Голос у кошака походил на девчачий, однако не пищал, как большинство его сородичей. Хотя знать, мне привелось их немного, такие зверьки в Бэльфоморе большая редкость. Выглядел он как типичный рыжий кот, только который встал на две ноги и обрел человеческую фигуру. Морда у него была кошачей, вся в шерсти. Обычный кошачий нос, хотя немного больше, чем у обычных. Вот глаза у него были огромные и зеленые, такого же цвета, как у меня, что для наших мест большая редкость и странность. Под глазами у него были темные круги то ли от недосыпа, то ли шерсть была такого цвета. Ростом он был не больше полутора метра, в каждом движении была некая грация, которую можно наблюдать практически у любого кота. Лапища по сравнение с телом были достаточно большие, размером с обычную мужскую ладонь, что выглядело достаточно странно на контрасте с остальным изящным тельцом.
– Ладно, Киса. Куда мы едем?
Кошак стоял в углу повозки и старался выглядеть круто, видимо брал пример с Муста, тот тоже всегда выглядел крутым и непринужденным. Однако у этого котика это получалось плохо.
– Муст, сказал доставить тебя в Логово, там тебя ждет целитель. Больше ничего не знаю.
– Ясно, а по карманам шарить моим тебе тоже сказал Муст?
– Да. Он сказал, что это будет плата за твое спасение, человек.
– Ну, ладно, справедливо, наверное.
Повозка резко встряхнулась – кто–то запрыгнул на место кучера. Я начал нащупывать свою дубинку руками параллельно пытаясь приподняться. Черт. Дубинка осталась в переулке – дела плохи. Превозмогая боль мне все–таки удалось сесть, нужно было приготовится к нападению, думается дружки той световласки решили отомстить. Кошак стоял в своем углу спокойно, заметно было только как он потягивает воздух своим носом. Казалось, ему просто плевать на то, что происходит.
– Эй, Кошак, одолжи мне свой кинжальчик. – сказал я шепотом.
– Угомонись, человек. Это свои.
Через занавеску со стороны кучера пролезло лицо одного моего знакомого оборотня. Муст посмотрел на меня и улыбнулся своим волчьим оскалом. Хоть сейчас была и ночь, но луна была далеко не полная, так что выглядел он по–человечески. Он залез во внутрь, потрепал за длинную шерсть на голове, кошака и что–то сказал ему на ухо. Кошак кивнул и вылез на скамейку кучера наружу. Муст подсел ко мне.
– Да, уж друг, не хило тебя потрепали. – сказал мне Муст, показывая свой жуткий веселый оскал.
– Ага, знал бы ты еще кто меня уделал.
– Хахаха… Так я знаю! Больше тебе скажу, уже весь город знает про некого педофила Калеба, которого уделала маленькая девчушка, защищая себя от изнасилования.
– Чего ты несешь, Пёс? – вскрикнул я, в порыве негодования. – Какое изнасилование!? Типичный развод с бугаями, когда маленькая сволочь зовет своих старших братьев, чтобы они защитили ее от плохого дядьки.
– Ну-ну, Калеб. Не знаю, кому и верить. Все говорят, что ты напал на банду Зига, избил их и пытался изнасиловать девчушку, которую они сопровождали, да так неумело что она дважды тебя пырнула и убежала. Следуя из того, что Пак нашел тебя с двумя лишними дырками в теле, в окружении толпы бугаев без сознания, история, кажется мне, правдоподобной. Не находишь, Калеб?
– Муст, кончай уже с этим. Мне не смешно. Я вообще в данный момент не уверен, что выживу.
– Ох, друг. Не уверен, что это будет худший вариант. – сказал Волк с печальным вздохом – Я-то тебе верю, мой друг, и мне известны методы, которыми промышляет этот идиот Зиг. Однако проблема в ином. Видишь ли, мой друг, девчушка оказалась не совсем простая, как могло показаться.
– А что с ней не так? Что это новое воплощение Святой, у которой между ног не вдоль, а поперек?
Ого, как зарифмовал. Во мне умирает поэт. Однако, Муст темнит, как бы эта история мне не вылезла в еще большие неприятности.
– Ну, почти, мой друг. В общем это дитятко оказалось потерявшейся послушницей нашей любимой церкви, более того, она по поверию является следующей Святой. А ты Калеб со своим отростком к ней!!! К Святой девственнице!!! – сказав это он опустил очки и расширил в потрясении свои волчьи глаза. Выглядело это жутко.