— Лицо “мамы Стифлера”! — Ксавье был дальше всех от гостей и мог смеяться сколько угодно.
— Моя внучка, Билли Остер. Мачеха Фелисы. Моя внучка Пандора. Конечно, мой внук Ксавье Остер, я полагаю его вы знаете. И моя жена Оливия!
На лице Оливии расцвела удивительная улыбка, гордая и самодовольная. Она приобрела Фел за плечи, будто та была её родной правнучкой и покровительственно на неё посмотрела. На лицах окружающих было недоумение, семья Вайнса и его близкие друзья выглядели так, будто им очень неловко. Все они ждали совсем другого шоу.
Дом Валерии был восхитительно вульгарен. Отделанные лепниной и цветной штукатуркой стены, бесконечный витраж, каменная кладка и цветной кафель. Этот дом заявлял о себе, как о дорогом украшении, которое увы некуда носить. Оно вышло из моды, не смотрится ни с одним платьем и просто вынуждено лежать в изысканном футляре. Гости бродили по дому, как по музею, не чувствуя себя в нем уместно, даже сидеть на стульях было неловко, будто сейчас появится смотритель и отругает за порчу имущества. Даже стол, скатерть и посуда создавали неловкое ощущение, будто все и одеты не к месту, и для такого приёма недостаточно хороши. Валерия светилась как новогодняя гирлянда, у неё такие вещи были в крови, устроить приём, на котором всем будет максимально неловко и стать его царицей.
— Прекрасный обед, Валерия! — восклицал кто-то за столом, а остальные вежливо улыбались.
— Эти рулетики, просто чудо! — восклицал кто-то другой. Все начинали шептаться и кивать.
— Какое прекрасное вино! — и снова две минуты все это обсуждают.
Остеры и Фоссы заняли места в самом конце длинного стола, так чтобы ни между ними, ни напротив, никого не оказалось. Во главе стола оказалась Фел, по правую руку от неё Билли и Пандора, по левую Ксавье, дедушка Крис и Оливия. А как раз напротив оказалась Валерия. Это было настолько впечатляюще, что гости на мгновение затаили дыхание. Две прекрасные итальянские дивы, одной едва двадцать, второй за семьдесят. Хоть бабушка и не была соперницей, но это ощущение было очень сильным, и Билли не доверяющая Валерии, была отчего-то уверена, что это два фронта, которые переходят к атаке.
Генри нервно улыбался, поглядывая на Фелису, у него прямо таки поджилки тряслись. Он думал, что ему приведут стадную корову и он будет от души над этим потешаться, но по всему выходило, что даже заговорить с девчонкой ему страшно.
— Не знал, что вы в родстве, — неопределенно махнул рукой в сторону Фел, Вайнс. Он не решался смотреть на девушку. Как и в его сыне, в Вайнсе она вызывала непонятный страх.
— Да, так уж распорядилась судьба, — Оливия бесстрашно и так же неопределенно махнула в сторону самого Вайнса, глядя при этом на Генри, которому стало окончательно не по себе.
— Мы не кровные родственники, но за Фел мы готовы убивать, — улыбнулся Кристофер.
— Что начет Генри? — спросила Билли, будто «спасатель Малибу» не сидел с ними за одним столом.
— Простите? — худосочная, обвисшая во всех местах, жена Вайнса подняла голову и высокомерно посмотрела на Билли, но тут же проиграла битву взглядов и опустила глаза.
— Образование? Хобби? — Билли спрашивала так, будто это было собеседование в младшую школу.
— Мне тоже интересно. Чем увлекается Генри? — спросила Фел, победно глядя на миссис Вайнс. Дедушка из последних сил сдерживал улыбку. Теперь и Фел говорила о «женихе», будто его тут нет или он умственно отсталый.
— А ты, деточка? — миссис Вайнс сверлила Фел глазами.
— Что же вы, — Оливия нацепила самую очаровательную улыбку. — Мы можем подумать, что вы избегаете этого вопроса!
— А мне вот совсем не стыдно сказать, что я сейчас получаю высшее образование в университете Квинса, веду активную социальную работу и увлекаюсь балетом! — равнодушно ответила Фел. Она как будто предвидела едкий вопрос миссис Вайнс, и продолжила не переводя дух. — Я нисколько не стесняюсь того, что мой университет не самый именитый. Главное — качество образования, ты согласен Генри?
«Спасатель Малибу» закашлялся, до этого он молчал и тупо смотрел по сторонам. Стоило представиться случаю сказать что-то, он тут же ухмыльнулся и заговорил с видом эксперта.
— Я люблю футбол! — он прямо-таки прожег Фел взглядом. Когда она потерялась на секунду, еле заметно нахмурилась, сжала губы, он решил что сказал что-то слишком сложное, для глупого девчачьего мозга. — Ну там, топлю за клуб. «ФИФА», катки смотрю.
— За кого топишь? — Фел даже не задумалась, когда спросила, она привыкла к этому сленгу. Растерянность же была только от того, что очень больно кольнуло сердце и захотелось, чтобы рядом сидел Марк. А ещё лучше быть там, где Марк сейчас, даже если он в гараже своего дяди копается в железках.