Кажется она была породы ньюфаундленд, так? — спросила Фел.
— Да! Да! Где моя Нэна?
— Не знаю, может в саду? — Агне стояла у двери ведущей в большой сад Остеров. За открытой настежь дверью сидел похожий на маленького медвежонка щенок ньюфаундленда. Девочка. Нэна.
Билли отступила в тень, с самой счастливой улыбкой и самым праведным выражением на красивом, ухоженном лице. Она не была самой красивой в этой комнате, в этом доме, но Ксавье не выбрасывал из головы одну мысль. Только её, из всех этих женщин, он затащил бы сейчас в спальню, раздирая платье и оставляя синяки и засосы. Он бы даже не распускал эти дурацкие шишки, даже не принуждал бы, если бы она согласилась. Он почему-то был уверен, что вот тогда ему бы все понравилось.
Пандора проснулась, когда уже зашло солнце. Она не слышала, как стучали в дверь, как приходили СМС от Билли и Фел. Да, они писали, она помнила, как ответила кому-то из них «Я в порядке». Телефон молчал уже давно и не раздражал чуткое на посторонние звуки ухо. Пандора встала с софы, подошла к двери и села на корточки. На полу лежал голубой листочек. Знакомый, такие даёт Анна, когда что-то выписывает. Через ровные полосы кривые буквы неловкой рукой.
«Мама. Приглошаю на день рожденья. Сынок»
Пандора вытерла слезу сбежавшую по белой, точно мраморной щеке. Взяла телефон, когда уже судорожно всхлипывала.
— Да? — почти сразу ответила Поппи.
— Я забыла про день рождения сына.
— Ты всё исправишь, — гипнотически спокойный голос Поппи дал желаемую надежду. Ненависть к себе требовала что-то делать, забываться или действовать.
— Он простит, — пропела Поппи.
— Он не вспомнит, — пропела Поппи.